Тайна одной деревни - Каримова Валентина - Страница 6

Летом, когда начались каникулы, дочь попросила отца пожить на даче в Нижнеглинково. Он, справедливо рассудив, что это отличная идея, согласился. Так парочка смогла видеться и во время каникул. Вика под покровом ночи вылезала из окна своей комнаты на втором этаже и по приставной лестнице спускалась вниз. Ей повезло, что окно спальни отца выходило на другую сторону дома. Ещё с ними жила Викина старенькая бабушка, но она всегда крепко спала по ночам, намаявшись днём с домашними делами и в огороде.

В вечер трагедии Вика должна была встретиться с Ильёй на их обычном месте – в лесопосадке за посёлком, где проходила короткая тропинка к железнодорожной станции, известная всем местным. Илья, подрабатывающий летом на тепличном комбинате, планировал, как обычно, освободиться после вечерней смены в 23:00 и встретиться со своей девушкой в 23:30, чтобы затем вместе отправиться на последней электричке в город. В тот вечер у них были билеты в кино на ночной сеанс.

Дальше в деле были некие странности. Со слов Ильи, он сильно устал после смены, ненадолго задремал в раздевалке, а когда проснулся, понял, что проспал, потому что полчаса назад уже должен был встретиться с Викой. С комбината до места встречи быстрым шагом пятнадцать минут. Илья схватил телефон, чтобы предупредить любимую и, конечно, увидел от неё несколько пропущенных звонков. Телефон у него всегда на вибро-режиме, поэтому Викины звонки его не разбудили. Вика не отвечала, и парень почувствовал себя виноватым. Набирая номер своей девушки раз за разом, Илья спешно покинул комбинат и через пятнадцать минут действительно был в лесопосадке. Вики на месте не было. Подумав, что она вернулась домой, Илья на всякий случай позвонил ей вновь, собираясь отправиться к её дому. Вдруг в ночной тишине где-то неподалёку послышалась тихая мелодия. Парень пошёл на звук и обнаружил в зарослях тело Вики. В ужасе он попытался сорвать с её шеи впившийся в кожу шнурок и сделать искусственное дыхание. Всё было безуспешно, и, отчаявшись, Илья вызвал скорую. Медики прибыли довольно быстро, но Вике было уже невозможно помочь. Следом прибыла опергруппа и Илью в ту же ночь отправили в ближайшее отделение полиции.

- Я слышала, что Вика якобы была задушена шнурком, принадлежащим Илье… - как можно мягче сказала я.

- Вранье! – отрезала Поля и непроизвольно сжала кулаки. – Это наши местные жители сами выдумали для красного словца. Ты же знаешь, люди любят приукрасить. Илюшка пытался снять шнурок с шеи Вики и оставил на нём свои отпечатки, только и всего…

- Как думаешь, каким образом серьги Вики оказались у вас дома?

Она подняла на меня недоумённый взгляд, и я поняла, что в череде свалившихся на её семью несчастий, Поля об этом то ли забыла, то ли не подумала.

- Их кто-то подбросил? - неуверенно предположила она.

- Их мог подбросить либо настоящий убийца, либо его сообщник. Кто мог ненавидеть Илью до такой степени, чтобы подбросить улику и, даже больше того, пытаться подставить его в деле об убийстве?

Глаза Поли наполнились слезами. Некоторое время она молчала, уставившись в одну точку, потом еле слышно ответила:

- Я не знаю…

- Может, Илья кому-то перешёл дорогу? Он с кем-то конфликтовал в последнее время?

- Я не знаю, - повторила она. – Илюшка - обычный парень, недавно начал преподавать в колледже… Да и по характеру, ты сама знаешь, он мягкий, неконфликтный… Я даже не представляю, кто мог бы держать на него зло… Единственный, с кем у него были разногласия – это Мишка Новицкий, но они давным-давно уже просто не общаются, игнорируют друг друга, поэтому я не думаю, что…

- А сам Илья что говорит? Никого не подозревает?

- Нет, - всхлипнула Поля, - только твердит, что не убивал.

- Ты сказала, что Илья задремал после смены в раздевалке… С ним такое раньше бывало?

- Не знаю… понимаешь, в последнее время мы мало общались. После смерти папы нам всем пришлось тяжело не только в моральном, но и в материальном плане. Мама и мы с Илюшкой вынуждены подрабатывать, чтобы более-менее нормально жить, а не выживать. Из-за большой занятости мы почти перестали общаться…

- Ещё какие-нибудь улики против Ильи у следствия есть?

- Да, - неохотно призналась Поля. – Кто-то сообщил, что видел или слышал, как за день до убийства Вика с Илюшкой о чём-то спорили или ругались…

- Кто видел? Где?

Подруга развела руками:

- Это держат в тайне.

- А Илья как это объясняет?

- Никак. Говорит, что это неважно и к делу совершенно не относится.

Больше ничего существенного Поля мне не сообщила, и мы с Ромкой подвезли её до общежития. Ещё раз поблагодарив меня за помощь, она скрылась за входной дверью, а Ромка с подозрением сказал:

- Надеюсь, ты не собираешься проводить собственное расследование убийства Вики?

- Ты против? – подняла я брови.

- Ась, это не шутки, - он смотрел серьёзно. – Я знаю о твоей любви к детективам и тайнам, но вспомни, пожалуйста, как тебе досталось за твоё любопытство в прошлый раз. Ты ведь могла погибнуть!

Я поморщилась:

- Слушай, тут совсем другое дело…

- Нет! – отрезал Ромка и даже для убедительности положил руку мне на плечо. – Опасно совать свой нос в чужие дела, особенно если дело касается убийства. Особенно, если кто-то пытается кого-то подставить!

- То есть, ты тоже не веришь в причастность Ильи?

- Слушай, не важно, во что я верю или не верю. Каждый должен заниматься своим делом. Расследовать преступления – это дело следователей из следственного комитета, а вовсе не твоё и не моё.

- Рома… - начала я.

- Ася, - перебил он, - я не могу уехать отсюда, зная о том, что ты суёшь свою голову в пекло. Если с тобой тут без меня что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу!

Я удручённо молчала. Прошло минут пять, не меньше, когда вдруг Ромка тяжко вздохнул и сказал:

- Ладно, раз для тебя так важно попытаться помочь Никитским, я остаюсь здесь с тобой. На работу позвоню и скажу, что отказываюсь от перевода.

- Ром, ты что? – ахнула я. – Даже не думай!

- Всё равно я не смогу сосредоточиться на работе, зная, что ты здесь что-то вынюхиваешь, рискуя получить по шее.

- Нет, Ром, я так тоже не могу, - надулась я и отвернулась к окну. - Не могу встать на пути к твоей мечте.

- Ничего, думаю, это не последний мой шанс добиться повышения, - примирительно сказал Ромка.

Всю дорогу обратно мы ехали в молчании, каждый в своих мыслях. Когда остановились у калитки, я решительно сказала:

- Ром, ты сегодня вечером уезжаешь в город, как и планировал. До выходных осталось три дня, и я обещаю тебе, что в эти дни никуда, выражаясь твоими словами, не буду совать свой нос.

- То есть просто отложишь это до выходных? – хорошо меня зная, уточнил он.

- Возможно, - скромно улыбнулась я.

- Значит, после рабочей недели, в свои заслуженные выходные я должен буду играть с тобой в следаков? - ворчливо начал Ромка. – Вот уж действительно эксплуатация…

- Нет, Ромочка, - подмигнула я, - это называется компромисс.

Около девяти вечера мы сидели в машине напротив железнодорожного вокзала и ждали Верку. Электричка, на которой она должна была приехать, уже отправилась дальше, мелькнув перед нами своим серо-зелёным хвостом, а подруги всё не было. Только я достала смартфон, чтобы написать ей, как увидела Верку в компании какого-то парня. Неспеша они вышли из дверей, о чём-то болтая, и остановились. Верка заливисто засмеялась, что означало одно из двух: либо её спутник с обалденным чувством юмора, либо Верка уже положила на него глаз. Либо и то, и другое вместе. Я опустила стекло, высунулась из окна машины и помахала рукой, привлекая к себе их внимание.

- Привет, - через минуту проворковала Верка, усаживаясь на заднее сиденье. – Познакомьтесь, это Серёжа. Вы не против, если мы его подвезём? Ему тоже в Нижнеглинково.

- Не вопрос, - кивнул Ромка, заводя мотор.

К моему удивлению, Серёжа оказался нашим соседом слева. Тем самым, что снимал дом у Смирновых. Когда приехали, он и Верка вышли из машины, а я потянулась к Ромке: