Сердце из огня и стали - Борэй Анна - Страница 15

– Конечно, малышка. Народ Фэ разнообразен. Фэйцы — такие, как я. А, например, Рой — фейри из Страны Огня. Разве в ваших книгах об этом ничего не говорится?

– Нет. Для нас вы все просто «фейри» — сказочные создания.

– В этом есть смысл, – сказал он, встречаясь со мной взглядом.

Столько всего крутилось у меня на языке, пока я погружалась в золотые озёра его глаз. Мне хотелось задать бесконечное количество вопросов и слушать его низкий бархатный голос много часов подряд.

Он пугал мой разум, весь его внешний вид кричал об опасности, моё горящее сердце звенело во все имеющиеся тревожные колокольчики, но при этом я глупо привязалась к нему.

За эти короткие, полные опасных приключений и захватывающих историй дни одно мне стало ясно совершенно точно: я доверяю ему и готова пройти этот путь бок о бок с Эктором.

Он долго и пристально рассматривал мои глаза, не прерывал нашего зрительного контакта ни на секундочку, я терялась в догадках…

Что он чувствует, каковы его собственные мысли насчёт всего этого, насчёт нас… Чувствует ли он, что тонкая шёлковая нить судьбы между нами очень быстро и напористо крепнет?

Спросить его?

Но что, если он не видит этих связей? Может быть, для него я просто маленькая человеческая девочка со странными особенностями, которые нужно изучить.

Вполне вероятно, что так и обстоят дела.

Я не привыкла получать то, чего мне хочется. Я могу только бороться и добиваться, рассчитывать на свои силы… и так будет всегда.

В конце концов я отвела глаза, как бы больно ни кольнуло в области груди.

Если ему нечего сказать, предложить ему мне тоже нечего.

Я медленно побрела дальше, проходя рядом с прекрасными красными цветами, и мечтала хоть на мгновение ощутить себя такой же прекрасной и желанной, как и они.

Глава 8.

— Я могу легко перенести тебя, и прекрасные ножки останутся сухими, — это был уже третий раз за последние двадцать минут, когда Эктор предлагал мне свои услуги.

Пробираться сквозь тягучие грязно-жёлтые болотные воды было занятием далеко не приятным, но моя потрёпанная гордость не позволяла согласиться. Я не хотела выглядеть слабой жеманной девицей, которая боится намочить лодыжки и сразу вешается на шею сильному мужчине.

В Катакомбах мне приходилось сталкиваться с куда более грязными и неприятными ситуациями, так что запах затхлой болотной воды пугал меня ровно настолько, насколько горного льва может напугать пухлый домашний кот.

Полчаса назад мы достигли этой местности. Эктор назвал её Пустошью Страста.

Со слов фэйца, много сотен лет назад здесь жили лесные нимфы, пикси и добрые духи-хранители. Затем сюда пришли захватчики из Страны Молний.

Когда их маги ступили на эту землю, они насытили её скверной, уничтожив мирные волшебные народцы фейри. С тех пор почва в этих краях гниёт и уже не может дарить жизнь и отдавать магию. Единственное, что она теперь рождает, — грязную болотную жижу.

Вторжение тогда удалось подавить, но последствия тёмной магии так и не устранили. С тех пор недалеко от Амбалдрока, со стороны востока, всегда приходится преодолевать эту гнилую преграду.

Совсем скоро мы будем в столице.

Пока что я не могла понять, какие чувства сильнее: тревога, страх, любопытство или предвкушение… Всё это бурлило внутри меня, превращаясь в слабое покалывание на коже.

Этот нервозный зуд не посещал меня с одиннадцати лет, а теперь я то и дело ловила себя на том, что скребу ногтями кожу на запястьях. Этот факт, конечно, не остался незамеченным для Эктора.

Поначалу он старался не вмешиваться, не давил, позволял мне самой осмыслить происходящее.

Но спустя час пути по болотам не выдержал.

Идя впереди, он плавно обернулся, остановился и пристально вгляделся в моё лицо.

Я нахмурилась:

— В чём проблема? Почему мы остановились?

— Это я хотел спросить у тебя — в чём проблема?

Когда я не ответила, он заговорил необычно мягким, успокаивающим тоном:

— Ты очень бледная, принцесса. Даже твоя светлая кожа теперь кажется почти прозрачной.

Ну раз уж это настолько очевидно…

— Я… я не знаю… Просто немного волнительно. Я раньше не путешествовала по фэйскому миру, и уж точно не думала, что когда-то встречусь с вашим королём, — я нервно чесала левую кисть и смотрела на горизонт за его спиной.

Небо уже затягивалось розоватыми облаками — скоро закат. Хотелось выбраться из болот до наступления темноты.

Из мыслей меня выдернуло лёгкое касание его пальцев к моей щеке. Я вздрогнула и посмотрела на него. Первая реакция — отпрянуть и воткнуть в его руку кинжал, но ощущение шершавых пальцев на моей коже почему-то успокаивало бурю внутри.

Фэец смотрел на меня пристально, ласково. Кожа под его прикосновением будто загоралась. Наверное, я снова залилась краской, но это волновало меня меньше всего.

Почему столько теплоты? Почему — ко мне?

И почему сердце трепещет от обычного прикосновения?..

Даниэль когда-то всеми силами пытался вызвать во мне интерес — и не смог.

А Эктору стоило просто взглянуть своими янтарными глазами, намекнуть на нежность — и я готова растаять в его руках.

— Ты переживаешь и волнуешься. Я чувствую это в твоём запахе. Он изменился… И да, принцесса, — предупредил он мой немой вопрос, — я могу ощущать такие вещи. Что тебя тревожит, Мирабель?

Я сглотнула, прочистила горло:

— Мне не по себе от того, что я не знаю, что ждёт впереди. Я привыкла контролировать свою жизнь, а сейчас чувствую… беспомощность. Ощущение, что от меня ничего не зависит. Я не выношу слабости, — я взглянула ему в глаза, — особенно в себе.

Эктор погладил большим пальцем мою щеку:

— Ты не слабая, принцесса. Ну… твое тело хрупкое, как ветви ивы, но внутри тебя течёт жидкий огонь. Просто он ещё не пробудился. Я вижу его — в твоём взгляде, в том, как ты держишься. В тебе нет страха, Мирабель, лишь лёгкое волнение.

Он улыбнулся. Настоящей, тёплой, доброй улыбкой — без привычного сарказма. Улыбкой, которой делятся с близким человеком, чтобы поддержать.

Моё сердце дрогнуло.

Я справлюсь.

Я не буду бояться.

Он такой красивый…

И рядом…

Я подняла руку и потянулась к нему. Эктор заметил движение и замер — будто перестал дышать. Только янтарные глаза внимательно следили за каждым моим жестом.

И тут меня осенило.

Он ждал.

Ждал моего решения — поставлю ли я барьер или открою себя.

Он всегда подталкивал, но не навязывался. Давал свободу выбора — стереть ли между нами границу или укрепить её.

Я решила, что достойна попробовать.

Достойна испытать нечто большее.

Пусть впереди — опасности, неизвестность…

Сейчас я не хочу терять ни минуты на упущенные возможности.

Я протянула руку и коснулась его лица.

Он был твёрдым, будто высеченным из камня. Я провела пальцами по острым скулам, чувствуя лёгкую щетину — она царапала кожу.

Каждое ощущение я впитывала, словно собирала драгоценные крупицы воспоминания — в крошечный мешочек, который хотела хранить до конца дней.

Эктор стоял неподвижно, внимательный, позволял мне действовать, как я захочу — разрешал быть собой.

На мгновение я замерла, сердце сбилось с ритма…

И потом — сделала шаг вперёд.

Подняла голову, встала на носочки и прикоснулась губами к его тёплым устам.

Мир замедлился.

Моя кожа будто искрилась изнутри.

Поцелуй был лёгким, почти невинным, как прикосновение бабочки, — но для меня он стал самым интимным моментом в жизни.

Когда я отстранилась, Эктор всё ещё смотрел на меня.

Я уже приготовилась шагнуть назад, прервать эту хрупкую паузу — но вдруг все его стены рухнули.

Он рванулся вперёд, поймал меня за волосы, прижал к себе и поцеловал так, будто хотел поглотить.

В этом не было нежности, колебаний — лишь огонь и голод.

Его язык ворвался в мой рот, ошеломив и заострив мои нервы, я открылась ему насколько мне хватало опыта, но он не заметил моей небрежности. Он просто продолжал целовать меня.