Древесный маг Орловского княжества 12 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 22

Побросав мечи, сжалась вся, не зная, что и прикрыть. Рук–то не хватает на все причинные места. Уф, какая же она сейчас милая с наливными от смущения щеками.

— Не смотри! Отвернись! — Взвизгнула.

Сама ведь, плутовка тоже не отворачивается. И глазки так и скачут вниз.

Идиллия рушится мгновенно, ибо слышу, как ростовская братия надвигается. Рыжий из воды, фырча, выходит, злой, как собака. Колдую омут быстренько, отвернувшись от неё, чтоб руны на руке не разглядела. Выдёргиваю первую попавшуюся накидку и, элегантно подступив, набрасываю ей на плечи. Прямо под горлышко застёгиваю. Княжна даже не дёрнулась, видимо, оторопела. А следом посмотрела исподлобья, как на спасителя.

Очередная искра проскакивает между нами. А затем всё портят идиоты.

— Насильничать вздумал! — Орёт рыжий детина, подбегая.

— Убью!! — Ревёт белобрысый верзила, натягивая лук на ходу и целясь.

— Больно ему надо, — выпалила негромко княжна, отвернувшись, и ещё тише шепнула себе под нос: — Порченная я.

Вот те раз. Неужели комплексует из–за шрамов⁇ И с такой обидой прозвучало. Не должен был я их видеть.

— А ну прикройся, окаянный! — Заорали мужики, окружая меня.

— Всё! Полно! — Крикнула княжна звонко, воздуха набрав. — Отстаньте от него и меня внимайте. В пруд ни ногой, твари поганые там. Точно больше, чем одна. Понятно⁈

— Да, Сашка… исполним, — загалдели. — Нечисть поганую так легко одолела…

Даже караульные прибежали, оставив свои посты. У Глеба и второго скромного на вид Матвея голоса прорезались.

Пока все княжну обхаживают, я плот свой нахожу, прибившийся к берегу почти на противоположной стороне. Одеваюсь, экипируюсь, не спуская глаз со зловещей поверхности, которая всё ещё разводами ходит, не успокоившись до конца. Похоже, лишь в вечернее и ночное время водица здесь кажется чистейшей. Посмотрим, что тут будет видно днём. Уверен, центр, где у них гнездо — тёмный и непроглядный.

Но рассвета мы ждать не будем. Пользуясь тем, что нет свидетелей, всё же достаю из сумки сканер. И активирую его. Увидев контуры доспехов и кое–чего непонятного прямо в центре и рядом, прихожу в лёгкий ужас. И корю себя за опрометчивость. Трупов сорок на дне, и коль твари совладали с таким количеством — тут нам не детский сад.

Оставлять всё так тоже нельзя.

Посох Мары достаю, мне как раз треть резервуара заполнить нужно. Заодно монстров накажу, да удальцы разомнутся. Окунаю кончик в воду и предвкушаю эффект, который не заставляет себя долго ждать. Сперва вянет камыш и дохнет вся мошкора, эффект от меня расходится волной по всей глади. Дальше начинаются волнения уже в водной массе. Рыбки сухариками всплывают, затем мелкие креветки трупиками. Пруд начинает бурлить, а вскоре и закипает. Хитиновые усатые твари не более метра в длину лезут на берег.

У меня проблем нет, любая живая сущность шарахается от посоха, как от огня. А вот витязи с княжной получают неизгладимые впечатления и начинают шевелиться.

— Порубим нечисть! — Орёт рыжий.

— Мне оставь! — Горланит белобрысый.

— Берегись! — Кричит Матвей.

— А ну прочь, моё!! — Визжит Сашка. Вроде умная баба, но подраться любит.

В чём убедился чуть позже, когда середина аж зафантанировала, и полезло уже здоровенное чучело! Грибовидная дрянь на тонких ножках размером со слона тяжело двинула к свободному берегу, явно не желая ни с кем связываться. С ней ещё стадо из крупных креветок потянулось, ссыхаясь на ходу.

В главную тварь полетели стрелы сразу от двоих стрелков, легко пробивая панцирь. Она ещё до берега не дошла, а на неё сверху уже запрыгнула княжна, полностью экипированная. Да с такой прытью это сделала, что даже не верится. У неё там пружины в сапогах или крылышки⁈ Так даже китайские мастера не летали. Вогнала оба клинка в хитин, тварь и осела! Две креветки на неё прыгнули, которых она с разворота покромсала, как комбайн.

Спрыгнув, чёлку кивком отбросила и в мою сторону посмотрела:

— Эй, городской⁈ Ты живой там?

Вызывающий тон позабавил. Ну кукла.

Спешно убрав посох, сделал вид, что прогуливаюсь. Вышел к ней, шурша подсушенной травой. А она уже на земле изучает глобальные изменения.

— Что за проделки нечистого? — Комментирует. — Уходить отсюда надо, пока и из нас жизнь не высосало.

На меня взглянула с тревогой.

— Одетый, и славно, — бросила, разворачиваясь. — Не маячь у берега, вдруг ещё полезут.

— Переживаешь за меня? — Поинтересовался уже в спину.

— Ещё чего, — фыркнула и двинула уверенным шагом.

Провожая взглядом её виляющую попку, выдохнул с тоской. Баба — кремень, так просто не растает. Стоило ей металл напялить, мозги тут же перестроились.

Вскоре вся группа спешно выдвинулась. Помыкавшись во мраке по кустам, нашли расщелину, через которую и покинули это злосчастное место. Ибо благоухающий райский уголок превратился в зловонную дыру довольно быстро.

Выйдя в новое пространство, на небольшой площадке у обрыва устроили привал, чтоб три–четыре часа доспать. Глеб с Матвеем быстро расчистили место и собрали дров.

— Пусть городская неженка встаёт в караул, — возмутился рыжий, когда командир назначил его.

— Очеслав, уймись, — ответил ему Звенимир строго. — Поделите оставшуюся ночь с Белотуром.

— Вот ещё, — заворчал второй верзила. — Я спать хочу с драки.

— Да какая у вас там драка по кустам была? — Вмешалась княжна, усаживаясь к уложенным для костра сухим веточкам.

— Не гневайтесь, Александра Борисовна, — подбавил и я, усаживаясь напротив. — Утомились молодцы в кустиках голубиться.

— Чего сказал⁈ — Навис надо мной рыжий.

— Я говорю, устали вы, ребята, мечи друг другу точить или шлифовать, — пояснил, едва сдерживая смех.

Княжна посмотрела на меня с подозрением. А глазища–то как загорелись, когда уловила мой сарказм.

Второй верзила тоже подошёл ко мне выяснить отношения. Лень даже шевелиться, чтоб показать ему насколько он ничтожен перед владыкой.

— Я покараулю, всё нормально, — соглашаюсь, не обращая внимание на тень. — Отдыхайте, воины, сегодня у вас была тяжёлая ночка. И день предстоит не легче.

— С языка снял, — усмехнулась княжна.

— Не верю я этому городскому, — возмутился Очеслав.

— Хорошо, я тоже останусь, — выпалила Сашка, хотя не по статусу княжне солдатскую службу нести, когда ещё шесть волосатых рыл в наличии.

— Я готов с тобой! — Встрепенулся сразу рыжий.

— И я! — Подхватил белобрысый.

С девушкой все посидеть хотят. А она, похоже, поняла, с кем ей действительно интересно время провести. Да без посторонних ушей.

Чтоб придурков дальше не провоцировать и прекратить этот галдёж, поднялся и двинул на пост повыше, с которого и выход из расщелины видно, и всю местность впереди. Судя по их болтовне по дороге, ещё пару холмов миновать и доберёмся до цели. Уж не думал я, что Волчьи скалы — это целая система холмов, как гигантский лабиринт. Похоже, мы как раз в его центре.

Через полчаса витязи разлеглись близ костра и захрапели. Вскоре Сашка приплелась ко мне на пост, подсвечивая себе путь жёлтым камнем из рукояти. Я даже не сомневался, что явится.

Думаю, у неё возникли определённые вопросы. А может, и желания.

Мне же в свою очередь нужно найти к ней подход. Ибо всё больше склоняюсь к тому, что решение по присоединению Ростова к моему королевству будет принимать именно княжна Александра, которая всем сердцем ненавидит Тёмного лорда. Но глубоко уважает мальчонку с Калининских топей, шрамы которого она хорошенько разглядела.

Приблизившись, княжна подала свёрнутый плащ, молча. Ни слова благодарности. Принял, отложив небрежно.

Выбрав место напротив, она присела непринуждённо на камушек. Посмотрела мне под ноги с интересом.

— Ты таскаешь с собой табуретку? — Спросила с лёгкой улыбкой. Вот когда она так смотрит, молодую училку напоминает.

— Ага, я очень нежное существо, везде люблю городской комфорт, — продолжаю строить из себя нежного.