Служанка в доме на Краю (СИ) - Варварова Наталья - Страница 19

— И как она? Ласковая или наоборот? Горячая — или лишь бы поскорее уснуть? Я был в лихорадке и почти ничего не запомнил, — нагло соврал он. 

В горле застрял злой ком. В этот момент он себя не выносил. Оба, — и Мор, и Рит — здесь были не при чем. Конечно, он не забыл, как вела себя в постели Кара, но клятая ревность разъедала ему мозг. 

Зачем ему было знать, как спали кузен и служанка, для которой даже несколько монет означали целую неделю ужинов для себя и для дочери? Мор мог кинуть подачку, мог обеспечить подработкой. Рит же тратила столько сил, чтобы собрать годовой взнос на открепительную для Лиззи. Для его дочери. 

Благосклонность хозяина защищала от чужих посягательств и помогала получить более легкую работу по дому… Все это он понимал и все равно спросил.

Морлей в своем состоянии врать не мог:

— Если честно, Дэвид, я ни хрена не помню. Точно скажу, что любая попытка на нее забраться, как вчера, оборачивалась сном. А вот что до него?… Конечно, мне как мужику нельзя было признаться себе, что я просто все продрых. Помню, как сжимал ее кругленькие ягодицы, как в носу щипало от острого запаха, типа как сок алоэ, — а потом я словно проваливался. Да и чего ты спрашиваешь? Ты же не слезал с нее почти сутки. 

В это время Деус отчаянно боролся с собой, чтобы не уточнить — Мор совсем не помнит, ни одного раза не помнит?… Бездна раздери холодное Поднебесье, что с ним происходит… Когда же он опустился до такого?

— Сегодня она открыла мне дверь и как зыркнула. Раньше глазки в пол опускала, носом шмыгала, а в этот раз — натуральная ведьма. Может, не все они перемерли. Будь с ней аккуратен, брат. Я прям испугался, и все опустилось. Если ты понимаешь, о чем я.

Деус вздохнул и дал себе слово не пытать Маргарет на ту же тему. Иначе она сразу сообразит, что он свихнулся… Если Мор не был ее любовником, — ну, допустим, — то кто-то же был. Значит, надо их всех отыскать и переправить в нейтральную зону, за пределы Бездны. 

У Рит начинается нормальная жизнь. Нельзя, чтобы прошлое вдруг вылезло наружу и потянуло ее за собой. Это ради ее же блага и блага Лиззи… Почему же тогда он себе так противен? 

Никогда Деус не позволял себе вмешиваться в личную жизнь женщин, с которыми спал. Да, он бы резко охладел, узнав, что у возлюбленной он не один… Но вмешиваться? Для этого он слишком высокого мнения о своей персоне. 

Однако здесь совсем другое дело, успокаивал он себя. Это мать его дочери, поэтому он так нервничал. Вполне обоснованно. 

Мор, тем не менее, рассказал и нечто по-настоящему ценное. Оказывается, он обратил внимание на Маргарет вовсе не потому, что спал со всеми служанками подряд. 

— Дело ведь не во внешности. Она умела быть по-настоящему незаметной. Бегает какая-то тень, шелестит юбками. Но случился у меня разговор года два назад. Весной. Я это помню, потому что колено особенно ныло… Приехали соседи, их бабы ели конфеты и раскладывали преферансы, а мы с лордами выпивали в курительной. Я уже лежал на кушетке, и кто-то из них мне и говорит, мол, отдай свою белобрысую горничную в аренду. Я не поручусь, то ли он ее уже где-то зажал, то ли собирался, но уж больно она ему понравилась. 

Деус напрягся. Вот это могло быть по-настоящему важно. С какой целью один из местных аристократов хотел забрать у Броуди служанку? Симпатичную, но такие имелись в любом большом доме. 

— Что за лорд и почему в аренду? Мы же не афишируем, что большая часть имущества и все прикрепленные к земле люди значатся за мной.

— Так, брат, я же говорю, что уже лежал. Не помню я его ни его лица, ни вообще, кто тогда к нам заявился с визитом. И в самом деле странно. Знал хмырь этот, что я не смог бы выдать ему бумаги на нашу служанку. Только временное разрешение на работу на другого хозяина. Бренди мне дорогой посулил. Кошелек с деньгами… Мол, невмоготу ему, надо срочно всунуть. Чуть ли не тем же вечером с собой забрать. В одной карете с женой собирался девку везти. Посмотрел бы я на эту троицу, — Морлей заржал так, что бутылочки с лекарствами на прикроватном столике затряслись. 

Демон заставил себя сдержаться. Почему он не нашел Кару сразу? Как он допустил, чтобы она еще пять лет вращалась в этой грязи. Удивительно, что он тогда не привязал ее к себе… Мысль сначала показала ему безумной. Соединить жизнь со случайной любовницей… Но потом сознание прояснилось. В том своем состоянии он не не хотел, а просто не мог этого сделать. 

— Бренди я его вылакал. На правах гостеприимного хозяина. А насчет Рит — послал подальше. Чтобы моих девок всякие из-под моего носа уводили… В тот вечер я приказал ей прийти в мою комнату.

Он лихорадочно перебирал воспоминания.

— И, вероятно, она дошла, потому что утром я не гневался. Проснулся без похмелья. И, конечно, без девки. Но соседу своему решил такую полезную в хозяйстве девчонку не отдавать. Ведь даже голова не болела, а по телу бродило что-то приятное. 

Морлей глянул в перекошенное бешенством лицо Деуса. Совсем идиотом виконт не был.

— Наверное, бродило. Возможно, и нет. Голова дырявая совсем. Не память, а решето. Не отдал я этому, не помню кому, твою Рит. Это же главное.  

Демон зашел в обувную лавку и оформил заказ. Хорошую обувь в Дербт не возили. Поэтому он назвал размеры Рит и Лиззи (и был уверен, что не ошибся), выписал чек на предоплату. 

К восторгу владелицы заведения, он потребовал доставить из столицы чуть ли не всю модельную линейку — от комнатных туфель до прогулочных ботинок и сапог для верховой езды. И все из «Уинфилда», лучшего в Бездне салона с готовой обувью. 

Конечно, девочкам вряд ли подойдет все из этого. Но он щедро оплатил хлопоты администратора, посыльных и консультантов. Комфорт того стоил. Малышка и ее мама выберут только то, что посчитают нужным. 

Дэв не ожидал, но он испытывал необычайное удовлетворение от этих хлопот.

Были времена, когда он не представлял, в чем ценность монет и драгоценных камней. А потом вдруг у него этого добра стало достаточно, но он так и не познал радость от обладания вещами. Он покупал дорогие туфли и носки с ручной вышивкой, потому что не имел права носить что-то, не соответствующее его статусу. 

Но разве можно радоваться туфлям или галстуку? Перчаткам или запонкам? Дэв не выносил тратить время на эту ерунду и не понимал, почему в высшем свете мужчине не считалось зазорным целый день кататься из одного салона в другой.

Однако сейчас, представляя на Лиззи веселые пушистые боты с помпонами или оливковые кожаные сапожки с высокой шнуровкой на Рит, граф Элфорд улыбался… Да, он покупал любовницам украшения. Ну, разумеется. Дарил апартаменты и, случалось, особняки. При этом его улыбка оставалась снисходительной и отстраненной.

Кто бы предположил, что лицезрение детских туфелек в каталоге может вызывать такое умиление. 

Хорошенькая девушка, принимавшая заказ, — пухленькая, как из кондитерской, — не спешила его отпускать. Ее хозяйка металась рядом, успев угостить чаем и разговорами о погоде. 

— Не желаете посмотреть что-то и себе? Средства для ухода, аксессуары? 

Юная пышечка наклонилась к нему так, что ее объемные прелести не просто колыхались, а готовы были выпрыгнуть на прилавок. Но Дэвид, погруженный в себя, едва ее замечал. 

— Мы уже разобрались, что чулками и платками вы не торгуете, — вздохнул он. 

И пропустил момент, когда что-то пошло не так. 

Граф уже расписывался на втором чеке, платя за страховку для каждой пары обуви, когда эта милая особа схватила его за обе руки. Причем кругленькие пальчики впились в его запястья с такой силой, что даже на коже демона остались бы синяки.

Но регенерация у Деуса была устроена так, что стенки сосудов тут же стали гибче, а огненная кровь разогрелась и ускорилась. Впрочем, девушка даже не почувствовала ожога.

На него уставились золотые глаза с темной сеточкой прожилок и характерным вертикальным зрачком, чуть расширенным по центру.