Прикованная к Анубису (ЛП) - Медина Дани - Страница 27

— Как скажешь, только знай, что я здесь, и ты можешь рассказать мне все, что угодно. Я всегда буду на твоей стороне, — я притягиваю его к себе для поцелуя, отчаянно желая, чтобы он почувствовал, как он мне дорог.

Мое сердце бешено колотится от сюрприза, который он мне приготовил.

У Мортиуса есть раздражающая привычка быть безупречным в каждой детали, и от этого я люблю его еще сильнее. Сейчас мы направляемся к его сюрпризу.

— Ты серьезно не позволишь мне идти самой? Я смогу, милый, клянусь, — я слышу тихое рычание, пока лежу с закрытыми глазами, положив голову ему на грудь.

— Это до сих пор кажется сном — слышать, как ты говоришь, что любишь меня, — я влюбленно вздыхаю.

— Мне нравится, насколько ты чувствителен ко всему, что касается наших чувств, — я глажу его грудь, но замираю, когда чувствую, как мое тело обдает жаром. — Мортиус…

— Не открывай глаза, Мабет.

— Что ты задумал? Что это за запах? Мортиус!

— Мы почти на месте, еще несколько шагов, — я слышу шум волн, разбивающихся о песок, я бы ни с чем это не спутала.

— Это море? Мы у моря? — с нетерпением спрашиваю я, и когда мои ноги касаются земли, я чувствую под ними мелкий песок.

— Открой глаза, моя Мабет, — моя грудь наполняется радостью от одной лишь мысли о пейзаже.

Я открываю глаза, моргая, чтобы привыкнуть к яркому солнцу. Бирюзовая вода обладает уникальной, несравненной красотой. Я смотрю на него и понимаю, что мы все еще в Дуате, так как позади нас находится наш дом и черное, усыпанное звездами небо.

— Как? Когда я открыла глаза, я подумала, что ты открыл портал, но наш дом позади нас… — недоверчиво глядя в его веселые золотые глаза, я жду ответа.

— Я не могу сейчас покинуть Дуат, но это не значит, что я не могу исполнить еще одно твое желание. Я создал портал на нашем заднем дворе. Мы находимся на пляже в Александрии, в наше время, в твоем мире, а не в древнем, — его слова волнуют и пугают меня в равной степени.

— Я не хочу доставлять тебе неприятности.

— Это не проблема, Анабет, это мое решение. Никто из них даже не подозревает, что мне плевать на то, что они думают или не думают, — он наклоняется и целует меня в лоб. — Давай наслаждаться нашим днем. У нас впереди целая вечность, чтобы позже разобраться с любыми проблемами и слухами в пантеоне.

Атмосфера меняется, и мы оба словно переключаемся.

— Нас кто-нибудь видит? — в ожидании ответа у меня холодеют руки, несмотря на жаркое солнце.

— Нас никто не видит, — я широко улыбаюсь и начинаю снимать платье, оставаясь перед ним обнаженной. — Ты усложняешь мне жизнь. Я хочу, чтобы ты веселилась, но стоять голой передо мной — это все равно что просить, чтобы я тебя оседлал.

От его слов мое тело бросает в жар, почти до точки кипения, но я сдерживаюсь.

— Нет! — я указываю на него пальцем, пятясь к морю. — Иди поплавай со мной, а потом мы решим, когда и как ты меня оседлаешь.

Его смех разносится в воздухе, и я вижу, как он начинает снимать тунику. Когда он наконец остается обнаженным, он направляется ко мне, и тогда я бегу к воде, а Мортиус следует за мной по пятам.

Когда я наконец ныряю, я чувствую, как мое тело наполняется энергией, которую может подарить только море. Вынырнув навстречу солнцу, я открываю глаза и вижу перед собой потрясающее зрелище: Анубис по пояс в воде с очень похотливым выражением морды.

— Кажется, у тебя непристойные мысли, — появляется улыбка, обнажающая кончики клыков. — Твое прозвище еще никогда так тебе не шло, Извращенец.

— Не провоцируй меня здесь, потому что я обдумывал новые способы доставить тебе удовольствие, но я не хочу портить тебе веселье, — его рука крепко хватает меня за волосы на затылке, и я тихо стону от этой угрозы.

— Мне нужно, чтобы ты придумывал хитроумные планы и способы заставить меня стонать на твоем члене, — я получаю голодный поцелуй, и наши тела слипаются, как всегда, словно магниты.

Когда нам нужен воздух, мы прерываем поцелуй. Самообладание Мортиуса поразительно: пока мое тело пылает, его орган остается спокойным.

— Наслаждайся своим подарком, моя Мабет, это лишь малая часть того, что я еще тебе подарю, — я нежно обнимаю его и целую в грудь.

Я начинаю плавать под его пристальным, сладострастным взглядом. Я качаюсь на спокойных, кристально чистых волнах, подставляя тело солнцу, которое ощутимо меня согревает. Это как летний день, из тех, что преображают даже наши души.

Я чувствую его руки под своим телом, слегка поглаживающие меня. Пока я раскидываю руки, покачиваясь на волнах, Мортиус заботится о деталях. Мы улыбаемся, разговариваем и решаем поплавать вместе.

Мы проводим в воде несколько часов, пока меня не настигают голод и усталость.

— Пойдем на пляж, Мабет, тебе нужно попить и поесть, — его руки обнимают меня, и я принимаю его приглашение. — Идем, — он берет меня на руки и несет на песок. Я сажусь в шезлонг, окруженная полотенцами, рядом со столиком, на котором лежат фрукты и легкие закуски.

Я пью холодный, вкусный свежевыжатый сок под пристальным взглядом Мортиуса, который обжигает мою кожу куда сильнее солнца. Морской бриз окутывает наши обнаженные тела, и я слушаю его рассказ о том дне, когда он заблудился при открытии портала и оказался на нудистском пляже.

Я просто не могу поверить своим ушам. Боги никогда не ошибаются, но он говорит, что это была энергетическая нестабильность, которая забросила его так далеко. Лишь спустя несколько часов ему удалось найти путь обратно в Дуат. По его словам, в тот день Сет и Ра сражались и едва не разрушили небесные своды, было собрано множество душ, и богам пришлось вмешаться.

Наличие исторической энциклопедии в моем полном распоряжении питает душу маленькой исторички внутри меня — той самой, что была безумно влюблена в Египет, его богов и его истории.

24. Мое желание — сделать тебя счастливой

МОРТИУС

Я все еще пребываю в экстазе от того дня, который подарил своей спутнице. Мы провели весь день на пляже, и она сияла ярче самого солнца над нами. Но дела не ждут, и сегодня я провел весь день в пантеоне. Ненавижу эту политическую возню, созданную для того, чтобы мы организованно притворялись, будто нам есть дело до того, что делают или не делают другие.

Правда в том, что для Ра это лишь способ верить, что он всех контролирует, и это чертовски раздражает. Слухи и вопросы о моем исчезновении испарились, как только они увидели, как я вхожу туда со своими солдатами.

Все, чего я желаю — это вернуться к своей рутине, прийти домой и встретить свою спутницу, но я нахожусь здесь, любезничая с теми, кто первыми же распнет меня за связь с человеческой женщиной.

Не выдержав больше, я возвращаюсь к Северным вратам и встречаю Руатана, который смотрит на меня с такой дурацкой ухмылкой на лице, что мне хочется врезать ему по морде.

— Как прошел день, господин? — я рычу на него, скаля зубы, как бешеный пес.

— Не начинай! — мы вместе идем к порталам.

— Издержки профессии, господин, — этот сукин сын забавляется за мой счет.

Я ударяю посохом о землю, останавливая время в этом месте, и мы остаемся смотреть друг на друга.

— Я хочу устроить для Анабет визит к порталу, — мой генерал оглядывается по сторонам и ухмыляется.

— Давненько я не видел, чтобы вы делали нечто подобное, — я чувствую его гордость за мой поступок.

— Организуй день, время и освободи входы. Сделай так, чтобы души шли, но никогда сюда не доходили. Точно так же, как я сделал сейчас.

— Так и будет. Мы наложим время друг на друга, сделаем лишь небольшое смещение, и это даст тебе около половины дня, — подтверждает он.

— Этого более чем достаточно, — я снова ударяю посохом о землю, и время возобновляет свой ход.

— Идите. Мы прекрасно знаем, что у вас нет ни малейшего желания здесь оставаться. Все под контролем, — я начинаю вращать рукой, и открывается портал в мой дом.