Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки (СИ) - Есенина Ксения - Страница 15

— Я никого ни в чём не обвиняю и не осуждаю. Всего лишь пытаюсь разобраться.

Ида всё ещё гневалась, но я каким-то шестым чувством уловила, что теперь эти эмоции больше не направлены на меня. Она зыркнула неожиданно острым взглядом.

— Даже если так случилось, — тяжёлым голосом заговорила она, — то вины моей госпожи тут точно нету. Такой властный мужчина, как лорд Рангард, мог принудить её нарушить запрет под предлогом того, что свадьба уже скоро.

Я зябко поёжилась. Бедная девушка! Я легко могла представить, как она, наивная и влюблённая по уши, полностью доверяет себя своему жениху. Жестоко винить её за такой опрометчивый шаг. А вот Рангарда подобный низкий поступок делал ещё более омерзительным.

Сам же совратил, воспользовался, а потом вышвырнул за порог, как ненужную вещь. Какой он после этого мужчина?

Ида бросила косой взгляд на мой плоский живот.

— Что ж, значит, будем следить, дочка. Но если подтвердится…

От её мрачного тона у меня засосало под ложечкой.

— Что? — обеспокоенно спросила я.

Ида тревожно сдвинула брови и сжала мою руку своей тёплой морщинистой ладонью:

— Если лорд Рангард узнает, что ты беременна от него, он тут же заявит права и после родов отберёт ребёнка без твоего согласия.

Нашими усилиями участок вокруг дома постепенно приобрёл опрятный вид. Разве что пруд никак не поддавался: мы с Кастором трижды вычищали его от грязи, тины и травы, но следующим утром всякий раз обнаруживали пруд всё в том же заболоченном состоянии.

В итоге я приняла решение не мучиться дальше и обнести его небольшим заграждением. Благо от пруда хотя бы не несло гнилью и затхлостью.

К этому времени стало очевидно, что у меня задержка. Это, конечно, ещё ничего не значило, и всё же какое-то шестое чувство настойчиво подсказывало: я беременна.

От самой мысли кружилась голова. Это же настоящее чудо! В своём родном мире мне оставалось только мечтать и в особо тяжёлые моменты тихонько плакать по вечерам в подушку.

Жестокая ирония состояла в том, что я пять дней в неделю работала с чужими детьми. В момент выбора профессии мне было восемнадцать, а диагноз поставили только через несколько лет. Возможно, если бы знать заранее, я тогда выбрала бы другое направление.

Ида лишь угрюмо кинула, когда я сообщила ей о своих подозрениях.

— Надеюсь, на этот раз ты не предложишь мне пойти на мировую с лордом Рангардом, — с нервной неловкостью пошутила я.

— Ни за что! Мало того, что этот деспот воспользовался доверчивостью моей госпожи, так ещё и довёл… довёл мою девочку… — она всхлипнула в платок. — Чтоб ноги его здесь больше не было! Дитятко сами родим и поднимем, стану ему бабушкой. А этот… пущай даже не думает на него посягнуть!

Я была с ней полностью солидарна. Только осознав очередным утром, что во мне растёт новая жизнь, я сразу же приняла твёрдое решение: не отдам. Такое чудовище не заслуживает получить моего ребёнка.

Единственное, что знатно усмиряло столь пылкий настрой, это состояние дома и мои скромные доходы. Грызунов и насекомых мы повывели, но крыша чердака и полы на третьем этаже отчаянно нуждались в ремонте. Да ещё с потолков то и дело осыпалась штукатурка.

И всё это нужно не только отремонтировать, но и после поддерживать в сносном состоянии. Того, что мне удавалось зарабатывать, едва хватало, чтобы прокормиться. А что будет с рождением ребёнка?

От идеи продать особняк пришлось отказаться: он и даром никому оказался не нужен. Фамильное гнездо угасшего рода, да ещё с репутацией проклятого места ни для кого не было лакомым кусочком. Проще оставить его доживать свои дни, постепенно разрушаясь, а для нас троих купить домик поскромнее где-нибудь в городе.

Да только для этого тоже требовались немалые деньги.

Прошёл уже месяц с тех пор, как я очнулась здесь. Воспоминания о прошлой жизни стали заметно тусклее, я всё больше привыкала к своей новой внешности, местному темпу и ритму, к правилам, уровню развития и… магии. В общем, психика постепенно адаптировалась, и я начала всерьёз размышлять о своём будущем в этой реальности.

От моего внимания не укрылось, что кто-то посрывал развешанные мной объявления. Я не поленилась и обошла все места, где их расклеивала, и у меня не осталось сомнений в том, что это сделано намеренно.

Можно было бы написать и развесить заново, но я решила не тратить время, а снова направилась прямиком в отделение газеты. Устроиться гувернанткой в богатую семью, не имея при этом опыта и рекомендаций, у меня бы не вышло. Но, изучив здешние порядки, я поняла, что могу предложить этому городу кое-что новенькое. А именно: услугу «гувернантка на час».

Ничего подобного здесь не практиковалось, так что ниша была полностью свободна. Я могла бы подрабатывать в разных семьях, заодно приобретая знакомства и очищая своё имя от слухов и домыслов.

Оставалось надеяться, что на этот раз мне попадётся адекватный сотрудник, который не сбежит при виде меня, словно я собираюсь его сожрать.

Добравшись до здания газеты, я сделала глубокий вдох, нацепила на лицо доброжелательное выражение и открыла дверь. Колокольчик коротко тренькнул, возвещая о моём появлении. В нос ударил приятный запах свеженанесённых на бумагу чернил.

Но, едва переступив порог, я резко остановилась, будто налетела на стену. Улыбка тут же увяла.

— Ленар, — невольно сорвалось с моих губ.

Стоящая возле одного из столов гладковолосая брюнетка, обманом заведшая меня в свинарник, с высокомерным изумлением вскинула бровь.

— Одиана? — лениво протянула она. — Ты что тут забыла?

Отчитываться перед ней я точно не собиралась, поэтому проигнорировала вопрос и с независимым видом прошла мимо Ленар к конторке служащего. Тот что-то писал пером в толстую книгу.

— Здравствуйте, — вежливо обратилась я, стараясь не обращать внимания на зуд между лопатками от пристального внимания «подружки». — Я хочу подать объявление о поиске работы.

Служащий поднял глаза и вздрогнул — а я вместе с ним — от раздавшегося вдруг издевательского смеха. Я резко обернулась через плечо. Ленар визгливо хохотала, кокетливо прикрыв рот ладошкой.

Вся деятельность в зале мигом прекратилась. Глаза присутствующих обратились ко мне и Ленар.

— Вот оно что! — довольно осклабилась она. — Несостоявшаяся герцогиня Рангард собственной персоной пришла клянчить работу. Какое унижение! Ха-ха-ха! Да на что ты годишься? Ничего же не умеешь! Разве что полы мыть? Ой, я бы с удовольствием на это поглядела, ха-ха-ха!

Она, видимо, рассчитывала, что я разревусь и убегу. Очевидно, в этом мире потомственные аристократы считали ниже своего достоинства самостоятельно содержать себя, даже если умирали от голода. А стать разведёнкой было и того унизительнее.

Не знаю, как поступила бы на моём месте та Одиана, но у меня-то подобной чуши в голове никогда не было.

Мытьё полов я не считала чем-то зазорным. Мы бы давно утонули в собственной грязи, если б не все те люди, которые убирают улицы и помещения каждый день. Любой труд достоин уважения.

Ну а уж разводу с деспотичным Алардом Рангардом я могла только радоваться.

Равнодушно пожав плечами, я повернулась обратно к служащему.

— Пожалуйста, запишите моё имя. Меня зовут…

— Ах ты! — взвизгнула Ленар, подскочила к конторке и ткнула пальцем в служащего. — Я запрещаю давать ей объявление! Нет, я приказываю!

Я оторопело повернулась к ней.

Она в своём уме?

Однако служащий покорно застыл, не двигаясь, и вопросительно посмотрел на Ленар. Та расплылась в довольной усмешке, которая мне совершенно не понравилось.

— Что такое, Одиана? Удивлена? Ну да, ты же не в курсе последних новостей, — сладким тоном пропела она и постучала ноготком по вывеске с расписанием. — Посмотри-ка внимательно, что тут написано?

Я недовольно нахмурилась, но всё же перевела глаза на расположенную под расписанием надпись, выведенную красивыми печатными буквами. «Газета «Гвентский вестник». Владелец Боженар Молинар».