Чай со смертью - Локсли Элиот - Страница 17

– Благодарю, – он сел за столик и немного помолчал, подбирая слова. – Решил поделиться с вами последними новостями: Блэквуд дал официальные признания, предупреждающую об опасности бирку от книги нашли среди его виниловых пластинок. Он оставил ее на память.

Джейн вздрогнула. Даже теперь, после нескольких недель расследования, осознание действий хладнокровного убийцы приводило ее в ужас.

– Дело закрыто, – продолжил Марлоу. – И я хотел извиниться. Вы проявили настойчивость и проницательность, которых мне, признаться, в этот раз не хватило. Я слишком привык видеть в нашем городке только бытовые ссоры и пропавших котов. Вы заставили меня вспомнить, что зло может прятаться и за спокойными фасадами.

– Вам не нужно извиняться, детектив, – искренне сказала Джейн. – Без вашей помощи, в конце концов, ничего бы не вышло. Мы работали вместе.

Марлоу кивнул, и уголки его рта дрогнули.

– Возможно. В любом случае я буду заходить сюда. Чай у вас просто замечательный.

С этими словами он поднялся, оплатил заказ и вышел. Это было новое начало странного, но прочного перемирия.

Жизнь постепенно приходила в привычное спокойное, но уже обновленное русло. Джейн теперь была не просто библиотекарем, получившим в наследство чайную, а частью этого городка, его хранителем и защитником.

Однажды, когда последний посетитель ушел, а Элли отправилась домой, Джейн осталась одна. Она заварила себе чашку лапсанга сушонга, присела за столик и засмотрелась на огоньки в окнах напротив. За несколько недель она узнала столько о темных сторонах человеческой души, сколько не узнала бы за годы мирной жизни среди книг. Это наполнило странным спокойствием.

Внезапно ее мысли прервал тихий стук по стеклу. За дверью, прижимая к груди посылку, стоял молодой почтальон Артур Гримм. Джейн поспешила впустить его.

– Мисс Баррет, простите за поздний визит, – он нервно протянул ей сверток, его пальцы слегка дрожали. – Это для вас от моей матери. Она написала вам письмо.

Джейн развернула подарок – внутри оказалась банка вишневого варенья и конверт. Размашистым, чуть неуверенным почерком женщина благодарила Джейн за то, что та нашла правду и восстановила справедливость.

«Все эти годы мы не могли открыто говорить о том, что произошло с моей дочерью. Находилось много тех, кто сетовал, что дыма без огня не бывает – писала она. – Но теперь, когда все знают правду, моя Эмили может спать спокойно. Спасибо Вам, дорогая, Вы вернули нам ее доброе имя».

В глазах Джейн предательски защипало. Она поняла, что, распутав это дело, помогла исцелиться тем, кто годами жил с незалеченными ранами.

– Пожалуйста, передайте вашей матери, – голос Джейн дрогнул, и она сделала паузу. – Передайте, что я очень тронута и искренне рада тому, что смогла вас поддержать.

Артур кивнул, в его глазах стояли слезы.

– Она впервые за все эти годы смогла положить цветы на могилу сестры, не опасаясь осуждения и косых взглядов. Спасибо вам.

Проводив гостя, Джейн вернулась к своему остывающему чаю. Она смотрела на свет в домах соседей и думала, что у каждого за внешним благополучием есть свои тайны, не обязательно криминальные, свои драмы, обиды, невысказанные упреки. И, возможно, ее новая миссия в этом городке – иногда помогать этим историям находить мирное разрешение. Завтра будет новый день, и сюда придут люди за душевным теплом и хорошим чаем. Элли принесет новые травы. Заглянет детектив Марлоу, чтобы снова выпить эрл грей. Так закончится расследование гибели Хауэлла.

Следующие несколько недель пролетели в приятной суете. Чайная «У Агаты» стала чем-то вроде клуба, литературной гостиной и исповедальни одновременно. Посетители приходили сюда не только выпить чаю, но и поговорить, поделиться новостями, послушать очередной захватывающий рассказ Элли.

Джейн наслаждалась этим покоем. Ей наконец удалось разобрать оставшиеся тетушкины коробки. Во многих из них хранились безделушки, старые фотографии и книги. Один том, небольшой, оклеенный потертым бархатом, привлек ее внимание.

На первой странице было написано: «Местные диковины. Для любопытных глаз». Пролистав книгу, Джейн поняла, что это не дневник, а сборник зарисовок, слухов, легенд и маленьких тайн их городка, которые Агата собирала десятилетиями.

Тут были истории о призраке монаха в развалинах старого аббатства, о пропавшей из почтовой кареты в позапрошлом веке партии серебра, о секретных ходах, связывающих подвалы старинных особняков. Большинство заметок были помечены как «Не подтверждено» или «Байка старого рыбака». Но у одной, самой последней, стоял знак вопроса, она была сделана всего за месяц до смерти Агаты.

«Старая аптека “У Кипариса”, – гласила она. – Старик Амброуз, владелец, умер 10 лет назад. Магазин закрыт, но по ночам в витрине иногда мелькает свет. Старуха Мэри (разносчица газет) клянется, что видела, как кто-то выносил оттуда какие-то ящики прошлой ночью. Говорит, фигура в плаще была похожа на… нет, не может быть. Он же давно покинул город. Нужно проверить. Возможно, это связано с теми старыми слухами о “Рецепте Силена”».

На этом заметка обрывалась. Джейн перевернула страницу – следующая была чистой. Что за старые слухи? На кого была похожа фигура? И почему Агата, всегда такая практичная, заинтересовалась светом в заброшенной аптеке?

Легкое беспокойство пробежало по спине. Она вспомнила, как Марлоу сказал, что убийцы редко останавливаются на одном преступлении. Может, тетушка столкнулась с чем-то опасным? Вдруг ее смерть не была естественной?

Звонок в дверь возвестил о приходе посетителя. В зал вошел седой крепкий мужчина с кожаным портфелем. Это был доктор Элтон, местный терапевт, лечивший половину города, включая Агату.

– Мисс Баррет, – кивнул он. – Я по делу. Разбирал свои архивы и нашел кое-что. Это, полагаю, должно остаться в семье, – он достал из портфеля конверт и протянул его Джейн. – Результаты последнего осмотра и анализов вашей тети. Все было в норме, за исключением легкой аритмии, от которой она страдала годами. Вот только меня смутила одна деталь: за день до смерти она приходила ко мне и спрашивала о запахах.

Джейн похолодела.

– О запахах? – невольно переспросила она.

– Да, – доктор Элтон снял очки и принялся их протирать. – Она хотела узнать, может ли резкий химический запах, похожий на горький миндаль, вызвать внезапную остановку сердца у пожилого человека. Я ответил, что теоретически может, некоторым ядам присущ запах миндаля, и поинтересовался, зачем ей это? Она отшутилась, сказала, что для новой книги. А на следующее утро ее не стало.

Джейн сжала в руках бархатную коробку. Агата спрашивала о запахе миндаля незадолго до смерти и вела запись о таинственной активности в старой аптеке. Это не могло быть просто совпадением.

Поблагодарив доктора и проводив его, Джейн снова открыла тетрадь. Возможно, ее тетя стала жертвой самого первого, так и не раскрытого, убийства в этой истории. Новая спокойная жизнь мисс Баррет снова грозила наполниться загадочными событиями и расследованиями.

Она отложила папку и подошла к окну. Закатное солнце окрашивало кирпичные стены домов в мягкие золотистые тона. Этот город, казавшийся таким мирным, хранил множество нераскрытых тайн. Смерть Хауэлла была лишь верхушкой айсберга, и Агата, похоже, добралась до той его части, что скрывалась в глубине.

Джейн вспомнила, как в дневниках тетушка с иронией писала о «непрошеном даре видеть то, что другие предпочитают не замечать». Теперь она понимала: это была не просто фраза. Агата занималась собственными расследованиями. Вероятно, одно из них забрало ее жизнь.

Мисс Баррет задумчиво взяла папку и прошла в свою комнату, где на столе лежали дневники. Сравнивая даты, она обнаружила тревожную закономерность: активность в старой аптеке началась примерно за два месяца до смерти Агаты. За неделю до кончины тетушка сделала лаконичную запись: «Нужно поговорить с Л. Он все еще здесь. И он опасен».