С тех пор никто не видел - Финч Пол - Страница 3

Нет, отсутствие у парня тех качеств, за которые зрители так обожают его на экране, еще не повод для презрения. Есть целых четыре куда более весомых причины – жена и трое маленьких детей. Впрочем, отмазка все равно гнилая, да и публике подобные истории уже поднадоели.

Раздраженный невозможностью оправдаться перед самим собой, Дэвид поступил как всегда, выбросив «лживого подонка» из головы.

В супермаркете он набрал полную корзину еды и двинулся к журнальным стойкам. Затянутый в пленку свежий номер «Скендлес» красовался на верхней полке, демонстрируя на обложке фото Салли Рипли, известной дикторши из прогноза погоды. Телезвезда сидела в переполненном пабе и пьяно таращилась в камеру, бесстыдно задирая свитер с бюстгальтером. Ее грудь была бы видна целиком, не будь изображение нарочно размыто.

РИПЛИ ПОД ГРАДУСОМ

– кричал жирный заголовок. Ниже пояснялось:

Завсегдатаи бара таращатся на четвертый размер поддатой красотки

Мелкий шрифт предупреждал об откровенных изображениях внутри.

В нижнем углу над милой улыбкой известной пожилой актрисы в одной из ее последних телеролей разместился второй заголовок:

СВЯЗИ С ГАНГСТЕРАМИ?

Правда ли, что всеми любимая заведующая почтой из сериала крутила в свое время шашни с убийцами? Келман выясняет факты

Подкатив тележку к кассе и расплатившись, Дэвид содрал с журнала пленку и отыскал статью. По правде говоря, нового там было всего ничего. Все давно знали, что потускневшая с годами гламурная киска Эдна Фэйрчайлд, бывшая партнерша в номерах знаменитых комиков 70-х вроде Бенни Хилла и Фрэнки Хауэрда, провела молодость достаточно бурно. Неоднократно была замужем, в том числе три года – за Адамом Воном, сообщником зловещих близнецов Крэй, а также, по слухам, часто посещала вечеринки с участием других звезд преступного мира.

В своем репортаже Дэвид просто-напросто перечислил все уже известное, добавив лишь несколько интервью, взятых в барах Ист-Энда, где подвыпившие старухи, чьи сплетни ни один живой свидетель уже не мог опровергнуть, расписывали в красках криминальный разгул былых времен с наркотиками, покером на раздевание и групповым сексом. Бывал ли там на самом деле Адам Вон со своей тогдашней супругой? А почему бы и нет?

«Фактов» набралось так мало, что журнальный разворот в основном пестрел увеличенными фото юной и соблазнительной Эдны Фэйрчайлд вперемешку с портретами гангстеров – для пущего эффекта. Нынешнюю пожилую звезду мыльных опер и народную любимицу такое соседство едва ли могло обрадовать, однако Дэвид не был новичком и аккуратно избегал прямых утверждений, что Эдна в самом деле где-то присутствовала. Слухи, предположения – всего-навсего. Ну а если и перебрал слегка… что ж, для решения проблем существует главный редактор Констанция Керзон.

– Наслаждаешься своим новым шедевром?

Рядом остановилась симпатичная индианка слегка за тридцать. Большие темные глаза, красиво очерченный рот, пышные черные волосы до плеч. Стройную фигуру не портила даже скучная черно-белая униформа управляющего торговым залом.

– Как поживаешь, Нушка? – спросил Дэвид.

– Неплохо.

– Правда? – Он решительно не понимал работодателей, заставлявших сотрудников надевать бейджик с именем.

– На журналистике мир клином не сошелся, Дэвид. Зарабатываем как можем.

– Я тоже этим утешаюсь. – Он свернул журнал в трубку.

Нушка покачала головой.

– Неужто за такое реально платят?

– За это не очень, но есть и другие проекты. Как там Норман, заканчивает свой опус?

– Черновик почти готов.

– Как и шесть лет назад.

– Он же еще работает на полставки.

Дэвид помолчал. Вообразить полставочником бывшего коллегу, такого энергичного и напористого, было трудновато.

– Ты бы позвонил ему как-нибудь, – вздохнула Нушка. – Он будет рад.

– Серьезно?

– Почему бы и нет? Хуже не станет.

– Что-то я сомневаюсь.

Вновь наступило неловкое молчание. Нушка, конечно, надеялась на лучшее, однако можно было не сомневаться: разговор со старым приятелем мог пройти ужасно.

Она взглянула обеспокоенно.

– Значит, ты слышал о…

Дэвид кивнул.

– Да. Веришь или нет, но до меня доходят и настоящие новости.

– Ну и как ты?

– В смысле, переживаю ли, что тут есть моя вина?

– Ну да.

– Нет, не переживаю, Нушка. Не могу себе позволить.

– Да брось.

– Как ни крути, парень был тем еще авантюристом по жизни, так что, думаю, повлияло много разных факторов.

– Может, и так. А ты неплохо выглядишь.

– Спасибо. Качаюсь, бегаю. – Он чуть не добавил, что надо чем-то заполнять бесконечные пустые часы, но сдержался.

Так или иначе, услышать комплимент было приятно. Дэвид старался держать форму и в самом деле выглядел куда моложе своих сорока. Ростом под два метра, поджарый и голубоглазый, с густой копной черных волос, он мог еще пользоваться успехом. Однако Нушка Чавла когда-то сама была репортером и насчет всего прочего обмануться не могла – хватало одного взгляда на его поношенные джинсы со свитером и неряшливую джинсовку.

– Как ты вообще? – спросила она с сочувствием.

– Ну… работаю. Не волнуйся, мне есть чем заняться, – подмигнул он, поворачиваясь к выходу.

– Пока, Дэвид!

Он помахал рукой.

Шесть лет назад

Старший инспектор Мэкисон из отдела по расследованию особо тяжких преступлений окинул взглядом журналистов, собравшихся в пресс-центре полицейского управления Колчестера.

– Мы можем подтвердить, – начал он, – что вечером в понедельник возле гольф-клуба «Блэк-Брук» были похищены двадцатитрехлетняя Джоди Мартиндейл из Дедхэма, дочь хорошо вам известного Ральфа Мартиндейла, а также ее жених Ричард Тэмворт двадцати пяти лет из Сток-бай-Нэйланда…

Вопросы посыпались градом, и Мэкисон поднял ладони, призывая к порядку. За столом сидели еще трое. Слева от инспектора – помощник главного констебля Джина Дирборн, красивая мулатка, как всегда невозмутимая, в полицейской униформе графства Эссекс. Справа – серьезного вида штатский в очках, с седоватой бородкой и усами – Джеймс Уэлкс, поверенный семьи Мартиндейл. Рядом с последним – светловолосый коротышка, также в гражданском костюме, представленный как старший инспектор Тэккерей.

– Как чувствует себя мальчик? – прозвучал первый принятый вопрос.

Мэкисон кивнул Уэлксу, и тот заговорил с озабоченным видом:

– Неплохо, если принимать во внимание обстоятельства. Как вам известно, у Фредди два огнестрельных ранения: повреждено левое ухо и перебита плечевая кость левой руки. Вчера он перенес операцию и завтра, возможно, уже вернется домой.

– Он что-нибудь рассказал?

На вопрос ответил Мэкисон:

– Фредди будет ключевым свидетелем в ходе расследования, но в данный момент еще не в состоянии дать подробные показания.

– Как вышло, что он избежал похищения?

– Это пока не ясно.

– Он видел нападавших?

– Только двоих или троих, которые гнались за ним через поле для гольфа. В настоящее время там работают специалисты, изучают следы.

– Их приметы Фредди Мартиндейл не сообщил?

– Пока нет, – покачал головой Мэкисон. – Мальчик и так вспомнил очень много при такой потере крови и будучи в состоянии шока на момент, когда был спасен проезжавшими автомобилистами.

– А машину похитителей он смог описать?

– Сообщил лишь, что у них был какой-то фургон. Разумеется, мы в первую очередь собрали записи всех видеокамер наблюдения в том районе с девяти вечера до полуночи 26 октября.

– Скажите, сэр, а зачем здесь старший инспектор Тэккерей? – поинтересовался рослый брюнет слегка за тридцать в кожаной куртке и с выразительными чертами лица. В руке он держал диктофон.