Древесный маг Орловского княжества 13 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 48

— Ещё три рейса! — Объявил я. — Потом у нас выступление скоморохов или как там их⁈

— Акробатов! — Выкрикнула Василиса и посмотрела на меня с прищуром мстительно. Похоже, все её будущие мероприятия я уже затмил своими птичками.

Откатав на аппаратах, повели их обратно в Заговорённый лес. Взлетели, как положено, размеренно и спокойно, но затем я поддал газу, ускорившись. Белка тоже теряться не стала, рванула следом. А за ней и Люта дёрнула рычаг на максимум.

Как приземлились в ангаре, только из салона вышел, воровка на меня набросилась со страстными поцелуями. Переборов желание с большим трудом, мягко отпихнул. Увидев бешеный взгляд Люты, понял, что и эта готова накинуться.

— Сейчас не время, сестрицы, — выдавил, поборов все низменные порывы.

— Что ж, ладно, — бросила Белка мстительно и добавила уже в спину. — И без тебя разберёмся, да Лютик?

Но и здесь вышел облом.

— Я так не хочу, — пробурчала демоница и выскочила за мной следом, как в попку ужаленная.

— Остаёшься? — Уточнил я, обернувшись, с намерением закрыть ангар.

Злющая Роксана сверлит меня взглядом секунд пять, затем вылетает пулей. Похоже, у нас это впервые. Впервые я отказал Ясмине Зориной.

Доставляю на крыльях неудовлетворённых подруг обратно в дворцовый парк, в зону, где народа поменьше. Надувшаяся Белка сразу ретируется, делая вид, что спешит найти себе другого партнёра. Хотя на самом деле она пошла искать своих деток, которые тоже тут где–то гуляют под присмотром её наёмников.

Следом отправляю Люту, чтоб поскорее примкнула к охране моей жены.

Самому хочется немного развеяться без её внимания и ревности. Хотя бы часок перевести дух, а там посмотрим. Поэтому спешу скрыться по прогулочной дорожке, жестами отправляя от себя немногочисленных гвардейцев. Бойцы засекли своего короля и спешат примкнуть к сопровождению, но так его будет легче вычислить назойливым гостям.

Несмотря на заявление о суперкрутых акробатах, зрителей собралось в разы меньше, чем было у моих кораблей. Примерно две трети вернулось обратно во Дворец, совсем немного гуляет по округе. Поэтому мне какое–то время даже удаётся избегать людей на своём пути.

Не без моей магической помощи Дворцовый парк за лето сильно разросся. Теперь он довольно большой — огибает весь Дворец до парадной площади, пронизан множеством дорожек, усыпан клумбами, стенами из постриженных кустов, беседками и лавочками. Местами густой и мрачный в ночи. Здесь есть, где уединиться, есть где затаиться. А то и устроить засаду.

Вот иду за дальним корпусом под полу–мрачным сводом из вьюнка и думаю… Чем хороши женщины–воины? Они очень наблюдательны, и легко засекут объект в воздухе заблаговременно, если есть такая задача. И ради такой задачи даже на высокое дерево залезть не поленятся в бальном платье.

Когда с такого слезла Сашка, я даже не удивился. Только усмехнулся, услышав треск ткани и лёгкую ругань.

Вот что у бабы в башке творится? В принципе, можно и спросить, пока мы одни.

Около минуты наблюдаю, как она с метровой высоты пытается спуститься уже на траву. Подол зацепился за ветку и задрал платье довольно высоко. Княжна заметила это только тогда, когда практически спустилась. Неплохо так она засветила свои кремовые трусики, что обтягивают подкаченную попку. Тугие ляжки в светлых чулках — определённо добавляют колорита, пробуждая бурную фантазию. И даже шрамы, которых Сашка стесняется, картины не портят.

Хотел уже помочь, но засмотрелся. В итоге справилась сама, но с такой суетой и смущением, что на неё явно непохоже.

Забавно смотреть, как она ещё минуту тратит на то, чтоб стряхнуть листья с шевелюры, до кучи отплёвывается, высунув язычок. Вот сейчас я понимаю, что вся эта цветная бутафория для боевой валькирии — сущая каторга.

— Ваше величество, — произнесла взволнованно и, споткнувшись на ровном месте, чуть не клюнула носом.

Тут уж подскочил я и поймал. Если можно так сказать. Уткнувшись мне практически в пах, но быстро вскарабкалась до груди, от которой оттолкнулась и встала ровно.

Вот что с ней делать? Пытаюсь встать на праведный путь и не крутить больше шуры–муры. Но, похоже, притяжение к этой барышне можно победить лишь одним способом — переспать и закрыть уже этот пункт. Конечно, допускаю, что стать может только хуже. И не потому, что я ещё больше могу привязаться. Просто с Сашкой так нельзя. Она достойна нормального отношения и своего собственного счастья. Она за это всю жизнь бьётся яростнее любого мужика.

— Благодарю, вас… простите, не привыкла, когда ногам мешают бабские тряпки, — выпалила.

— Саш, когда мы вдвоём, можно и без официоза, — напомнил.

— Да как–то неудобно, вы, ты… с дюже красивой короной стоишь, — заулыбалась застенчиво, разглаживая платье по сторонам руками, будто от этого оно станет менее пышным.

— Корона порой тоже мешает не хуже, чем бабские тряпки, — острю.

Сдувает чёлку, смотрит голубыми глазками невероятно чарующе.

— Как плечо? Как рука? — Спрашиваю, пытаясь бороться со сладким притяжением.

— Да что с ней станется? На тренировках сильнее получала. А это детские забавы.

— Ну не скажи.

— Ладно, признаю, нелегко было, — выдыхает. — Много славных воинов у тебя собралось, видать со всего света явились. Сразу со всей кучей не сдюжить.

Сашка в своём репертуаре — поодиночке бы всех порвала.

— Ну а в целом, понравился турнир? — Улыбаюсь, продолжая её с удовольствием разглядывать.

И впервые столь нагло смущать. Никогда бы не подумал, что княжна может так сильно раскраснеться.

— Ох, ещё как понравился, — засияла. — Я таких с роду не видывала. Да и никто не видывал, будь уверен.

— Да я и не сомневаюсь, — отвечаю с наигранной надменностью.

— А карета твоя летающая! — Воскликнула, будто опомнилась. — Как я рада, что не струсила!

— Понравилось летать?

— Да, в железном звере это не так, как на крыльях с тобой. Тут волнение особое, когда понимаешь, что сам можешь небо покорить. Сперва трясёшься, как мокрый пёс на ветру, но вскоре уже гордой птицей несёшься. Ну, или всадником на птице, не умею я выражаться красиво. Сложно уняться, хочется снова таких невероятных ощущений.

— Я так и понял, когда ты проскочила под шумок в третий рейс подряд, перебегая от кареты к карете.

— Прости за бестактность, сложно было удержаться.

— Прогуляемся? — Подал галантно руку. Наблюдая, как тучи в виде гвардии вокруг нас быстро сгущаются.

Княжна охотно приняла мою лапу загребущую, и мы поспешили в ещё более густые заросли.

Время примерно к десяти вечера. Праздник в разгаре, и его атмосфера буквально пропитала наш воздух, добавляя чувства авантюризма. Отовсюду слышен заливистый смех дам, со стороны проведения представлений — восторженные ахи и аплодисменты. Из окон корпусов разливается свет, и доносится торжественная бальная музыка.

— Что решила? — Спрашиваю, отбросив всякий флирт.

— Ты о браке или службе? — Уточняет княжна, не теряясь.

— Обо всём. Или ты после всего увиденного хочешь обратно в ростовские дебри?

— Вот не надо наш край обижать.

— Я не в этом смысле.

— Да понятное дело, — вздыхает княжна. — Изворачиваться не стану, остаться хочу. А в каком качестве — не знаю. Если женой твоей, что–то дело сомнительное. Принцесс со всей Европы свезли, с какими я рядом и не встану.

— Вот где не надо — ты скромничаешь, — усмехнулся, вышагивая с Сашкой в ногу по вымощенной дорожке.

— Хочешь сказать, я много о ратных подвигах хвалюсь? — Наехала.

— Нет, что ты очень красивая девушка.

— Ой, прекрати, порченая я, — снова за своё.

— Да что ты всё заладила. Выходит, и я порченный?

— Тебя в девять лет отроду дядька не насиловал, — выпалила взвинчено и осеклась.

По голосу уловил ком в горле. Похоже, эта рана в сердце у неё всё не заживает. В принципе, подобную историю и предполагал.