Древесный маг Орловского княжества 13 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 3

— Тут трофей пожеланнее будет, ваше величество.

Потерев быстренько о бедро, протянула мне браслет на крупной цепи, похоже, из вулканического металла. Сквозь зелёную жижу, проклёвывались гранёные камушки золотого цвета, всего семь штук одинаковой величины с горошину. Похоже, некая драгоценная порода. Принял, чувствуя в нём большую магическую мощь.

— Даже свойств не потеряло? — Засомневался, прощупывая. — И что это?

Зорина подошла ближе и шепнула сладко на ухо:

— Артефакт чернобога, если ничего не путаю, милый.

Живенько убрал в карман, чтоб попозже с Есей разобраться.

Трое раненных у нас застонали, к которым и поспешил. В одного влил силы, второму принялся помогать. И тут от Люты раздалось беспокойное:

— Что–то приближается.

Демоница многозначительно посмотрела в сторону восточного леса, куда поначалу ринулся Могута. А теперь оттуда нечто надвигается, кронами шурша.

— Строй! — Прогремел Пересвет. — Щиты сомкнуть!!

Ратники уже успели разбрестись, но за пять секунд сформировали первые коробки, ощетинившиеся в сторону опасности. Подготовка на полигоне не проходит даром, вскоре все двести с небольшим бойцов встают монолитом.

Суета и крики сменяются затаившейся тишиной.

— Оберег светится, — слышу негромкое из строя.

— И у меня…

— На упыря горит, — ахают мужики.

Похоже, они и сидели в землянках, дожидаясь заката.

— Приготовиться к бою! — Рявкнул Пересвет. Витязи встали впереди формирований, как статуи в предбоевом прыжке.

Судя по вибрациям, на нас надвигается целое стадо. Стоит Люте скомандовать, и она шандарахнет по лесу, выжигая акры. Но там же всё на деревушки перекинется. Давно собирался Звягинки стеной обнести, всё руки не доходили.

До опушки метров восемьдесят. Перелетаю, вставая в тридцати метрах дальше.

— Чего удумал! — Возмутился Никита и побежал, чтоб со мной поравняться.

— Славная будет сеча! — Загоготали Пересвет с Горыней и поспешили следом. Вот что за ребячество⁈

Через полминуты показались первые упыри! Белокожие, лысые уродцы в лохмотьях и целой одежде, несущиеся на четвереньках. За ними выскочило целое стадо, бросившиеся на нас, что голодная саранча.

— Не подожгите лес! — Крикнул я и перешёл в изнанку, чтоб начать рубку в ускорении.

Первых же тварей покосил легко, наблюдая, как по флангам орудуют мои бесстрашные витязи. Пересвет в смертельной карусели устраивает месиво, Никита по три–четыре тушки насаживает на копьё и перекидывает мужикам добивать, Горыня всех шипастыми гирями плющит, размазывая головы, что арбузы. Стрелы с «Ветерков» тонкими лучами летят, прошивая одиночек, а то и нескольких за раз. Проскакивает и розовый лазер Люты, пробивающий черепушки на ура. Тварей так много, что вскоре они огибают нас и устремляются на коробки. Ополоумевшие упыри сами насаживаются на пики, лезут под мечи. Клацают своими челюстями и машут в холостую когтями.

Такое ощущение, что ими движет не разум, а безумная жажда. Или всё дело в том… что Могута больше не сдерживает их. Но и не приказывает.

Поначалу кромсаю всех подряд, затем уже ищу упырей покрупнее и покруче. Прикрываю своих…

Сдерживаем натиск около получаса, затем уже начинаем встречать залётных, следом ратники спешат ловить разбежавшуюся по улочкам и берегу мелочёвку, которую мы пропустили увлечённые рубкой.

К воротам запоздало несутся мастера в бордовых мантиях. Посохи у них искрят. Снова Морозова мчит, чтоб вдарить.

— Мам! Да всё уже! — Машу ей, чтоб не пачкалась.

— Задрали! — Орёт уже порядком взвинченная. — У меня ж тут дети! Устроили полигон, упырь вас дери!!

Почти до полуночи возились. Не поленился зайти в лес и поискать уцелевших кровососов. Двоих хитрых нашёл довольно быстро, но на этом всё.

В итоге чуть больше пяти сотен мы изничтожили, не потеряв никого. Не сказать, что нечисть попалась слабая. Просто мы уже не лыком шитые.

Одно смущало. Судя по целой крестьянской одежде — много недавно обращённых. И это настораживает, хотя в моих землях никаких вестей об упырях давным–давно не было. Видимо, они где–то под землёй спали, дожидаясь своего часа. Странно всё это.

Оставил караул на всякий случай, и толпа моих элитных вояк двинула обратно в город. У всех рожи довольные, предвкушают гулянку на выходном за проделанную работу.

Мне бы тоже не мешало искупаться в ванной, чтоб спинку потёрла рыжая девица с большими дойками. Но сердце не на месте.

И суток не прошло, как Дарью заключили под стражу, но не могу о ней не думать. Она должна объясниться. А я должен дать ей такую возможность. Потому что отчаянно не хочу верить в её предательство. Мы ведь с самого начала вместе. Она была первой, кого я увидел в новом мире.

Всех троих заточили в подземелье Дворца, куда я сразу и направился, даже на ночь глядя.

Всё больше убеждаюсь, что Ирские волхвы вложили в руны Зодчества знания многих поколений. Все их строения практичны, надёжны и продуманны. Особенно монументальные. Аж пять подвальных этажей под Двором, как бы в Хикупту не провалиться.

На двух последних и предусмотрены тюремные камеры. Причём всё сделано по отсекам, с буферными зонами для стражи, имеющими основательные решётки в проёмах, чтоб не так просто было сбежать. А точнее вообще невозможно.

Для узников предусмотрены и закрытые помещения с дверьми и окошками, куда передаётся еда, и открытые камеры со сплошной впаянной в бетон металлической решёткой с толстенными прутьями, вот в одну из таких и поместили Дарью. Предусмотрительно всех раскидали по разным отсеками, дабы допрашивать отдельно. А пока сидят, чтоб не могли сговориться.

Поэтому к магичке наведался, не заботясь, что меня увидят другие. Эти предатели — мои первые узники. Прежде в подвалах Дворца никого не селили. Хватает и темниц в моём Замке, где в основном сидят клиенты Гойника.

Камеры во Дворце — как на курорте, чистенькие и вполне просторные. Здесь даже имеется дырка для нужд, выводящая куда–то там дальше. Для удобства имеются каменные выступы, выполняющие роль койки, столика и стула. Матрац с подушкой были уже по умолчанию.

Пройдя две буферные зоны и миновав двенадцать бдительных стражников, я вышел в отсек с восемью такими камерами. Дальше ещё целых шесть неосвоенных нами зон, коридоры, всякие ниши. Не ровен час, тут и призрак заведётся, до которого дел не будет очень долго.

Как только массивную дверь за мной закрыли, я повернулся к Дарье. Чтобы увидеть меня света ей здесь достаточно — два факела, свечи на караульной тумбе. Но она делает вид, что не замечает меня. Лежит на койке, закутанная плащом, которым её накрыли, когда вели сюда. На полу тарелка с нетронутой кашей, ну хоть воды попила из кружки — уже хорошо.

Наколдовал стул, уселся в паре метров от решётки.

Около минуты Дарья молчит, а затем поднимается, легко принимая сидящее положение боком ко мне. На меня вообще не поворачивает голову, уткнулась взглядом в пол перед собой. Она всё ещё в наручниках, нейтрализующих магию. Но мы же не изверги какие, наше изобретение до бессилия не доводит, только ограничивает резерв.

— Казнить меня пришёл? — Подала, наконец, голос с сиплыми нотками.

— Ненавидишь меня, да? — Спрашиваю с укором.

— Нет, — отвечает, чуть помедлив. — Ты сделал много доброго. Но это доброе не перекроет зла, что является последствием твоих деяний. Поначалу я верила, что ты не ведаешь, что творишь. Но стало по–другому.

Хм, а вот и позиция. Скорее даже — идеология, привитая Могутой.

— Нарушение баланса, — комментирую. — Дай угадаю, прежде ты была хранителем деревни, а соблазнилась на должность хранителя всего мира.

Дарья посмотрела на меня хищно. Похоже, я попал в точку.

— И каков ваш план? — Продолжаю уже по существу.

— Убить тебя, — произнесла так обыденно, что стало даже обидно.

— И всё? — Переспросил после недолгой паузы.