Убийство на вершине утеса - Роулендс Бетти - Страница 21

«Нам пора идти», — сказала Айрис, поднимаясь на ноги. «Пойдем, Мелисса, я сказала Джеку в половине десятого, а уже почти восемь».

«Я все испортила, да?» — сказала Мелисса, когда они вышли на улицу.

«Ты немного подлила масла в огонь», — согласилась Айрис. «Не стоит из-за этого волноваться. Наверное, они и раньше уже ссорились».

«Подозреваю, что они заведут ещё несколько таких же».

«Весьма вероятно».

После дневных дел и более важных дел вечерней трапезы жители Розиака наслаждались несколькими часами отдыха на свежем воздухе. По пути в «Золотого льва», где им предстояла встреча с Джеком, Айрис и Мелисса проходили мимо пожилых женщин, вяжущих и сплетничающих в дверных проемах или выглядывающих из окон, молодых женщин, неспешно прогуливающихся с младенцами в колясках, и одетых в кожу юношей на блестящих мотоциклах, припаркованных у обочины, которые болтали со своими девушками в мини-юбках.

На центральной площади шла игра впетанк под пристальным взглядом группы мужчин в рубашках с закатанными рукавами и мешковатыми штанами, с коротко подстриженными головами, окутанными едким дымом от их бокалов Gauloises, и стаканами, сжатыми в крепких кулаках. Между глотками они выражали одобрение или неодобрение игре протяжными возгласами «Ооо!» и «Ааа!», а те, чьи руки не были заняты, изредка разражались аплодисментами. Мотыльки порхали в свете фонарей, свисающих с деревьев, словно танцуя под мягкое, ритмичное стрекотание цикад.

«Живописно!» — прокомментировала Ирис. — «И нетронуто. Совсем не похоже на Лазурный берег».

«Зимой здесь намного холоднее, чем на Лазурном берегу», — напомнила ей Мелисса, когда они шли дальше.

На террасе «Льва Золота» Джек сидел один за одним из круглых белых столиков, по обе стороны от него стояли свободные стулья, слегка наклоненные вперед. Заметив гостей, он вскочил на ноги и поздоровался, выпрямив стулья и поочередно придерживая их, чтобы они устойчиво стояли на неровной гравийной площадке, пока гости садились. У Мелиссы сложилось отчетливое впечатление, что он держал стул Айрис чуть дольше, чем ее собственный.

Он спросил, что бы они хотели выпить, и они попросили кофе, отказавшись от его предложения ликеров. Они сидели, потягивая крепкий темный напиток, и непринужденно болтали ни о чем, наслаждаясь теплым бархатистым воздухом, бирюзовым небом, усыпанным звездами, постепенно меняющим цвет на аметистовый, и пьянящим сладким ароматом, исходящим от пучка желтого дрока. Непосредственно под террасой находилась река Мозер, здесь более широкая и глубокая, чем в Ле-Шатанье, и с меньшим течением. Мимо проплыла флотилия уток, их кильватерные следы образовывали наконечники стрел на темнеющей поверхности воды.

«Ну как вам такой пример "природного творения"?» — предположил Джек.

Айрис одобрительно кивнула. «Забавно, что ты это сказала. Подумал, что следующим блюдом было бы "Узоры света и тени"».

— Вы собираетесь провести ещё один курс? — Джек наклонился вперёд, его глаза горели интересом. — Когда?

«Не уверен. Филипп упомянул октябрь, но это еще не точно. Вы бы приехали?»

«Конечно, если получится. Возможно, приведу ещё одного-двух человек из своего художественного кружка. Когда я расскажу им, какой вы замечательный преподаватель, они очень захотят присоединиться».

Ирис сияла. «Это было бы великолепно. Филипп был бы в восторге». Теперь все ее мысли были сосредоточены на Бонаре. Она повернулась к Мелиссе. «Он говорил тебе что-нибудь о проведении курса творческого письма?» — спросила она. «Я предлагала…»

«Нет, и я сомневаюсь, что он согласится». Мелисса поставила пустую чашку и начала теребить свою цепочку. Внезапно она почувствовала раздражение. «Когда дело доходит до распространения языка и литературы, его интересует только отечественное», — заявила она. «Он очень обаятельный и все такое, но он настоящий отъявленный шовинист. Кроме того», — добавила она, прервав протест Айрис, — «я сомневаюсь, что он захочет заплатить ту сумму, на которой настаивает Джо Мартин».

«Этот ваш агент — жадный до денег человек», — пожаловалась Айрис. «Неужели вы не можете поступить проще ради друга?»

Мелисса уже собиралась возразить, что, поскольку она знает Бонара всего три дня, его вряд ли можно назвать ее другом, когда удивленное «Ну, а что ты знаешь?» от Джека заставило их обоих обернуться. Дитер Эрдл только что приехал, и Роуз Кеттл цеплялась за его руку. Они помахали друг другу на прощание и направились к свободному столику в дальнем углу. Они не сразу сели, а прислонились к низкому парапету и стали смотреть на реку и горы; она склонила голову к нему, а он положил руку ей на плечо.

«Рози и её молодой любовник!» — прокомментировала Айрис. «Наверняка Дора в ярости!»

Джек неодобрительно покачал головой. «Такой молодой человек не должен играть на чувствах пожилой женщины».

«Может, она ему действительно нравится», — предположила Мелисса. Она считала такую ​​возможность маловероятной, но ее охватило ироничное чувство. У нее было хорошее представление о том, каково будет мнение Айрис по этому поводу — и эта дама тут же подтвердила это предположение.

«Чушь!» — твердо сказала она, одобрительно взглянув на Джека. — «Абсолютно согласна. Не стоило так ее обманывать».

Мелисса, заметив между ними искру товарищества, решила немного её разжечь. «Возможно, он её не обманывает. Молодые люди иногда влюбляются в женщин постарше», — сказала она.

«Иногда, — согласился Джек, — но, думаю, не в этом случае».

«Нельзя быть уверенным».

«Конечно, может. Ты совершенно прав, Джек. Скажи мне, — Айрис наклонилась вперед в кресле, — что это за «Узоры света и тени»… как ты думаешь…?»

Мелисса откинулась на спинку кресла и позволила своим мыслям блуждать в другом месте, пока они обсуждали рабочие вопросы.

Когда Айрис объявила, что им пора возвращаться, Джек настоял на том, чтобы проводить их. Через несколько минут их обогнала машина Дитера; когда они подъехали к гостинице, она стояла в тени неподалеку, а на передних сиденьях рядом сидели две смутные фигуры. Никто ничего не сказал; после коротких благодарностей и прощаний Джек ушел, и двое друзей вошли в дом.

Мадам Готье сидела на стуле у стойки регистрации и подсчитывала долги. Они как раз прощались пожелать друг другу спокойной ночи, когда вошла Роуз, раскрасневшаяся и счастливая, но немного взволнованная.

«Хорошо провели вечер?» — в голосе Айрис звучала явная ирония, но Роуз либо не заметила этого, либо была слишком взволнована, чтобы обидеться.

«О, как мило, спасибо!» Она вопросительно посмотрела то на одного, то на другого. «Не думаю… то есть… не могли бы вы поговорить?»

Ответ Айрис был незамедлительным и бескомпромиссным: «Если тебе нужны советы по личной жизни, собери его вещи, пока он тебя не бросил!»

Мелисса увидела, как Роуз поморщилась. «Айрис, — увещевала она, — дай Роуз рассказать нам, о чём она хочет поговорить».

«Я… я…» Роуз растерялась.

Айрис подавила зевок. «Если вы не возражаете, я оставлю вас в покое. Две советчицы вам не нужны». Она направилась по коридору к лестнице.

«Не обращайте на нее внимания – она не хочет обидеть», – сказала Мелисса. «Может, посмотрим, нет ли кого-нибудь в салоне? Мы могли бы поговорить там».

Они сидели на диване в пустой комнате, и Роуз смотрела себе под ноги. «Твоя подруга меня не одобряет, да?» — спросила она. «Она думает так же, как Дора, что Дитер интересуется мной только потому, что у меня есть деньги. Но это не так, он действительно обо мне заботится!»

«Как вы можете быть в этом уверены?»

«Я просто знаю!» Роуз подняла голову и посмотрела Мелиссе прямо в лицо. Несмотря на морщинки вокруг губ и седые пряди в волосах, ее щеки румяны, а глаза сияют, как у девушки, впервые влюбившейся. Сердце Мелиссы сжалось от сочувствия. Если бы только это было правдой.

«Как давно вы его знаете?» — мягко спросила она.

«Десять дней. Это наша вторая неделя в центре. В этом-то и проблема… видите ли, Дитер записался на третью неделю, и… я тоже хотел бы остаться».