Резидент. Часть 3 (СИ) - Киров Никита - Страница 27

— Угу, — Лёша закивал. — Ну тут пока ничего не сделаешь. Не ответит, пока всё не обработает. Но ты заметил? Если что-то непонятно, автоответчик говорит: повторите, не расслышала. И кашляет ещё.

Обученная нейросеть гоняла мошенника, постоянно переспрашивая всё подряд, и диктовала номер карты, каждый раз неправильно, а когда слышала какие-то ключевые слова, начинала рассказ о детях, внуках и коте Тимошке. Или жаловалась на цены и пенсию. Это выходило наиболее человечно.

Потом она сдалась и начала диктовать номер СНИЛС. Мошенник явно захотел доступ на её «Госуслуги».

— Четыре, девять, ноль, два, семь…

— Елизавета Петровна, вы уже двадцать цифр надиктовали, — возмутился мошенник.

— Восемь, три, два…

— Елизавета Петровна!

— А! Серёжа говорит, что у меня с памятью плохо. Вам же номер билета нужен был?

— СНИЛС!

— А что это?

— Зелёная карточка.

— Сберкнижка? Вот у меня раньше там четыре тысячи лежало, можно было «Жигули» купить…

— У меня бабушка всегда на это жаловалась, — вставил Лёша. — Я и вставил в запрос.

А мошеннику по своему руководству рекомендуется не перебивать «клиента», чтобы не сорвался. Я видел, кстати, такие инструкции, когда взламывал тот офис в прошлом месяце. Читал их внутренние документы.

— А у меня Серёжа водителем работает, — рассказывала «бабушка». — Машину вот продал. Хочет новую купить. Зелёную. Или синюю.

Лёша немного промотал вперёд, где мошенник уже почти выманил у «бабушки» деньги. Иногда нейросеть уступала, чтобы мошенник не сорвался, и шла на контакт, но всё для того, чтобы начать новый цикл тупняка.

— На почту идти? — спросила «бабушка».

— Нет, в банкомат, Елизавета Петровна. И перевести на защищённый счёт. Иначе вы потеряете все свои деньги!

— Но я же Клавдия Борисовна.

Мошенник на какое-то время выпал из реальности, а Лёша давился от смеха.

— Смирнова Елизавета Петровна? — спросил мошенник.

— Да.

— А почему вы говорите, что вы Клавдия Борисовна?

— Повторите, пожалуйста, я не расслышала.

Прозвенел звонок, но мы пока стояли, доедали сосиски в тесте и слушали запись.

— Эта реплика всегда одним голосом идёт, — произнёс я. — Палевно. И кашель всегда один и тот же.

— Надо разные записать, — Лёша кивнул.

— Всё, иду в банкомат, — заявила «нейро-бабушка». — Мне Леночка всегда помогает, её позвать?

— Нет, ни в коем случае.

— Так я же ничего не вижу.

— Если вы ничего не сделаете прямо сейчас, ваши деньги пропадут.

— Это не является финансовой рекомендацией, — заявила электронная бабушка.

— Глючит иногда, — Лёша хмыкнул. — Галлюцинирует. Уже контекст переполнился.

— Да ты задолбала, старая дура! — в сердцах воскликнул мошенник и бросил трубку, несколько раз сматерившись.

— Ну как? — спросил Лёша, убрал телефон.

Ну, потенциал есть, надо бы потом испытать на Глебе, когда систему доведут до ума.

— Норм, бро, — я поднял большой палец.

— Зашквар это, Лёша, — мрачно произнёс слушавший это Славик. — Вот теперь нейросети знают голос твоей бабушки.

— Они и так его знают, — отрезал Лёша.

— А теперь им будет ещё проще сделать её цифровой призрак. Ты им сам всё принёс.

— Если ты такой параноик, бро, зачем вообще смартфон в руках держишь? Он вообще про тебя всё знает! А я доработаю, — Лёша задумался. — Надо промпт изменить и выложить.

— А если кто-то важный позвонит? — спросил я.

— А он на настоящую бабушку переключит. Но это ещё дорабатываю, тестирую.

— А если другой робот позвонит?

— Это хуже всего, — Лёша вздохнул. — Они как начнут друг с другом говорить, и всё, бесконечный цикл начинается.

— Вот потом так и будет, — вставил Славик. — Во всём интернете только роботы будут производить контент, а другие роботы будут его читать. И с телефонами то же самое. Теория «мёртвого интернета» на максималках.

— Хватит душнить!

— Пошли на пары, — сказал я, прерывая их.

Впрочем, наработка интересная. А мошенник потратил время, когда за невыполнение плана их жёстко карают. Плохо обманываешь — идёшь в армию, Глеб уже на это жаловался. Впрочем, не думаю, что кто-то из их жертв об этом жалеет.

Интересно, а не пригодится ли это в моём тайном деле?

Пары вскоре закончились, я вышел к остановке и увидел, что там торчит чёрный «Ленд-Крузер 300». Зелёный дракон Гриневич всё-таки узнал, что случилось, и приехал меня ломать. Как и ожидалось.

Вернее, он думает, что сможет сломать. Я достал телефон, включил диктофон и убрал руки в карманы куртки. Там же уже лежали те два приборчика, которые я специально взял с собой, несмотря на риск.

Я обхватил их пластиковые корпуса и нащупал кнопки. И пошёл вперёд, прямо в бой.

— Лебедев, — протянул Гриневич с улыбкой, но взгляд был злым. — Прокатимся?

— А мне ещё родители, когда были живые, говорили, что с незнакомыми кататься нельзя, — я хмыкнул. — Особенно с дядями, у которых вишнёвые корочки и дорогие машины.

— Шутишь, значит? — Гриневич отошёл от машины. — Я тоже пошучу.

Он нажал на брелок сигналки. Фары «крузака» моргнули.

А приборчик в моём кармане завибрировал, ведь он уже был в режиме поиска подходящего сигнала. Ну, посмотрим, шпион, сколько денег ты вложил в защиту своей тачки.

Впрочем, у меня в кармане не обычная штука, которая есть у автоугонщиков, а более продвинутая, способная вскрыть и не такое. И главное, что я ими пользуюсь на ощупь. Навык остался, Туман эти приборы любил.

— Говорил тут с твоим деканом. Знаешь, что с тобой будет?

— Ну, я так-то Нострадамусом не работаю на полставки, — съязвил я.

— Дерзкий? Короче. Учишься ты плохо, Лебедев, поэтому скоро вылетишь. А призыв сейчас круглогодичный, — он наклонился ближе, пытаясь меня давить.

— И что? — я стоял на месте, а не отступал.

Ну сразу видно, кто настоящий пробивной чекист, как Холодов, а кто — кабинетный чиновник, как Гриневич. Наглый, но давить людей не умел. Он сжирал тех, кто приходит к нему в кабинет, но когда это не сработало, он терялся. Да и он понимал, что его обложили, но пошёл ва-банк, в надежде, что запугает меня.

Впрочем, это не делает его менее опасным.

— Если будешь выделываться, тебя заберут в армию, а я сделаю так, что тебя там заставят подписать контракт, — сквозь зубы проговорил он. — А заставлять там умеют, не сомневайся. Такие условия тебе создадут, что ты что угодно подпишешь. И отправишься на передок, а там тебя в штурмА запишут в первый же день. Ну как, хорошая шутка, Лебедев?

— Ну, так себе вы шутите, — я пожал плечами. — Если бы вы хотели заняться стенд-апом, я бы не советовал.

— Дерзишь? Думаешь, я тебя не достану? Думаешь, тебя отмажут? — он начал кипятиться. — Холодов уже под следствием. И что ты там ему наплёл, значения не имеет! И остался ты один, понял? Понял⁈

— Чего так орать? — спросил я. — Вы ещё долго? Я домой тороплюсь. Отправьте повестку, если есть что сказать. А пальцы здесь гнуть не надо.

— Зря ты так, Лебедев. Ты подумай, — Гриневич сжал пульт сигналки в своей руке. — Я тебе такую жизнь могу устроить. Но всё избежать можно. Дай мне показания на Холодова. Он тот ещё кадр…

Хрена с два. А вообще, я говорю с Гриневичем только по одной причине. Надо, чтобы он помог мне достать Штерна, который может быть для нас с Наташей угрозой. Хотя бы потому, что о нём знает Ланге и может выйти с ним на связь, если бать драконов сбежит.

— Я лучше сейчас позвоню самому Холодову, — сказал я. — Он как раз просил набрать, если кто-то будет угрожать.

— Ты попал, Лебедев, — пообещал Гриневич. — Обнулят тебя там, это я тебе гарантирую.

— Вы ещё долго? Ко мне мастер должен подойти, холодильник чинить.

И не просто так я на это намекнул. Чтобы он, наконец, проверил объявление. Ведь он же чует, что пора бежать. И, как и белый дракон, мечтает об эвакуации.

— А вас на допрос вызовут, товарищ, — я хмыкнул. — Тот мужик мне такое в машине нарассказывал. Так что я бы на вашем месте просто свалил бы отсюда…