Сын помещика 8 (СИ) - Семин Никита - Страница 13

От моего крика и бешеного взгляда, тот сжался весь, а глаза у него налились кровью. И хочет мне врезать, да понимает ту пропасть социальную, что меж нами лежит.

— Нет, барин, не делал я этого, — разлепив губы, ответил Прохор.

— Так с чего ты им указания стал давать, как им действовать⁈ Не торопил бы их, так и не испытал бы ты боли. Пилу клинит? А тут тебе мышцу заклинило от того, что Андрейка ускорил свою работу. За то, что ударил ты ученика моего, вычтем из твоего оклада в его пользу. Слышал, Михей? — повернулся я к мастеру.

— Сделаем, Роман Сергеевич, — тут же кивнул он. — А сколько?

— Позже скажу, — отмахнулся я и повернулся уже к парню, который начал несмело улыбаться. — А ты чего губы растянул? Радуешься? Так знай, ты тоже виноват! Нечего было слушать этого дурня, или ты забыл, чему я вас учил?

— Не забыл, барин, — залепетал Андрейка.

— Так чего его слушать стал? Или его слово для тебя выше моего стало⁈

— Нет, барин, — совсем побледнел от страха парень.

— Что-то не видно, — уже успокаиваясь, процедил я. — Запомни — ты в будущем не простых мужиков — дворян и купцов мять будешь! И ежели кто из них вот также будет тебя поторапливать, тебе нужно будет им вежливо отказать. Вежливо — понял? А будут упорствовать, то к старшему обратиться, а сам массаж остановить. Иначе вред нанесешь и тогда одним синяком не отделаешься. Усек?

— Да, барин, — закивал, как болванчик, Андрейка.

— Тебя тоже касается, — повернулся я к Ивану. И снова посмотрел на Андрейку. — Наказание я тебе потом придумаю. А сейчас — продолжи урок, — кивнул я на Прохора. — Или ты снова против? — с издевкой спросил я мужика.

— Нет, барин, я все понял, — ответил он и принялся стягивать с себя одежду.

С этим я и покинул комнату отдыха «лесовиков». Да уж, не ожидал я такой проблемы. Хорошо хоть она сейчас вскрылась, до моего отъезда в Дубовку.

Я еще не определился с наказанием этого Андрейки за то, что пошел на поводу у мужика, но в основной состав будущих массажистов он уже не войдет. Его может спасти лишь невероятное мастерство, если он его покажет в будущем. Да и его напарник Иван тоже меня разочаровал. Не поправил своего соученика, не попробовал его защитить, да и Михей прибежал на крики Прохора, а не потому что его Иван позвал. Жаль, но посмотрим, как себя парни из других деревень проявят.

Перед тем как вернуться домой, я зашел в мастерскую к девушкам. Вызвал там Пелагею и пересказал всю ситуацию, что случилась у мужиков.

— Ты им проверку как-нибудь подобную сделай, — посоветовал я ей. — Договорись с той же Агафьей, или с иными женщинами, на которых они будут учиться. А сама выйди на несколько минут, чтобы те себя показали, а на тебя не смотрели. Лучше через пару дней это им устрой, а то уверен — новости с лесопилки они все вскоре узнают. В ближайшие дни будут иметь в виду, что у парней случилось. Зато через пару дней к тебе новенькие придут. Вот среди них и проведи этот «эксперимент». Заодно, глядишь, кого неугодного отсеешь, или наоборот — смышленую девицу найдешь.

— Сделаю, Роман Сергеевич, — закивала Пелагея.

Уже в более спокойном состоянии я отправился домой. По пути думал, как наказать Андрейку. Раз уж обещал, надо делать. С другой стороны — его вина небольшая. Да, испугался мужика, который и по возрасту и по телосложению его больше. Привык он, небось, старших слушать. Но надо ему вдолбить, что главный авторитет для него — это я. В итоге решил дать ему задание — пускай пишет «Роман Сергеевич — мой господин, только он имеет право отдавать мне приказы». И так на весь тетрадный лист без помарок. А потом сдаст мне этот листок.

В пятницу утром мы впятером отправились в Дубовку. Мы — это я, мама, Настя, Марфа и Прасковья. Митрофан — шестой, но тут я его уже не считал, без кучера же не доехать. Планов у меня на ближайшее время было полно. Из первоначальных целей — посетить квартиру Маргариты Игоревны и поговорить с Совиной. Интересно, что там за человек пытается меня найти. Второе — побывать на финальном туре конкурса. Мама определилась с образом будущего торта, это будет моя яхта. А потом я возьму Настю, и мы отправимся в Царицын. Две недели, о которых говорил мне Фаррух, уже прошли и к выходным должны прибыть его друзья. Напишу им картины, заодно встречусь с Завадским, узнаю, как идет репетиция песни. На неделю где-то дел. И потом — домой. Очень надеюсь, что на этот раз это будет надолго. Но теперь зарекаться не буду. Что-то мои планы очень быстро меняются под влиянием обстоятельств.

30 сентября — 1 октября 1859 года

— У тебя снова какие-то дела? — огорченно спросила Настя, когда увидела, что я переоделся и пошел к двери.

— Да, — вздохнул я. — Нужно встретиться с одним человеком. Постараюсь решить все вопросы как можно быстрее.

— Не задерживайся, — вздохнула она. — Завтра Покров — помнишь об этом? Я хотела бы обсудить с тобой, как мы его проведем.

— Есть идеи? — заинтересовался я.

— Есть, — хитро прищурилась Анастасия. — Но узнаешь ты о них только, когда вернешься. И то не обо всех.

Вот интриганка! Специально ведь так сказала, манипуляторша местного розлива.

После этого я все же отправился к Маргарите Игоревне, гадая, как же Настя хочет провести завтрашний день? Покров — праздник всенародный. И в первую очередь, если можно так выразиться, сельскохозяйственный. К Покрову все стараются завершить жатву и другие полевые дела. С Покрова начинается сезон осенних свадеб — это мне мама сказала. Погода на Покров является неким «маркером» — как пройдет предстоящая зима. Много чего связано с этим днем.

Маргарита Игоревна моему визиту обрадовалась. И первым делом, как чайник поставила, спросила, как дела у Пелагеи идут. Прикипела она к девушке, по взгляду вижу.

— Старается, но пока не научилась грамотно объяснять, что от людей будет требоваться в будущем салоне, — ответил я и рассказал историю с «бунтом».

Угорская удивилась и даже в некоторых местах поохала. Но была рада, что на Пелагею я не сержусь из-за случившегося. Екатерины Савельевны в ее квартире не было — та комнату в Дубовке снимала. Я как пришел, так Маргарита и отправила к ней мальчишку дворового, чтобы позвал. И пока у нас было время, я попытался у нее узнать — что она знает про того господина, который встречи со мной ищет.

— Купец, торговлю с османами и персами ведет. А более я и не знаю про него ничего, — развела руками Маргарита. — Тут тебе лучше Екатерину дождаться. Она уже все и расскажет.

Попутно женщина поделилась, что моя тетя новую постановку готовит. Сразу после успешного проведения первого тура кулинарного состязания этим озаботилась. И сейчас Маргарита платья готовит для нее. Пока все на стадии зарисовок находится, а как тетя одобрит внешний вид, так и к раскройке с шитьем дело перейдет.

Совина приехала спустя минут сорок, как я к Угорской пришел. И всего через пять минут после приветствий попыталась меня уколоть:

— Роман, заставлять ждать даму неприлично.

— Заниматься вашим делом тоже, но ведь я не тыкаю вас этим? — тут же вернул я ее укол, от чего она поджала губы. — Так по какому поводу вы столь настойчиво хотели увидеться со мной?

— Это ваше, — немного помедлив, протянула она мне какой-то сверток.

Удивившись, я принял его и развернул. Внутри лежала стопка ассигнаций.

— И что это? Взятка? — хмыкнул я и протянул сверток обратно.

— В этом случае я просто почтальон, — даже не попыталась забрать деньги Совина обратно. — Один посетитель моего заведения был очень впечатлен теми платьями, что вы придумали для моих девочек. Он настойчиво просил передать вам свою благодарность.

— Прямо вот так? — подбросил сверток я на руке.

— Он купец, — пожала плечами Екатерина Савельевна. — Как привык, так и благодарит. Но кроме этого он очень хотел бы увидеть новые наряды. В прошлый раз я вам говорила об этом. Вы тогда отказались.