Знамение - Шафак Нигиз Биннур - Страница 9

– Не лги, – прошипела я.

– Я не отвечу, пока ты не перестанешь говорить со мной в приказном тоне, – рыкнул Эфкен. Я остановилась. Краснота перед глазами рассеялась. Он явно сердился. – Прежде чем кидаться на меня, остановись и выслушай.

– Расскажи мне, – настаивала я, стоя перед Эфкеном так, будто могла ему противоборствовать. Он понимал, что одно неверное действие приведет нас в тупик.

– Ты странно выглядишь, – осторожно произнес Эфкен.

– То, что вижу я, куда более странно.

Я взглянула на картину и сглотнула. Гнев не отступал. Эфкен осторожно шагнул ко мне, его взгляд смягчился.

– Я уже очень давно вижу тебя во сне.

Я подумала, что он увидел меня во сне три года назад, но эта внезапная мысль показалась мне абсурдной. Эфкен шагнул ко мне, но я стремительно отступила. Голубые глаза мужчины расширились. Я отскочила от него на несколько метров. Теперь и он знал, что со мной что-то не так.

Я была змеей, нравилось мне это или нет. И Эфкен это прекрасно знал. Совладав с удивлением, он направился ко мне. Я ждала, пока он подойдет, и не пыталась сбежать.

Спустя мгновение Эфкен оказался передо мной и коснулся моего запястья. Поддавшись внезапному импульсу, я машинально толкнула его, словно наши силы были равны, и он ударился о стену. Но я не испытывала жалости. Эфкен сделал шаг в сторону и, наконец осознав мою силу, стремительно бросился ко мне. Прежде чем я успела что-то сделать, мужчина положил руку мне на затылок и прижал меня лбом к холодной колонне. Он не причинял мне боли, просто не позволял двигаться.

– Я знаю, что ты – ядовитая змея. Я принимаю тебя такой, какая ты есть, но не позволю причинить мне вред. Стой и прижимайся к колонне, пока не успокоишься. Пока огонь не утихнет.

– Серп… Серп луны?

– Полумесяц, который ты заметила в Снежном лесу, снова возник у тебя на лбу.

– Ты это видел! Видел зеркало и символ у меня на лбу!

– Успокойся, – произнес мужчина, прижавшись к моей шее, – прислони лоб к холодной поверхности и перестань думать о том, что тебя злит.

– Ты вел себя так, словно ничего не видел! Я думала, что схожу с ума!

– Я как раз поступил так, чтобы ты не сошла с ума, – спокойно ответил Эфкен. Я сглотнула, когда его дыхание коснулось моей шеи. – Медуза, ты преодолела трудности. Поверь мне, психология человека для меня как кубик Рубика. Я бы не поступил так, если бы не думал, что лучшее для тебя – это попытка избавить от этих мыслей.

– Я чувствовала себя одинокой и искала в тебе защиту!

– Я благодарен тебе за это, – внезапно заявил он. – Но поставь себя на мое место. Ты была так слаба, поэтому я ничего не мог тебе сказать. Я боялся, что ты лишишься рассудка.

– Ты знаешь то, чего не знаю я. Ты играешь со мной.

– Какой мне прок от игр с тобой, Медуза? – резко спросил Эфкен. Он убрал руку от моей шеи, но все еще прижимался ко мне. – Я привык к странностям, но это было слишком даже для меня. Поверь, я тебе не лгу.

– Может, ты и не лжешь, но и правды не говоришь. – Мой гнев утих, но лоб все еще горел. – Как так случилось, что ты меня нарисовал три года назад? – Я больше не кричала, но мой голос источал яд.

Некоторое время Эфкен молчал. Я же ненавидела свое тело за то, как оно реагировало на нашу близость.

– Ты – ядовитая змея, я тебе уже говорил. Да, всей правды я не раскрыл, но и не солгал.

Его голос эхом отдавался в моей голове. От дыхания по шее бежали мурашки. Мне стало противно от своих чувств.

– Думаешь, ты бы нашла эту картину так легко, если бы я не хотел того?

Его вопрос поставил меня в тупик.

– Я хотел, чтобы ты увидела картину, поэтому и привел сюда.

– Ты сказал, что сработала сигнализация.

– Никто не может ее активировать. Лишь я и Бог.

– Ты лжешь. Ты все еще лжешь. Ты сказал, что мы поедем к Мустафе.

– Я включил сигнализацию перед выходом из дома, – строго возразил Эфкен. – Если бы я привел тебя сюда просто так, ты бы начала искать подвох. Я хотел, чтобы ты думала, будто пришла сюда случайно, и увидела себя на картине.

– Когда мы вошли, ты все равно бросился все осматривать. – Нахмурилась я.

– Может, потому, что я знаю, какая ты подозрительная лисица? – сердился он.

– Разве ты не лжешь?

– Нет. Я говорил тебе, что ты ядовитая змея. Как ты могла забыть?

И правда. Я отчетливее всего чувствовала это, когда наши губы соприкасались, а эмоции ранили, как нож. Он сказал мне, что я его ядовитая змея, что он искал меня и наконец нашел. Но почему он искал меня?

– Почему? – прошептала я. Эфкен уловил разочарование в моем голосе, поэтому внезапно обнял меня своей большой рукой, положив другую мне на сердце, и замер.

– Ты всегда была со мной в снах. С детства. Сначала у тебя не было ни лица, ни голоса. Когда я впервые увидел твое лицо, то назвал тебя Асале. Это значит «мед», но в то же время и «ядовитая, страшная змея». Мед и яд. Вот с чем я тебя сравнивал. Как только я понял, что женщина, которая казалась мне кошмаром, на самом деле является моей спасительницей, то отчаянно начал искать Асале. Когда я впервые увидел твое лицо, твои глаза были закрыты, но сходство меня поразило.

Мужчина обнял меня еще крепче. Мой лоб остыл.

– А когда увидел и глаза, то понял, что нашел Асале, но усмирил свое неистово бьющееся сердце и отвернулся от правды.

Мужчина обнимал меня так крепко, словно боялся, что я убегу.

– Но я не мог от тебя сбежать, не мог тебя игнорировать. Я нашел тебя, Асале.

Эмоции нахлынули на меня с такой силой, что я с трудом могла подобрать слова:

– Все это… Я не понимаю, что все это значит.

– Ты не знаешь, что это значит? – Он медленно повернул меня к себе и посмотрел своими пронзительными синими глазами. – Это значит, что ради тебя я умру, за тебя убью.

После его признания сердце, обжигаемое горячими песками пустыни, неистово забилось.

Передо мной стоял человек, который, зная о Непреложном Обете, мог сам себя казнить.

– Ты обращался со мной как с воровкой, – прошептала я, глядя на мужчину с обидой.

– Я думал, что ты она и есть. В твоей руке была недостающая карта из моей колоды. Я не знал, что сказать, когда смотрел в твои глаза. Ты была похожа на женщину из моих снов, но и сильно отличалась. В твоих глазах читался страх. Ты сбивала меня с толку.

– Ты даже не слушал меня.

– Ты вела себя как сумасшедшая.

– Потому что я сходила с ума. Как еще себя вести, когда оказываешься в другом измерении? – строго спросила я. – Кроме…

– Кроме того, я игнорировал очевидные вещи, верно? Даже когда я думал, что ты не Асале, я относился к тебе иначе, чем к другим. Не так ли?

– Это не отменяет того факта, что ты ужасно со мной обращался.

– Я ужасный человек. Знаю это, никогда не отрицал. Я не собирался идти к Мустафе. Я просто нашел предлог, чтобы вытащить тебя из дома. Ты должна была это увидеть.

Мужчина со вздохом отпустил меня. Мои руки безжизненно повисли.

– До тебя я всегда мог остановить свечение глаз, а теперь – нет…

– Хоть ты и думал, что я Асале, ты обращался со мной отвратительно.

– Да, все верно.

– Потому что ты считал меня воровкой? – спросила я.

– И да и нет. Я предполагал, что тебя послали в мое логово. Может, та женщина, которую я видел в снах много лет и считал спасительницей, была просто той, кто меня привлекала внешне, а недоброжелатели каким-то образом поняли это и послали женщину, похожую на нее.

Вместо ответа я закатила глаза.

– Ты ничего не знаешь. Ужасно думать, что моя спасительница – воровка.

Некоторое время я молча смотрела на него, пока не убедилась, что он говорит правду.

– Ты знаешь, кто я?

– Нет, – ответил он, глядя мне в глаза. – Я знаю, что ты необычный человек, но не более. Я только проводил свое расследование после того, как ты сказала «Мар».

Я сильно удивилась его словам. Я знала, что он что-то тайно расследует, но не предполагала, что именно.