Похитительница Ночи - Блэк Холли - Страница 2

На покойнике были камуфляжная куртка и стоптанные рабочие ботинки. У его ног валялся продуктовый пакет, в котором обнаружилась непочатая упаковка из шести жестянок пива «Шлиц» и недоеденный сэндвич. Должно быть, он пробрался в здание в надежде устроиться на ночлег и обнаружил, что там находится что-то еще.

Характерный неприятный запах пролитого спиртного смешивался с тошнотворным зловонием мясницкой лавки. При этом на теле ни следа разложения. Кровь даже не успела свернуться. Смерть настигла бедолагу совсем недавно. Скорее всего, Чарли спугнула Мрака, не дав ему как следует насытиться.

Он должен быть где-то рядом. Возможно, в одной с ней комнате.

– Винс? – едва слышно позвала она.

Ответа не последовало. Она чувствовала связывающую их тонкую нить, но ничего больше.

Заслышав шарканье по половицам у себя за спиной, Чарли резко обернулась, выставив перед собой обсидиановый нож, и стала испуганно водить фонариком из стороны в сторону. Луч высветил крысу, зрачки которой блестели отраженным светом. Грызун выглядел таким же изумленным, как и Чарли.

– Убирайся отсюда, пока цела, – обратилась она к крысе, думая об увиденных внизу косточках.

Не сводя с нее глаз, грызун понюхал воздух и передернул усами.

– Знаю. Мне тоже не мешало бы свалить подальше отсюда, – как ни в чем не бывало продолжила Чарли. – Но так уж повелось, что я всегда принимаю исключительно плохие решения.

Крыса удивленно пискнула и, бросившись бежать, скрылась в лабиринте обломков. Чарли едва успела обернуться, как на нее напрыгнул Мрак, окутав чернильной тьмой.

Все ее тело похолодело, когда существо попыталось просочиться ей в горло. Проникнуть в грудь. Чарли натужно закашлялась. Лишь маленькие диски из оникса, которые она носила в ожерелье вокруг шеи и в браслетах на запястьях, удерживали тень от того, чтобы не задушить ее здесь и сейчас.

Она яростно взмахнула ножом – тут уж не до техничности! – и на свое счастье, вонзила лезвие во что-то твердое. Не зная, удалось ли ей причинить противнику сколь-нибудь ощутимый ущерб, она снова нанесла удар, как поступает загнанный в угол зверь, сражающийся исключительно потому, что бегство невозможно.

Мрак отлетел на некоторое расстояние, сгущаясь у нее на глазах, но даже в этом случае он воспринимался как еще более глубокая тьма, прореха в ткани мироздания. Мрак широко распахнул похожую на зазубренный разрез пасть, которая с каждой секундой становилась все больше.

Чарли следовало взять с собой гораздо больше оникса. И прислушаться ко всем тем, кто твердил ей, что она дура и что ее неминуемо убьют.

Также не стоило давать обещаний Реду.

Развернувшись, Чарли бросилась наутек. Ей приходилось сталкиваться с мелкими Мраками, но они казались смехотворными по сравнению с этим, насосавшимся свежей крови и обретшим необузданную силу. Она понятия не имела, как сражаться с порожденным тьмой монстром – да еще в потемках.

Не успела Чарли сделать и пару шагов, как Мрак запрыгнул ей на спину и вонзил когти в плечо. Она пошатнулась под немыслимой тяжестью и, накренившись, попыталась впечатать его в стену и сбросить с себя, но тень рассеялась так быстро, что Чарли сама стукнулась о кирпич.

Мрак опять обрел форму – на этот раз невероятно высокого тощего мужчины, преграждающего ей путь и протягивающего к ней свои кошмарные пальцы. Чарли отскочила в сторону, чудом уклонившись от его хватки. Ее дыхание стало прерывистым, в горле пересохло, будто туда затолкали наждачную бумагу.

Тень бросилась на нее снова, и Чарли поднырнула ей под руку, чтобы вонзить ониксовый нож в живот, и, извернувшись, отскочила прочь. Мрак дернулся, намереваясь изменить форму, но засевший в его животе клинок не позволял ему этого сделать.

Чарли, задыхаясь, отступала. В голове не было ни одной идеи, что делать дальше.

«Ред, – мысленно позвала она, не уверенная, слышит ли он ее. – Помоги мне! Я не принуждаю тебя, но прошу. Пожалуйста!»

Невзирая на торчащий из него нож, Мрак пошел в наступление.

Другого ониксового оружия у Чарли при себе не было, поэтому, бросив фонарь на пол, так что его луч бешено закрутился волчком, она схватила шероховатую деревянную доску. Длинновязая тень почти настигла ее, когда Чарли чиркнула колесиком зажигалки, и старое, полусгнившее, пропитанное чем-то маслянистым дерево мгновенно загорелось.

При виде огня Мрак притормозил.

Пламя жадно лизало доску, неотвратимо подбираясь к руке Чарли. Что бы ни заставило дерево так легко загореться, оно так же слишком быстро его сжигало. Стоило жару лизнуть пальцы, опалив кожу, как Чарли с отчаянным криком швырнула доску в своего противника.

Теневой монстр вспыхнул, точно огромный факел в ночи, и издал нечеловеческий вой, нечто среднее между уханьем совы и плачем младенца. Чарли отшатнулась. Взвившись до потолка, пламя резко погасло. Секунду назад оно слепило глаза – и вот исчезло, будто его и не было.

Сунув обожженные пальцы в рот, Чарли принялась затаптывать угли и обнаружила на полу маслянистую субстанцию, по цвету темнее обугленных участков. Остатки Мрака.

Вдруг с подоконника спрыгнула еще одна тень и мягко, по-кошачьи приземлилась. Чарли закричала. Присмотревшись, она поняла, что вновь прибывший – это Ред. Высокий и широкоплечий, с бронзовыми волосами и глазами, похожими на дымящиеся кратеры.

Ред.

Она хотела бы назвать его Винсом, но не могла.

«Отлично сработано», – прозвучала эхом его похвала у нее в голове.

– Отнюдь не благодаря тебе, – сказала она вслух, не желая показывать, как сильно потрясена.

Упершись руками в бедра и наклонившись вперед, она сделала несколько успокаивающих вдохов, а затем еще несколько.

– Я пришел, как только ты произнесла мое имя. Если я был тебе нужен, то следовало позвать меня раньше.

Она чувствовала шепот его эмоций, колючих настолько, что они проступали сквозь их связь.

– Ты можешь заставить меня сделать все, что захочешь, Чарли.

Пепел тлел у ее ног, обожженные пальцы горели. Нагнувшись, Чарли подобрала свой нож и лезвием наскребла немного темной субстанции – останков Мрака, которые надлежало предъявить Теневой ложе для получения награды.

– Ты действовала слишком медленно.

Ред смотрел на нее своими ужасающими глазами.

Сунув руки в карманы, Чарли стала пробираться к выходу из здания. Ей хотелось одного – как можно скорее забраться в свой белый фургон и укатить прочь. Она пыталась игнорировать саднящее плечо, обожженные пальцы и пульсирующую боль в голове. Как и тот факт, что Ред за ней не последовал.

Чарли убеждала себя в том, что в качестве Иерофанта справилась вполне успешно: избавилась от опасного Мрака и на шаг приблизилась к тому, чтобы отработать долг Теневой ложе.

Она успела отойти на целых три погруженных во тьму квартала, прежде чем ее догнал Ред. Теперь его глаза выглядели более человеческими – без впадин и дыма. Чарли подумала о теле мужчины на третьем этаже, чья кровь еще не высохла, а кожа, возможно, не успела остыть, и задалась вопросом, осталась ли в его жилах хоть капля крови.

Откинувшись на спинку водительского сиденья, Чарли ощутила липкую влагу на рубашке под курткой. Разодранная когтями тени рана по-прежнему кровоточила. Боль, прежде сдерживаемая адреналином, хлынула наружу, сменив испытываемую мгновением ранее холодную отстраненность.

Стиснув зубы, Чарли вцепилась в руль, жалея, что не одна. Что рядом с ней Ред, который видит каждый миг ее слабости. Что ей не дано остаться наедине со своими мыслями, не беспокоясь, что он почувствует остроту ее чувств, если не больше.

Всю жизнь Чарли отлично пряталась. Гораздо легче казаться крутой, когда никто не видит, как ты весь день валяешься в постели, слишком подавленная, чтобы, наконец, встать и принять душ. Позволить людям считать, что раз ты не появляешься на работе, значит, ушла в запой, когда в действительности не в состоянии заставить себя оторвать задницу от дивана.