Служанка в доме на Краю (СИ) - Варварова Наталья - Страница 13

— Не переживай. Я все выясню. Сколько удивительных открытий нас ждет с тобой, Кара. Ты будешь вспоминать, шаг за шагом, а я — ловить каждое новое воспоминание. Не пропущу ни одного.

Нахлынула идиотская, необъяснимая радость. Он назвал меня так же, как тогда. Не забыл… Резко вдохнула, а демон как раз переместил левую руку мне под грудь, не переставая правой крепко прижимать к себе пониже талии. А движение навстречу заставило ощутить каждое его прикосновение в разы острее.

Аааах, — изумленно застонала я, не до конца веря в происходящее. 

— Правильно, Кара, начнем с самого главного. Покажи, хотела ли ты меня тогда по своей воле. Тянулась ли ко мне, или я заблуждался, не приходя в сознание. 

Его губы стали спасением и моим наказанием. Сопротивляться такому напору невозможно. Я не успела даже подумать об этом, как его язык очутился у меня во рту. Скользя и лаская, двигаясь обманчиво медленно, вынуждая терять под ногами землю. То есть пол… То есть лети оно все в Бездну. 

В избушке я отдала много магии, а сейчас просто расплескивала ее из себя не будучи в состоянии справиться с эмоциями. Деус решит, что я неопытный маг и женщина, совсем не искушенная в утехах.

Но сила плевала на мои переживания и продолжала изливаться.

Огонь в его зрачках из режущего фиолетового стал гречишным и теплым.

— Пожалуйста, — кое-как смогла вымолвить я, теряя сознание. И умоляла я вовсе не о поцелуях, а чтобы не трогал спящую Лиззи и не насмехался над моим жалким положением. 

— Все, что пожелаешь, Кара миа. Ты просто будь, а я все сделаю. 

Скорее всего эту фразу я придумала от первого до последнего слова.  

Дэв Деус

Девушка уснула почти моментально. Небольшой вздернутый носик на этом лице смотрелся, как на ребенке. И еще губки бантиком. Ох, не походила она на роковую красотку из его бреда. И на опытную заговорщицу — тоже.

Непонятно, заметила ли Маргарет или нет, но пустых она накормила знатно. Некоторые из них аж раздулись вдвое или втрое. Ее желание не подпустить их к дочери было нечеловечески упорным. Она поставила заслон из собственной энергии, к которой твари тут же приникли. 

Что бы случилось, задержись он на несколько минут? Успела бы горе-мамаша сбежать с девочкой в деревню? Или ее бы настигли и размазали, а потом взялись за крошку… За это спящее чудо.

Девочка на уровне инстинктов угадывала, что твари, гнездившиеся между измерениями, пришли за ней. Они всегда искали своего шанса глотнуть настоящей первозданной магии.

Дэв украдкой взглянул на дочь. Смотреть долго нельзя, иначе почувствует. А Маргарет права, сильные эмоции при таком уровне нестабильности лучше испытывать отдохнувшей.

Длинные ресницы Лиз закрывали глаза. Ха, это очи вскоре будут полыхать адским огнем так, что мало не покажется. Правильные черты лица она взяла от него. И, как всякой высшей демонице, ей достанется жуткая самоуверенность, что обязательно скажется на внешности. Впрочем, от мамы Элизабет все равно досталась глубоко спрятанная нежность.

Он не сомневался, что такое сочетание получится убийственным. 

Когда он в изубшке увидел ее профиль, маленькую сжавшуюся фигурку, все пламя, что он подавлял веками, вспыхнуло в диком восторге. Он кровь от крови Бездны, а это его кровь, его будущее. Когда он угаснет, его искра пойдет дальше. 

Интересно, что такое счастье досталось ему в молодом по меркам их расы возрасте. Деус еще даже не задумывался о том, чтобы искать подходящую пару. Он чувствовал свою связь с Огнем и служил ему, но не воспринимал себя частью рода. Но теперь все иначе.

Переместившись на Край, он тут же почуял ребенка. Но все еще по привычке сомневался, не ловушка ли это, не трюк ли. Однако девочка была настоящей; ее запах, биение сердца… По сути, он уже знал правду, не веря, что такое может быть в принципе. Отсюда он легко слышал Лиззи на огромные расстояния.

Пять лет назад владыка все еще был силен. Он ненавидел его отца и Деуса ненавидел не меньше, видя в самом его существовании опаснейший эксперимент с открытым финалом.

Папочка выходил на поверхность обычно ненадолго. И Сатаниил решил сначала разобраться с сыном и тайком устроил Дэву командировку в один конец — в сумрачный мир с колеблющимися границами — мол, на разведку. 

Порождение Бездны на то и порождение, что зафиксировав угрозу, Дэв не стал скрываться в межмирье, а поторопился изменить структуру чужеродной материи, пока это все еще было возможно. Эта субстанция собиралась пустить корни по соседству с его миром, и в конце концов подобное все равно закончилось бы смертью кого-то из высших. Ведь надо было в первую очередь сохранить свой пепельный мир. Не он, так отец. Не отец, так Астарот… Так что какая, в сущности, разница. Ему было нечего терять, да и Сатаниил формально поступил верно. 

Все, что он запомнил, это как его перемололо в газовом гиганте, а потоки вывернуло наизнанку. Однако он все равно очутился дома, потому что подыхать в чужеродной среде, проваливающейся обратно в тартарары, не было никакого интереса. Его вышвырнуло на Край, к Броуди, в приемную семью, которая много веков назад согласилась взять странного и страшного ребенка с огненными провалами вместо глаз. 

И он уцелел. Тогда еще живой старый виконт что-то лопотал о «кровавой войне», о необходимости поискать сиделку с магией. Давняя традиция окраинных земель, когда аристократки соглашались ухаживать за ранеными демонами. Они вливали в них силу и часто прощались с жизнью. Но, если повезет, получали щедрое вознаграждение. 

Как позже выяснилось, за неделю к нему привели более десяти молодых и не очень особ, отличных по уровню ресурса, но всех объединяло одно — он их прогнал. Однако Деус стремительно шел на поправку. Ему полегчало до такой степени, что собственная вязь восстановилась, а дальше Бездна обнаружила его и утянула поближе к Горнилам.

Если предположить, что у нее есть сознание, то тогда продолжительные волнения в Горнилах легко объяснялись. Еще бы, ее детище, с ее огненной кровью в жилах, не погиб, а вернулся к ней. 

Остальное лечение он проходил уже в столице, под личным руководством принца Марбаса. Однако Деус все время порывался обратно и утверждал, что его лечила некая девушка, которая осталась где-то там, на Краю. Отец и сын Броуди разводили руками, но честно искали. 

Потом ее искали надзиратели, но ни следа таинственной аристократки с сильнейшей магией не обнаружили…. Только такая особа каким-то чудом могла заново собрать рассыпавшиеся потоки в индивидуальный узор — хотя, нет, такое все равно невозможно, бормотал Марбас и разводил руками. 

И, однако же, девушка существовала, и он даже успел оставить ей не деньги и не редкие камни, а дочь в награду. 

Дэв раздел спящую Маргарет при помощи магии. Смешно сказать, но он опасался касаться ее кожи лишний раз, потому что влечение просто захлестывало. Тем же способом на ней оказалась сорочка.

Миссис Такер распорядилась насчет скромной, но чистой одежды. Эти наряды уже не подходили для прислуги — предназначались, скорее, для дамы среднего сословия или обедневшей дворянки.

Теперь женщина и девочка посапывали рядом. Элизабет тут же уткнулась матери в плечо. Даже если предположить, что Рит — талантливейшая из притворщиц и по своей воле согласилась участвовать в интригах высших демонов (что вряд ли), то она все равно мать его дочери. 

Та ли она, за кого себя выдает? Босячка двадцати семи лет, но с образованием, что никогда не выбиралась дальше маленького городка. Лечила ли она его на самом деле, или своим исцелением он обязан чему-то другому? Каким образом эта девчонка выносила ребенка, связанного прямым родством с самой Бездной?

Стоптанные пятки, мозоли на обоих указательных пальцах, прищур человека с плохим зрением… Смогла ли бы сыграть подобное какая-нибудь одареннейшая магичка одного из нейтральных миров? И, нельзя сбрасывать со счетов, что рядом с ней он будто зверел от желания.