Служанка в доме на Краю (СИ) - Варварова Наталья - Страница 10

Травницы не умеют слышать ветер. Не чувствуют биение земли. Не управляют водяными струями и не разжигают огонь по щелчку пальцев. Из круга в тот день на своих двоих выполз действительно сильный маг — с памятью, как у младенца. Но энергетические потоки были на диво послушными. Словно я только и делала, что тренировала их годами. 

Сейчас моя девочка снова в том домике, за несколькими пологами защиты. Волноваться не о чем. Почему же с приближением вечера во мне нарастало беспокойство? 

Я быстренько пообедала двумя отварными яйцами, куском хлеба и чаем. Миссис Такер не стала меня смущать и прислала обед, полагавшийся горничной.

С некоторым сомнением, но все же направилась к чану с водой. Он вызывал во мне протест и в то же время нестерпимое желание согреться и забыться. Да, воду пришлось хорошенько погреть. 

Как же великолепно... У нас с Лиззи в доме только три тазика, с которыми можно выйти в сени, чтобы не портить пол. Неужели в такой бедности я провела более двадцати лет, изредка падая на перины в Энфилде?

Я до сих пор не свыклась со шкурой Маргарет, хотя ее магия мне очень даже нравилась. Наверное, и веснушки можно как-то вывести.

В Бездну иногда соскальзывали попаданки из других миров, но всегда — со своим собственным телом. Могло ли случиться, что Рит провела ритуал и забрала чужую душу? Информации слишком мало. Но вот зачем нужна такая душа — без памяти, без опыта, без стержня. Все, на что я здесь опиралась, это были настоящие чувства хозяйки данного тела... Безусловная любовь к дочери и, как сегодня выяснилось, как минимум влюбленность в рогатого графа.

Меня просто накрывало жаром, когда я минута за минутой восстанавливала в памяти, как он стонал, закрывал глаза, шептал эту свою "Кару", водил руками по спине и целовал меня в живот. Разве между мужчиной и женщиной это бывает настолько ярко? А между демоном и женщиной?

Я уже пятнадцать минут отмокала в чане, выставленном исключительно по прихоти Элфорда, как услышала хлопок. Характерный звук, с которым в воздухе творилась магия одной из стихий. На стуле поверх одежды появился неподписанный конверт.

Я знаю, что вы потеряли память, моя дорогая Маргарет, но уверен, что вместе с ней не потеряли осмотрительность. Когда-то вы спрятали свое дитя от страшного врага рода человеческого… Да, я про этого жуткого графа, который совсем не есть человек… И сейчас не ведитесь на его сладкие речи и ложные слова. Он отберет у вас дочь и сотворит с девочкой страшные вещи, которых не стерпит бумага… Я ваш друг и я помогу вам. Мы встретимся уже в ближайшие дни. Спрячьте Элизабет как можно надежнее и положитесь на мою полную поддержку..

Но дочитывать дальше я не стала. Тесемку на руке задергало так, словно по коже прошлись каленым железом. Пока я нежилась в ванной, купалась в воспоминаниях и слушала, не уберется ли из дома Дэв Деус, кто-то подобрался к моей девочке. 

Платье натягивала магией, не надев даже нижнего, прямо на белье. Письмо сожгла. Башмаки так и остались сиротливо стоят у кровати... Портал я открыла ровнехонько перед собой. С первого раза, без единой тренировки. Медлить было нельзя.

За закрытыми ставнями выло и скрежетало. Я не сразу сообразила, что это за звук. В Энфилде, когда я его покидала, еще царил чудесный розовый вечер. Ни ветра, ни облачка. А здесь… Конечно, мой ребенок испугался.

Лиззи не стала прятаться в шкаф, где полно старой одежды. Девочка так чувствительна к запахам. Ну, прямо как один раздутый от самомнения демон… Не полезла она и под кровать. Все-таки там пыльно, и коврик у меня лично тоже вызывал вопросы. 

Крошка забралась на кровать и укрылась двумя одеялами. Причем сделала это так, что со стороны это все выглядело как сбившаяся постель. Комочек здесь, комочек там. Подушки весьма натурально разбросаны. Но я слышала ее сердце. А если слышала я, то и остальные… Понять бы еще, реальна ли опасность или болото просто накрыл магический всплеск. Такое на территориях с нестабильным фоном иногда случалось.

— Мама здесь, — пробормотала я, инстинктивно пряча голос. — Все в порядке, мое солнышко. Я обещала быть у тебя через час. Когда луна взойдет над той горкой. Но наши обереги не в порядке, ты напугана…

Замечательно, что я хотя бы успела поменять здесь белье и девочке не пришлось кутаться в выцветшие лоскутные покрывала. Когда я видела такие у соседок, то каждый раз хотелось спросить, когда они выбивали их в последний раз.

Покрывала я пустила на растопку. Да, с такими привычками Рит, точно, требовалась работа в господском доме. 

Но почему же она, державшая дом в чистоте, не следила за избушкой? Я еще раз обвела взглядом ушатанные табуретки, паутину над печкой и по углам. 

Необходимо делать вид, что лачужка брошена? Или здесь просто появлялись крайне редко? 

Место, куда так трудно добраться, показалось мне более безопасным, чем наш маленький домик на отшибе. С другой стороны, я построила портал — значит, и кто-то другой, имея ориентир, мог сделать то же самое, наплевав на непролазные топи вокруг.

Я слишком полагалась на то, что угрозу для нас будут представлять люди. 

— Они узе там, на поянке. Ты не пугайся, мам, но я вызваа папу. Он совсем ядом. Он нас вытащит. Нас с тобой они съедят и не подавятся. 

Элизабет высунула личико вовсе не оттуда, где я думала его увидеть. Она умудрилась запихнуть ноги под подушку, залезть боком в щель между кроватью и стеной, а голову и вовсе укрыть простынкой. 

Как же она была напугана! Не обращая внимания на то, что в ступни больно впивалась всякая мелкая дребедень, бросилась к постели и обняла Лиззи. 

— Мы со всем разберемся. Ты тоже не пугайся. Обещаешь?

Ни разу за эти три дня она не заговаривала про папу с такой безусловной уверенностью. 

Я бы ни за что не оставила ребенка в темноте, но и огня давать ей побоялась. По моей задумке, лунного света, проникающего сквозь узкие полосы на ставнях, должно было хватить, чтобы заставить шистостегу сверкать подобно небольшой лампадке. 

Я накрутила светящийся во мраке мох на две деревянные катушки и усилила его природные свойства. Может, этот холодный изумрудный свет и напугал девочку? Заметила, что обе катушки она прикрыла второй подушкой. 

— Тваи идут на свет, — пояснила Элизабет. — И они знают, что я не такая, как все. И не такая, как ты. Но папа им не по зубам. Вот увидишь.

Мне вдруг сделалось по-настоящему не по себе. В завываниях ветра послышался посторонний свист. Словно что-то рассекало воздух. 

Ни разу не проверяла, какой урон я могла бы нанести при помощи своей магии. Зажечь или сдуть? Пожалуйста! А вот сумела бы энергией вспороть плоть… Ладно, посмотрим. Опустить тяжелую деревянную балку на голову — это без всяких колебаний. 

Очертания портала растаяли посередине комнаты. Обратно в Энфилд, вот так сразу, у нас отправиться не получится. Морлей не преувеличивал, когда описывал мощный периметр защиты, натянутый над поместьем. 

Туда проще проникнуть днем, проведя Лиззи под своими юбками. Или юркнуть в одну из лазеек в изгороди… Но и это тоже в дневное время, потому что ночью выпускали хищников и врубали энергетический барьер. 

Вообще-то я собиралась переночевать с дочерью здесь. Обошлись бы едой и чаем, которые я бы подогрела не топя печку… Если же придется уходить, то я таким же порталом выведу нас в деревенский дом. 

Там нас скорее всего караулили Броуди. Но все зависело от степени риска. В конце концов, несомненно, Дэв Деус отыщет Элизабет, несмотря на мои ухищрения. И я почти уверилась, что главная угроза исходила вовсе не от виконта и его кузена. 

Жестом показала Лиз, что направляюсь к окну. Девочка притихла еще больше. И было от чего. Отвратительные белесые тени, похожие на пятна плесени на худеньких ножках, множились с той стороны поляны. 

От нас их отделяли три слоя моей импровизированной защиты. Однако надежды на нее тут же рассыпались. Четыре нелюдя прижались к ней плоскими вытянутыми телами, и первый слой сетки зарябил, теряя энергию.