Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1 - Рэдлиф К. - Страница 13

«Чэнь Хуан, может, им бейджи сделать?»

[Да ты тут вообще образовательную реформу провести собрался. Хотя за этим любопытно наблюдать.]

– Да, чем-нибудь спиртовым, – согласился Цзэ Сюлань, возобновляя движение между рядов. – Только очень важно не попасть этим всем в рану. Обрабатывают, как правило, лишь края. Но если есть риск, что в рану попала какая-нибудь инфекция, то можно промыть и ее. Но всегда помните, что от этих действий кровотечение только усилится.

– Мастер Цзэ, можно вопрос? – спросил парень с последнего ряда с большой ссадиной на губе.

– Давай.

– А что такое инфекция?

Цзэ Сюлань на секунду завис, а система разразилась диким смехом. Ну, насколько это могла сделать система.

– Инфекция… Это то, из-за чего может развиться гангрена. То есть то, из-за чего рана может начать гноиться.

– То есть грязь? – уточнила Юнь Цзяо.

– Ну, не совсем, – Цзэ Сюлань потер указательным пальцем большой, пытаясь собрать мысли воедино. Жест, что всегда выдавал его задумчивость. – Есть невидимые виды грязи, которые как раз уничтожаются спиртом. В общем, мы поговорим с вами об этом как-нибудь попозже.

Со временем в разговор начало включаться все больше и больше учеников, и в конце концов безучастных не осталось совсем. Они начали обсуждение с видов кровотечений. Цзэ Сюлань подробно им рассказал, как отличить венозное кровотечение от артериального и чем опасно каждое из них. Потом они перешли к перевязкам и наложению жгутов.

В университете и Цзэ Сюлань, и все его одногруппники терпеть не могли скучные лекции, подобные этой. Но эти подростки были в таком восторге, что Цзэ Сюлань сам, подпитываясь их горящими глазами и энтузиазмом, чувствовал некое воодушевление. Об одном он жалел – что доски никакой не было. Поэтому сильно упрощенный чертеж двух кругов кровообращения пришлось рисовать на небольшом листе бумаги и пускать по рядам. Это все требовалось для объяснения, почему при артериальном и венозном кровотечении жгуты накладываются по-разному. На самом деле Цзэ Сюлань боялся, что рассказывает слишком современные вещи, но Чэнь Хуан его успокоила, сказав, что лекари в ее новелле сами частенько употребляли слова вроде «вена» и «артерия». А значит, о подобном в этом мире знали.

Когда же тема кровотечений была разобрана, так сказать, по кирпичикам, Цзэ Сюлань решил дать детям, а заодно и себе, немного отдохнуть. Поэтому, отпустив всех на перерыв, он покинул лекционный зал.

Как только мастер Цзэ ступил за порог, все ученики тут же собрались в кучки, чтобы обсудить сегодняшнее занятие.

– Ну и что ты думаешь о мастере Цзэ? – спросила у Юнь Цзяо девушка со стрекозой. Ее звали Вэй Цян.

– Я считаю, что шисюны зря на него наговаривали. Он очень много полезного рассказал, – пожала плечами Юнь Цзяо.

– Тут я соглашусь, – важно заявил Минь Ли – тот самый пухленький мальчуган. – Мастер Цзэ много знает. А еще он точно очень силен. Видели, как легко щелбаном муху убил? И даже никакой волны от удара не пошло. Вот что значит мастерская концентрация!

– Старейшина Чернолуж вечно гадости про него говорил и ставил в пример как неудавшегося заклинателя. Но он в совершенстве владеет своими силами. Наверняка еще и лучше самого старейшины, – с восторгом залепетал У Гуй, потирая ссадину на губе.

– Так, все, тихо, – осадила их Юнь Цзяо, – обсуждать мастеров запрещено!

Все недовольно цокнули, но перевели разговор в другое русло.

Глава 9

Встреча этого мастера с главным героем

Покинув лекционный зал, Цзэ Сюлань направился к Мэй Пин, чтобы разузнать у нее про отсутствие Яо Вэньмина. Она-то должна знать про своих подопечных.

«Ну что, Чэнь Хуан, как я справляюсь?»

[В целом неплохо. Ученикам, как я погляжу, очень даже нравится. Только не увлекайся сильно, а то нахватаются эти дети каких словечек, потом ляпнут перед старейшиной каким – и все. Признают тебя одержимым и будут тестировать все свои средневековые обряды изгнания.]

«Перспектива так себе…»

Цзэ Сюлань какое-то время просто шел вперед мимо невысоких построек и живописных садиков, мило болтая с Чэнь Хуан. А потом вдруг понял, что идет сам не зная куда. О местоположении Мэй Пин он уведомлен не был. Наверное, стоило спросить.

– Эм, ученик, – окликнул хозяин Туманного склона проходящего мимо ученика в синей форме. Кажется, такую форму носили ученики из долины Лотосов. Паренек в смятении остановился и обернулся. Возможно, к ученикам стоило обращаться как-то иначе, но этого «иначе» Цзэ Сюлань не знал. – Да-да, ты. Не видел смотрительницу Мэй?

Ученик низко поклонился, как и полагается любому воспитанному заклинателю, а только потом начал говорить:

– Этот ученик как раз видел смотрительницу Мэй вместе с главой Цао в главном павильоне низины. Они решают какие-то важные вопросы.

– Хорошо, можешь быть свободен, – кивнул ему Цзэ Сюлань и отправился к главному павильону. Он не знал дорогу, но все постройки в этом ордене были по фэншую, так сказать, и не особо отличались своим расположением.

По пути ему все так же встречались ученики в разноцветных нарядах. И Цзэ Сюлань задавался вопросом, почему все они просто прогуливаются вместо того, чтобы тренироваться или сидеть на лекциях.

«Чэнь Хуан, а разве ученики других заклинателей не должны приходить ко мне на лекции?»

[Вообще в ордене практикуются занятия, когда хозяева разных областей приходят друг к другу и проводят лекции по своей специализации для лучших учеников. Но никто из мастеров не считает нужным приглашать к себе Цзэ Сюланя. Каждый уверен, что мастер Цзэ ничему полезному научить не может. Поэтому еще до медитации Цзэ Сюлань вел занятия только у «стадных» учеников.]

Почему-то стало даже слегка обидно за этого мастера. Хотя, если учесть его поведение в новелле, это отношение было вполне себе оправданным. Мастер Цзэ действительно вел себя как недалекий дурачок. Впрочем, это сейчас было даже на руку: чем меньше учеников, тем легче.

Главный павильон возвышался над всеми остальными постройками еще двумя дополнительными этажами. Шустрые ученики уже успели предупредить смотрительницу Мэй о приходе Цзэ Сюланя, поэтому его ждали под красивой деревянной аркой двое – госпожа Мэй и глава Цао.

– Мастер Цзэ, какими судьбами? – с безучастным выражением на лице поинтересовалась Мэй Пин, словно они с главой только что не обсуждали возвращение Цзэ Сюланя к преподавательской деятельности.

– Рад видеть госпожу Мэй в добром здравии, – учтиво поклонился Цзэ Сюлань, стараясь придать своему лицу самое вежливое выражение. А затем поклонился и главе. Вроде бы кланяться нужно было при каждой встрече. Точно Цзэ Сюлань не помнил, но решил на всякий случай поклониться. Пусть лучше думают, что он подлизывается, чем что он пренебрегает главой ордена. – Я пришел узнать насчет одного из учеников – Яо Вэньмина. Остальные ученики сказали, что он обычно ходит на занятия и тренировки с ними, но сегодня они его не видели. Вот я и решил уточнить этот вопрос у вас. Возможно, вам что-то известно.

Мэй Пин вся нахохлилась, словно Цзэ Сюлань ее в чем-то обвинил, и поджала губы:

– Неужели мастер Цзэ думает, что я в состоянии уследить за каждым учеником? К тому же я даже не являюсь их мастером. Вам-то легко говорить. Когда последний раз Туманный склон брал учеников? Когда приняли на учебу вас? Интересно получается, правда? Может быть, вам стоит завести своих учеников, чтобы осознать, что такое ответственность?

Цзэ Сюлань не имел никаких дурных намерений, задавая подобный вопрос, но Мэй Пин расценила подобное как камень в свой огород. Очень ревностно относясь к своим обязанностям, она всегда очень бурно реагировала, когда кто-то упрекал ее в некомпетентности.