Попрошайка из Двора Чудес (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович - Страница 19

Ему пришлось бежать из родного теплого уютного города, убив в гневе венецианца. Теперь под чужим именем, опасаясь кровной мести, Якопо вывозил во Францию из Италии бархатные и шелковые ткани.

Центрами производства бархата в средние века стали итальянские города. Наряду с венецианским, самыми известными были бархаты из Генуи, Лукки, Флоренции и Милана. Позднее выработкой бархата занялись фламандские ткачи, и к XVI веку город Брюгге стал одним из центров производства этой ткани.

Из-за дороговизны ткани бархат был доступен лишь аристократии, церковным иерархам, придворной знати. Из бархата шили праздничные одеяния королевских особ и придворной знати, высшие иерархи церкви. Самые богатые люди могли позволить себе из бархата плащи, пояса, попоны для коней, отмеченные геральдическими символами. Наиболее богатые и знатные демонстрировали не только одежду на себе, но обивали мебель и драпировали стены и даже военные шатры и погребальные повозки.

В середине XVI века французский король Франциск I запретил ношение этой ткани дворянами. Правда, этот запрет был в силе недолго — всего через четыре года его сын ослабил ограничение.

Шёлковые мануфактуры в Италии создавали местные правители, сохранявшие контроль над прибыльной отраслью, хотя лучший шелк шел из Византии. Во Франции появились несколько фабрик, однако привозной шелк считался более престижным и качественным. Продав в Париже пару возов, остальные ткани купец собирался сбыть в провинциях — там тоже хотели выглядеть красиво, модно и шикарно.

Якопо как и многие купцы тех времен не брезговал при случае ограбить путешественников или своих коллег, наняв бывших солдат, которых устраивал и их постоянный заработок и возможность получения вещей и части серебра или золота убитых. Итальянец держал всех в ежовых рукавицах, его по-настоящему боялись наемники, которых он нанимал. Якопо мог за косой взгляд отрезать ухо или палец на левой руке, а за попытку не подчинения он не колеблясь перерезал глотки.

Потеряв в дороге четверых и, наняв французского дворянина, имевшего при себе странных молодых парней лет пятнадцати-шестнадцати и старого служаку, который похоже был ответственным за молодежь, Якопо положил глаз на лошадей этого Франсуа, который впрочем уверял, что взял их в аренду на время путешествия к своему отцу. Да и жаль было того серебра, которое он выплачивал им каждый день. Помимо лошадей со сбруей и холодного оружия с пацанов можно было взять замечательные клееные луки, один из которых Якопо держал в руках и хорошо разглядел. На востоке такие луки из-за длительного изготовления стоили ну очень дорого, еще дороже они пока не появился огнестрел стоили в Европе. Восточный сложный лук чаще всего ассоциируют с кочевниками. Хотя его использовали и персы, китайцы, славяне и ряд других оседлых народов.

Само оружие имело сложную форму плеч, что позволяло уместить большую их длину в компактном формате и состояла из нескольких слоёв органических материалов: древесины, рога, сухожилий, проклеенных между собой клеем, который, как правило, получали из плавательных пузырей рыб или сухожилий животных.

Из-за условий своей кочевой жизни кочевники поголовно владели луками, что гарантировало их высокий мобилизационный потенциал. В Европе ситуация была несколько другой. Несмотря на то, что простой длинный лук, представляющий из себя некую слабо изогнутую при натяжении палку, там знали очень давно, к развитому средневековью военное дело становится главным образом занятием феодалов, которые чаще всего воевали между собой, руководствуясь некими правилами и предпочитая прежде всего ближний бой.

Крестьянство, составляющее более 90% населения, постепенно закрепощается, его функции сводятся к производству сельскохозяйственной продукции. Охота становится в основном развлечением всё тех же феодалов, поэтому лук стал терять свою актуальность. Впрочем Крестовые походы и встреча с арабскими стрелками привела к ответу в виде распространения арбалетов и отчасти луков, которые снова набирают некоторую популярность в Европе.

Поначалу наличие луков у сопляков вызывало у оставшихся восьмерых охранников купца смешки. Однако когда пацаны прямо в седле на ходу несколько раз с первого выстрела подстрелили несколько зайцев, уток и гусей, смешки исчезли и наемники изменили свое отношение — они стали опасаться лучников, невольно представляя как их могут превратить в подобие ежиков. Добытую дичь отдавали в общий котел, разнообразив ежедневную пищу, потому наемники стали более благосклонны к нанятым новичкам.

Однако их алчные взгляды, оценивающие наши кожаные доспехи и оружие, не говоря уже о четвероногих, говорили о том, что в любой момент может последовать нападение.

На пару дней мы заглянули в Блуа, где часть товара осталась в лавках местных торговцев, купивших ткани небольшим оптом. Мы с Франсуа поглазели на замок, который после Генриха Третьего перестал выполнять роль королевской резиденции. Мне удалось во время выхода из городского собора, в котором мы беззастенчиво разглядывали прихожан, срезать пару набитых серебром кошелей у надутых как индюки аристократов, которые двигались как броненосцы — перед ними расступался народ, а я случайно притерся к ним и машинально мои руки сделали свое дело.

Вздохнув, я скинул добычу Франсуа, которого уж точно не заподозрят в краже — прикинь, дружище, до такой степени натренировался в срезании кошельков, что руки сами делают за меня работу, пока я любовался цветными витражами.

Данси только покачал головой — Ты просто неисправим, Луи. Когда-нибудь ты попадешься и получишь плетей.

Я махнул рукой — Если я и попадусь, то только нарвавшись на сосредоточенного человека, который может контролировать окружающее. Таких к счастью практически нет. Пойдем пройдемся по местному рынку, я избавлю от презренного металла еще пару-другую толстосумов.

Около лавки с оружием мы остановились. Данси сразу вцепился в шпагу и рапиру, которые ему приглянулись. Шпага была прекрасна — длинное и универсальное холодное оружие, которое позволяет наносить противнику и колющие, и рубленные раны. Длина составляет около 100 см. Выглядит она как узкий меч, с достаточно гибким лезвием. Венчает конструкцию прямая рукоятка с навершием, Ее масса похоже не превышает 1.5 килограмма. Появилась шпага вместе с началом распространения огнестрельного оружия в Европе и постепенным отказом от тяжелой кольчужной и латной брони. Произошло это по причине того, что надобности в больших и тяжелых мечах больше не было. Первопроходцем на этом поприще стала Испания, где шпаги начали широко применяться в 1460-х годах. Причем почти сразу шпага разделилась на два вида. Первый чаще всего использовали «гражданские», кому было позволено носить оружие (представители знати, а позже и буржуазии). Второй образец применялся в армии. «Гражданская» версия меньше весила и затачивалась только у конца острия. Рапира — это и есть легкая, изначально гражданская версия оружия для знати, заточенная лишь на кончике. Такое оружие старались делать легким, красивым и утонченным. Оно мало подходило для реального боя, и было скорее атрибутом знати. Армейские рапиры были достаточно тяжелыми для того, чтобы размахивать или в любой конфигурации, ведь в реальном бою ни о какой «технике фехтования» речи чаще всего не шло.

В конечном итоге тяжелая шпага выйдет из военного дела Европы, оставшись в традиции исключительно как церемониальное оружие. Им и будет та самая легкая рапира, которая спустя некоторое время станет еще и спортивным инвентарем.

Наконец Данси отложил рапиру, схватив вместо нее еще одну шпагу с замысловатой гардой, которая защищает руку и пальцы фехтовальщика от повреждений, наконец оставив в руке именно этот испанский клинок, он с посмотрел на меня своими щенячьими глазами — его дворянская честь не позволяла ему просить меня ее приобрести, но увидев на его лице блаженную улыбку фаната этого опасного оружия, я раскошелился, позволив ему залезть в один из срезанных мною кошелей. Свою старую шпагу, подумав, Франсуа предложил торговцу в часть уплаты за новую и тот согласился, начав торговлю с Данси. А я тем временем срезал еще пару кошелей у ротозеев, которые останавливались взглянуть на выставленное оружие — мужчины они вне зависимости от рода деятельности тяготеют к смертоносным игрушкам как дети.