Покоривший СТЕНУ. Тьма в отражении (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 42

— Это кто у вас навские технологии умеет воспроизводить?

— Один из прежних владык умел. Наделал много, вот осталось.

— Они продаются?

— Свою не отдам, сам понимаешь. Иначе смысла в нашей сделке уже нет. Но достать я думаю, что смогу.

— Только мы уже к тому времени будем далеко отсюда, — вздохнул я. — Ладно, расскажи, как у вас тогда всё устроено? Юстициаров нет?

— Есть, почему нет? — удивился Кей. — Есть общие правила. Если их нарушают, можешь зарубить на месте нарушителя и забрать себе его шмот. Потом псионик проверит, что не врёшь, и всё.

— Суровые законы у вас?

— Не очень. Не убей, не укради, не принуждай. Корми генератор раз в пять дней. Всё. Ну и не гадь Обсерватории и Генератору, но то и так понятно.

— И что, даже этот Лебель, Летучий и остальная верхушка тоже носят к терминалу топливо?

— Правила одни для всех, — пожал плечами Кей, будто это и так очевидно. — Летучий и Медуза, правда, ничего не носят. Их нет большую часть времени. А Лебедь да, носит мусор во Всегенератор.

— Кстати, он у вас от хаоса?

— Не совсем, — усмехнулся Кей. — Он у нас особенный. Дискордантный. Рассказать, чем он питается?..

И, увидев мой кивок, продолжил:

— Важностью.

— Это ещё какая-то цепь?

— Нет. Он перерабатывает в плазму всё, что впитывало в себя чужое внимание. Орудия труда, старое оружие, Ресурсы, которые добывались упорным трудом, изделия, над которыми долго работали. Или объекты культа, которым много молились.

— Важно, чтобы это были проходчики?

— Нет, мобы тоже сойдут.

— Тогда таких предметов должно быть полно… — задумался я.

— Поэтому, если ты слаб и ссышься при виде слайма, можешь сходить с крупной группой в рейд по первому этажу и выполнить свой долг без особого риска, потратив полдня на общественные работы.

— Звучит так, будто у вас там прям идиллический строй, — заметил я.

— Анархия, — ответил проходчик. — Каждый делает, что хочет. Просто есть правила, чтобы не появилось новых владык.

— А что думает по этому поводу ваш корректор Лебедь?

— Лебедь пол дня сидит на какой-то наркоте, чтобы не сойти с ума от панических атак, и страдает вспышками психоза. Ему вполне хватает Обсерватории и наложниц. Так то он мужик умный. Не зря увёл своих, когда понял, что мифика и завоевания соседей им не видать. Но с головой совсем проблемы. Кстати, он всё ещё верит, что он правит сектором. Но он безобиден, как для проклятого.

— А ты здесь по своей воле, получается?

— Ну, это долг со звёздочкой. Для сильных групп, которые могут спускаться… — он посмотрел в сторону мрачного перехода.

— Спасибо за рассказы, Кей. Тогда ещё такой момент. Я вот думаю, мне, если честно, ваш сектор описывали как кучку отбитых культистов, а с вами, оказывается, можно иметь дела.

— Ну, смотря с кем, — отвел взгляд он. — Сумасшедших здесь тоже хватает. Вам повезло, что здесь сегодня мы… А что за дела?

— С ритуалом обманки Локи знакомы?

— Ну? — оживились Кей и его помощники.

— Так можно переносить небольшие партии, равные по весу. Думаю, мы могли бы и дальше продолжать обмен. Только фрагментов нам ваших настолько много не нужно пока. Вы составьте список, что у вас есть, а мы подумаем насчёт обмена.

— А как с вами связаться?

— Сайна сделает вам передатчик, так и организуемся. Нужны будут снимки места проведения ритуала.

— Конечно, — кивнул Кей и остальные следом за ним.

18. Тьма, щекочущая душу

Тем временем, свежая пища, да ещё и большая экзотика по здешним меркам, постепенно переломила дух рейда на почти праздничный. Чему мы активно способствовали — Альма и Тия сейчас сойдут за армию официанток. Девушки выносили свежий плов с карри от Сильвана, большие деревянные чаны с салатами, варёный картофель и другие блюда.

Заметив это, глава группы неодобрительно покосился на подчинённых. Если бы мы хотели их убить — самое время. Ну, или у них просто тоже есть свой предсказатель, который сказал, что есть можно, и ничем страшным это им не грозит.

Сильван расстарался — он всегда любил видеть реакцию на свою готовку. Заодно перекусила и моя группа. Напряжение спало, начались беседы и посыпались вопросы с обеих сторон.

Распрощались почти друзьями, но на ночлег оставаться не стали. Времени впереди было ещё много. Пересечь шестнадцатый успеем где-то к вечеру.

За время нашего перерыва в убежище Софья сварила для нас зелье ночного зрения, а небольшой автоматический завод Сайны собирал ускоренными темпами приборы ночного видения.

Основа группы на этот раз состояла в первую очередь из тех, кто обладал способностью альтернативного пространственного ориентирования без зрения.

Таких было немного. У Селены, как и у меня, была способность ощущать пространство с помощью растений. У Элейса нашлась эхолокация от какой-то летучей мыши, которую он за ненадобностью всегда держал отключённой. Тия, вернее Хитоми, ощущала пространство иначе, комплексом ощущений, части из которых у людей не было. Сайна и её механизмы могли ориентироваться без зрения по звукам и другим косвенным сенсорным данным, выстраивая визуальный путь в виде трёхмерной модели.

Барьер нас легко пропустил, не задавая вопросов. Ощущение, будто входишь в мыльный пузырь. Слегка щекотно, и только. А на той стороне нас ждало мрачное продолжение Чёрной Дороги.

По обе стороны возвышались стражи техноцита. Ряд застывших мёртвых киборгов с погасшими глазами. Здесь они неподвижно стояли, будто операторы давно покинули это место и не посещали эти тела. Но я помнил предостережение о том, что они очень даже активны, если коснуться их.

Не сходить с дороги…

Дорога уходила во мрак, и никакого светлого тоннеля впереди не виднелось. Лишь тьма рассеивается светом из-за барьера со стороны пятнадцатого сектора.

Здесь было абсолютно тихо. Стоило нам застыть на одном месте, как в ушах начинало звенеть. Пахло пылью.

Все почему-то замолчали, хотя приказа не поступало. Но казалось, будто нас кто-то подслушивает и следит за каждым движением.

Но техноцит оставался безмолвным. Мёртвые киборги не шевелились, уставившись погасшими визорами в пустоту.

Света с каждым шагом становилось всё меньше. По мере удаления от пятнадцатого он слаб и начинал тонуть в давящем мраке.

Мерлин не выдержал и, что-то проворчав вполголоса, призвал над ладонью огонёк. Я обернулся к нему и увидел крохотную блеклую искорку у мага над рукой. Судя по напряжению на лице, сил он на неё тратил немало.

Затем соларис добавил силу Цвета в магию. Ничего не изменилось, кроме того, что искорка стала синей.

Сайна, глядя на его эксперименты, попробовала свет в разных спектрах. Что обычный, что ультрафиолетовый, что ионический — все были едва видны, будто тлеющие угольки от костра в безлунную ночь.

Аномалия. Если бы это была магия, красный свет бы её рассеял.

— Ну что, давайте пробовать зелья.

Срок работы у них был ограничен, потому первую часть пути, где ещё было достаточно света, лучше было пройти так.

Сделал несколько глотков. Для растительной цепи у Софьи была адаптированная версия с резким сильным вкусом хвои и можжевельника. Я на миг закрыл глаза, слегка помассировал их, пока пробегали искры, а затем открыл и увидел слабые очертания дороги под ногами и белеющие ряды стоящих по краям тропы в вечном почётном карауле воинов техноцита.

Здесь это были одинаковые фигуры скелетов в технологичной белёсой углеродной броне. Из-за этого их было видно даже лучше, чем тропу, по которой мы шли.

— Держи, — протянула Сайна мой прибор ночного видения.

Надел его. Ничего в целом не поменялось, только оттенки стали зелёными.

— По моему, эффект зелья не складывается с прибором ночного виденья.

— Попробуй этот, — протянула Сайна другой.

Этот был больше похож на очки. Оттенки стали слегка бирюзовыми, но видно стало ещё лучше. Первая модель делала видимо некий анализ и выводила картинку как экран, потому ночное зрение самих глаз не работало. А эта версия была именно что некоей формой оптики. Однако было понятно, что…