Академия повелителей - Кис Ксения - Страница 9

– Дракон не может иметь больше одного фамильяра, – начала драконица, сидящая поодаль от всех. – Однако сменить фамильяра возможно. Насколько это просто? За сколько до выпускных экзаменов можно это сделать?

– Проще всего сменить фамильяра, когда тот погибнет, – холодно произнесла Агата. – Тогда ваша связь оборвется и вам ничто не помешает сразу же провести ритуал с новым фамильяром. Если же вы решите сменить фамильяра по каким-то другим причинам, то это будет сложно. Во‐первых, по документам вы должны будете куда-то пристроить имеющегося: продать, вернуть семье за вознаграждение и то, только если семья согласится его принять. Также ритуал разрыва связи очень сложный, и между ритуалом разрыва и ритуалом новой привязки должно будет пройти не меньше года. А зачем дракону год быть без фамильяра? Так что думайте сейчас, правильный ли выбор вы сделали, пока есть возможность что-то изменить.

Несмотря на то что речь ректора была очень неприятной, я для себя уяснила, что у меня еще куча времени, чтобы Кайлан добровольно привез меня отцу и еще умолял его, чтобы тот меня забрал.

Дальнейшие вопросы уже не были такими интересными, поэтому в библиотеку я шла в приподнятом настроении.

Библиотека оказалась очень похожей на административное здание, в котором Кайлан оформлял на меня документы: под потолком парили те же птицы, а на стойке так же сидел маг в белоснежной одежде.

Несмотря на то что мы пришли в библиотеку далеко не первыми, нас все равно пропустили почти без очереди. С чего бы это? Но подумать об этом я не успела, так как передо мной возникла новая проблема: как все унести.

Драконам и фамильярам выдавали по внушительной стопке книг, и если Кайлан взял свою без труда, то я свою еле приподняла.

Естественно, это не укрылось от взглядов других фамильяров, которые, будучи крепкими парнями, без труда взяли учебники и сейчас откровенно надо мной посмеивались.

– Господин, позволите ей помочь? – обратился Жак к Рейнару, и тот кивнул, однако Кайлан имел на этот счет свое мнение.

– Икара справится сама, – холодно бросил он, на что Рейнар только развел руками, мол, тебе виднее.

Я бы поспорила, что ему виднее, так как помощь мне явно не помешала бы. Но переубеждать дракона я не собиралась, поэтому быстро подошла к столику, перебрала стопку книг так, чтобы они лежали от самой широкой к самой узкой, подтолкнула стопку к краю, подхватила ее и, выпрямившись, вернулась к дракону.

До комнаты мы шли молча, но стоило двери спальни закрыться за нашими спинами, как я выронила учебники на пол и зло уставилась на Кайлана.

– Тебе что, жалко было, чтобы Жак мне помог?

– Не тебе, а вам! – зло поправил меня дракон. – Учись уже правилам общения. Ты фамильяр! Донести учебники не должно быть для тебя проблемой.

– Так надо было крепкого воина выбирать, как это сделали остальные! Тогда бы и проблем не было.

– Проблема не в том, что ты не воин, а в том, что ты физически слабая. Но ничего, правильные тренировки быстро это исправят. Считай, сейчас была первая.

Я хотела еще много чего сказать, но Кайлан выхватил мое расписание и стал быстро сравнивать его со своим.

– Сейчас у нас раздельные пары, а потом обед.

– Встретимся там? – заломила бровь я.

– Я тебя провожу до аудитории и встречу после пары, без меня не смей никуда уходить. Идем, мы уже опаздываем!

По всем законам жанра, первой лекцией для фамильяров были правила поведения в обществе, правила общения с драконами и основы этикета. Сокращенно: ОДЭ (общество, драконы, этикет) – и кто это придумал? Если бы пожилой профессор не пояснил, я бы никогда не догадалась, о чем эта пара.

Профессор мне, кстати, понравился. В отличие от ректора он не смотрел на фамильяров как на что-то мерзкое и противное. Он обращался к нам как к равным (хотя явно был магом) и старался подбирать формулировки так, чтобы фраза, смысл которой: «драконы – ваши хозяева, и обращаться к ним вы можете только на «вы», и никак иначе», звучала как: «дракон и фамильяр должны всегда работать в связке, а это требует уважения. Обращаясь на «вы», вы поддерживаете равновесие и гармонию вашей пары, и это, в свою очередь, будет самым прямым путем к великим результатам».

Аудитория, в которой проходила пара, была гораздо меньше предыдущей, но такой же пафосной. Каждому фамильяру была выделена отдельная одноместная парта с удобным стулом.

– Я попрошу записывать информацию тех фамильяров, которые это умеют – добродушно проговорил профессор Леонтий и начал медленно и структурированно повторять выдержки из того, что только что красиво рассказывал.

Я хмыкнула, удивляясь, какого мнения о нас местные преподаватели, и начала медленно делать вид, что конспектирую. Хотя первой мыслью было демонстративно ничего не писать, но потом я поняла, что за это меня не выгонят, а скорее Кайлана посадят рядом и заставят надеть на меня ошейник.

Дописав последнюю фразу, я бросила взгляд на аудиторию и поняла, что лишь у трети фамильяров открыты тетради. Даже Жак сидел без пера в руке. В смысле? Они что, даже писать не умеют?

Конечно, образованию людей никогда не уделялось достаточно внимания, но школы все равно существовали. Учили там, конечно, так себе, но мои родители много занимались со мной и с сестрой дома.

При воспоминаниях о доме внутри все перевернулось: как там они без меня…

Написав еще одну какую-то важную фразу, я снова бросила взгляд на аудиторию, но в этот момент наткнулась на недовольный взгляд Жака. Ну да, он занял мне место за соседней партой, а я отсела от всех подальше к окошку. И что?

Кайлан, как и обещал, уже ждал меня около двери. Не удивлюсь, если драконов отпустили раньше.

Увидев поблескивающий в руках Кайлана ошейник, я поморщилась, но дракон посмотрел на меня таким взглядом, что просить я ни о чем не стала.

Глупая проходка по коридору в поводке, чтобы в столовой с меня его снова сняли.

К моему удивлению, народу во время обеда оказалось гораздо больше, чем за завтраком. Наверное, некоторые довольствовались чашкой кофе. Но, как бы там ни было, отсесть подальше уже не получилось, поэтому я заняла место рядом с Флатом, мысленно приготовившись, что по другую сторону от меня сядет Жак. Однако он не успел, и рядом приземлилась Лейла.

– Привет! Ну как первые пары? – с энтузиазмом посмотрела она на меня, откусывая кусочек огурца.

Обед тут, кстати, был как в ресторане, и даже я не стала скромничать и набрала себе и суп, и мясо, и гарнир, и даже чай с пироженкой.

– Нормально, – пожала плечами я.

– Первые полгода у вас будут только вводные лекции, общие, а после ритуала упор начнут делать на тренировки, станет повеселее.

Вспоминая утреннюю историю с учебниками, я поморщилась, понимая, что мне эти тренировки могут не понравиться. Причем я не могла сказать, что была неспортивной, я просто была слишком худой от недоедания, и у меня попросту не было столько сил.

– У нас следующей парой как раз значится тренировка, – вступил в разговор Флат, и я чуть не подавилась Он молодец, а я даже расписание свое не изучила.

– Ну это пока так, показательные выступления, – махнула рукой Лейла и принялась есть грибной крем-суп, а я насторожилась. Почему-то от тренировки я не ждала ничего хорошего.

Я была уверена, что тренировка пройдет на улице, однако нас повели куда-то вниз по лестницам. Спустя несколько минут петляний по коридорам я снова заблудилась и вздохнула: «Ну кто так строит…». Однако я все еще надеялась, что мы выйдем в какую-то потайную калиточку и окажемся на улице (там я, кстати, еще не была, только в окно видела).

Но нет, мы пришли в квадратное подвальное помещение, в трех стенах которого светились очертания огромных дверей. Именно очертания, самих дверей я не видела.

– Студенты, – обратился к нам преподаватель физической подготовки Гербион Тер, за которым тенью следовал его фамильяр. Фамильяр преподавателя, кстати, выглядел полной его противоположностью: худой, жилистый, с длинными светлыми волосами. Однако по возрасту они казались ровесниками, и общался Гербион Тер с фамильяром почти как с равным.