Древесный маг Орловского княжества 12 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 34

— Ты это тому волхву скажи, — не удержался, подколов.

— Так забудь, что было, то было, — заворчала. — Спрашивай, коль такой умный.

— Ладно, сама напросилась, — хмыкнул и заметил в глазах азарт, граничащий с тревогой. — Сколько будет два плюс два?

— Четыре, — усмехнулась.

— А десять умножить на десять? — Выдал.

— Сто! — Торжественно заявила.

— А семь умножить на восемь?

Княжна задумалась, подняв глаза, на пальцах посчитала и через три секунды выдала:

— Пятьдесят шесть.

— Неплохо, — похвалил, вылавливая гордость на миленьком личике. — Теперь вопрос средней сложности. Три плюс три умножить на три.

— Да что ты всё со счётной наукой своей, — фыркнула, но снова задумалась, затем ответила, как и ожидал: — Восемнадцать.

— Неверно, всё пошли.

— А ну поясни! — Возмутилась, поспешив за мной.

— Первое действие — умножение, затем сложение. Правильный ответ — двенадцать.

— Хорошо, подловил. Другое спроси!

— Ладно, слушай задачу. Олег, Маша и Серёжа пошли в лес за грибами. Маша собрала в два раза больше грибов, чем Серёжа…

В общем, сочинил ей задачу с тремя неизвестными, где надо составлять три уравнения, вычленяя из текста с условиями, школьная программа — девятый класс. Княжна всерьёз озадачилась, начала сразу гадать и пытать меня уточнениями. Плевать на погоню и на первых появившихся противников, идущих по пятам, главное — решить задачку.

Чтоб не мешали Сашке думать, «Ветерком» всех быстро пострелял.

— Ты давай, не отвлекайся, — подначил, сняв очередного залётного.

— Да что ж ты их, как котят, — хмыкнула княжна. — Так даже не интересно.

Спустившись в рощу, повернули перпендикулярно и рванули живенько уже под кронами, стараясь ветки не ломать. Места здесь оказались хоженые, теперь не так просто будет вычленить наш след. Хотя вскоре я стал замечать через просветы, что на вершине холма всё больше бойцов маячит в качестве наблюдателей. Нас пытаются высмотреть.

Княжна вроде поуспокоилась, ускорилась ещё. Да так, что еле поспеваю за этим марафонцем. Выносливости ей не занимать, при том, что я тоже не такой уж и дохлый. Домчали до пролома в земле шириной метров десять, который простому человеку не перепрыгнуть. Здесь только обойти по бурелому можно. Девушка верёвку разматывает, а я с разбега хватаю её за бронированную талию и перепрыгиваю на жёстком плаще.

Сдержанно взвизгнув, Сашка не стала брыкаться. А когда приземлился мягко, похвалила даже:

— Ловко. Адепт изумруда, небось?

— Мастер.

— Ого, и какого ранга?

— Сто семнадцатого.

— Ой, не бреши. Надоел уже.

— С задачей что? — Перевёл тему деловито.

— У Маши двенадцать грибов получается, — ответила неуверенно.

— Нет.

— Отчего ж нет⁈ Хватит юлить. Видать, сам не знаешь, какой ответ, намолол чепухи.

— Ладно, смотри, — выдохнул. Поискав глазами, быстро нашёл кусочек голой земли, поднял палочку и стал чертить.

Княжна встала с руками на боках, прищурилась.

Решаю, комментирую действия. Сашка ротик раскрыла, руки опустив. Сама на корточки присела. Усмехнулась себе под носик, замотала головой. Похоже, дошло до неё, наконец. Явно ж не дура.

— Ну, голова, — протянула без подкола. — Ладно, признаю, в счётной науке я не такой мастак. На глаз всё прикидываю, по опыту сужу да на чуйку полагаюсь.

— Молодец, среди всех женщин, каких знаю, ты не самая глупая.

— Видит Перун, всё–таки ты нарываешься, — хмурится.

— Скорее, флиртую, — произнёс элегантно.

— Понравилась? — Посмотрела с подозрением, подступая в упор. Да так близко, что можно уже целовать.

Гипнотически ласковый взгляд расслабил так, что чуть не пошатнулся.

Опустился губами, Сашка даже не отстранилась, стойко приняв удар, как при боевой сшибке. Вот только не пошла дальше, никак не ответила. Пухленькие губы и не шевельнулись в ответ. Едва коснувшись их, засомневался и замер.

Княжна глазки закрыла на миг, но тут же опомнилась, отступая.

— Забудь, не твоего поля ягодка я, — произнесла с нотками насмешки.

И это стал удар под дых похлеще моих задачек. По крайней мере, так показалось вначале. Но когда затрещали ветки по ту сторону пролома, мы бросились наутёк, чтоб не быть обнаруженными, и всякие кобелиные мысли ушли на второй план.

Очередную вершину мы преодолели ещё живее, покидая, наконец, зону Волчьих холмов. Но на верхушке устроили привал на пятнадцать минут, за которые едва успели отдышаться оба. Ещё с высоты, приметили небольшой половецкий пост, стоящий на тропе.

Всего лишь пять бойцов. Четверых пострелял из «Ветерка» я, пока Сашка мчала. Ей достался лишь тот, кто засел в кустики по большому. Поржал над ней, когда та чуть не вляпалась в дерьмо и выругалась смачно.

— Доволен собой? — Хмыкнула, развязывая лошадь, какие тут оказались как нельзя кстати.

— Если руки чешутся, можешь деревья порубить — обычно помогает, — парирую.

— Придушила бы, — ответила княжна беззлобно, взлетая в седло, и рванула без оглядки.

Выбрав лошадь на глаз помощнее, поскакал за ней. Судя по тому, что тропу растоптали до просёлочной дороги, половцев тут проехало на целое войско. Снова вспомнились витязи княжны, которым ещё предстоит прорываться. Хоть и не питаю к ним особой привязанности, но всё равно переживаю. А этой хоть бы что. Бессердечная сучка. Вероятно, она рассчитывает на то, что враг, распознав главную цель в её лице, бросится в обратном направлении, покидая Холмы. Сам на это рассчитываю.

До Ростова с одного рывка добраться не получается. Километров через пятнадцать бешеной скачки по пересечёнке моя лошадь начинает хрипеть. Сашка оторвалась дальше, ускорившись, и я было подумал, что распрощалась со мной по–английски. Пожалев скакуна, притормозил, чтоб уже взмыть в воздух и больше не маяться дурью. А то чует моё сердце битва уже началась или вот–вот начнётся. Ибо моя рать на подходе, половцам деваться некуда.

Решив, что княжна уже не пропадёт, вырастил крылья. Но расслышал лязг металла. Рванул на шум битвы, выживая из скакуна последнее, ибо понял, что дурёха ввязалась в драку одна. Когда нагрянул, она уже последнего добивала на дороге. Сняв шлем, такую довольную мину состроила, окидывая взглядом два десятка трупов.

Увидев меня, заявила:

— Подлый лук благородной сече неровня, заруби себе на носу, ветерок.

Я даже спешиться не успел, чуйка Кумихо в левый висок поддавила, с куста сразу шелестом и донесло о затаившимся противнике. Половец перевёл рук на княжну и щёлкнул почти в упор. Всего–то двадцать метров, едва уловимая пика точно в голову полетела.

Как назло, ноги над землёй — ускориться не успеваю.

— Берегись! — Крикнул, пытаясь отклонить стрелу магией. И кое–как успел суку такую увести в самый последний момент. И то княжну не зацепило лишь благодаря её собственной реакции. Успела–таки дёрнуться, коза такая.

Не сдержавшись, я явил ледомёт и обрушил на стрелка в засаде целый пулемётный шквал, заодно кустов и деревьев по сектору раздолбил метров на пятьдесят. Мог бы и дальше долбить, но услышал сквозь звон крик Сашки:

— Да успокойся ты уже!

— Ладно, — стряхнул руку небрежно, придерживая беспокойную лошадь.

— Ещё и Сапфир, вообще замечательно, — пробурчала себе под нос.

Почуяв свежий навоз, понял, что моя лошадка конкретно так обделалась, но не взбесилась, видимо, слишком устала. Спрыгнув, я посмотрел на девушку с укором. Она в ответ с вызовом.

— Чуть не померла, дурёха, — сказал, как есть.

— Спасибо за заботу, — не стала отрицать, понимая, чья была заслуга. И чей косяк.

— Что бы я отцу сказал, даже не знаю, — продолжаю критику.

— Выходит, не соврал, князь тебя послал, — выпалила, да с такими нотками, будто её только сейчас осенило.

— Да, а ты что себе в голову вбила? Думаешь, мне нравилось столько времени с вами терять? У меня каждый день на счету, каждый час.

— Ну и шёл бы своей дорогой, — бросила с обидой и за лошадью пошла.