Служанка в доме на Краю (СИ) - Варварова Наталья - Страница 1

Любые неприятности можно переждать. Все зависит от того, где они тебя настигли. В надежном укрытии или снаружи — в самом эпицентре бури. 

Я смотрела на багровеющее надо мной лицо Морлея. На тонкую сеточку синих сосудов на мясистом носу, на красные прожилки в мутных глазах. 

Он господин в этом доме. Значит, и мой господин тоже. 

— Отвечай, девка, куда дела свою дурищу. Слуги говорят, что оборванка постоянно ошивалась в доме. А тут исчезла. Ну же!

Морлей подхватил меня за плечи. Плохонькая ткань домашнего платья затрещала. Мужчина без усилий приподнял меня над полом... Обдало таким перегаром, вперемешку с его собственным кислым запахом, что я против воли закрыла глаза. 

Проще притвориться идиоткой. Обычно у меня хорошо получалось.

— О ком вы, Ваша Милость, — залепетала я. — Я никого на подработки не приводила. Лоренс спрашивала, нет ли человечка на примере. Но я знаю только деревенских. Их надо отмывать целый день, прежде чем в такой особняк пустить, как ваш. Они еще и покражу устроят. За ними глаз да глаз. Пришла как-то ко мне бабка с холма, что на Элвуде…

Голос срывался и дрожал. Пусть думает, что от благоговения. Не каждый день тебя трясет, как грушу, целый виконт… Я же не знала, куда отвернуть нос. Как скрыться от его вони. 

— Заткнись, дура. Я про дочку твою. Не делай вид, что не понимаешь. Ты самая хитрющая подстилка из всех, кого я… — он обернулся на окружавших нас слуг, на дворецкого Орландо, которого, не признаваясь себе в этом, немного побаивался, — с кем я имел дело. 

Вся эта безобразная сцена происходила в Сиреневой гостиной. Мы также называли ее Плюшевой. Вокруг меня и виконта собралась небольшая толпа. Домоправительница, дворецкий, три лакея и две горничных. Кухарка и кучер подглядывали за нами через занавеску, закрывающую проход в заднюю часть дома.

Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Главное, не позволить стихийным потокам, которые я еще с утра как следует заблокировала, вырваться на свободу. Нельзя даже мечтать о том, как я ударила бы его разрядом в живот или пониже… 

Меня немедленно возьмут под стражу. Магия — это редкая привилегия благородных господ, имеющих регистрацию и подтверждающие сертификаты.  А я простолюдинка. Я больше никогда не увижу Лиззи.

Меня скрутило от возмущения прямо в его руках.

«Если бы я хоть раз легла с тобой, боров, я бы уже не встала. Те, кто считают, что от отвращения нельзя умереть, просто не видели тебя вблизи. Но, скорее, в нашей паре это ты был бы покойником», — орала я ему в лицо. Разумеется, исключительно про себя. 

Морлей прочитал что-то в моих распахнувшихся глазах. Он плотоядно облизнулся. 

— Ты хочешь возразить, птичка? Я, так и быть, не буду рассказывать при всех, на что похожи твои перышки под одеждой... Так куда ты дела свою девку, девка? Мне нужно показать невесте, что даже из моих ублюдков магия так и хлещет. У будущей леди Броуди приличная семья и куча денег. А я немного поиздержался. 

В этот раз я основательно попала. Даже не смогу на него воздействовать при всех, чтобы переключить его внимание. Для этого нужна тишина, контакт глаза в глаза, длящийся почти минуту. Незаметно я такое не проверну. 

— Милорд, господин виконт, я же ничего не помню после болезни. После лихорадки… Кто я такая, чтобы сомневаться в ваших словах? Моя девочка, моя Лиззи, гостит у бабушки со стороны отца. Это какая-то ошибка. В ребенке нет ни капли магии. Народ сочиняет, наговаривает… Ей всего четыре. Она родная доченька моего покойного Лиама. 

Чуть не выдала себя с головой, рассуждая для деревенской слишком складно. Однако лорду Броули было не до таких мелочей. Ему мои слова не понравились. К тому же башка после выпитого, наверняка, надсадно трещала. 

— Лживая тварь. Не было у тебя никогда мужа. Малявку ты где-то прячешь. Тебя успели предупредить, что я приеду. Кто-о-о-о… Кто посмел?

Он сжал мои плечи словно клещами. Попробовала оцепить его пальцы, рассчитывая, что он придет в себя. При людях он всегда старался сдерживаться. Однако на этот раз даже умеренное сопротивление его разозлило. 

Морлей отшвырнул меня к противоположной двери, как маленькую диванную подушку. Звериная сила у виконта, действительно, имелась. 

Это даже хорошо, решила я, удачно приземлившись на согнутые руки и на колени. Пышные юбки смягчили удар. Его Милость после всплеска слегка успокоится и пойдет за добавкой. Орландо и миссис Вортс в это время помогут мне спрятаться. 

Однако подбородком я почему-то уткнулась в носки лакированных сапог цвета темного кофе. Только что их там не было.

— Ты не слишком учтив с предполагаемой матерью своего ребенка, Мор, — произнес незнакомый джентльмен, легко ставя меня на ноги. — А вы, девушка, я вижу, не торопитесь радоваться своей удаче. Как ваше имя?

Я посмотрела в глаза, в которых черная радужка почти сливалась со зрачком, и пожалела, что никакая я не леди. Это был идеальный момент, чтобы грохнуться в обморок.  

Зато у меня получилось притвориться немой.

— М-м-м-м. Эмм, — глубокомысленно выдала я.

На нем вызывающе белая рубашка. Черные волосы взъерошены и немного выбились из хвоста. Судя по бриджам для верховой езды и обуви он только что спешился с лошади. Камзол перекинут на руку… Почему рубашка даже не помялась?

В минуты волнения меня обычно занимали самые дурацкие вопросы. 

Пахло от него, как в лесу ранним утром, когда ароматные травы только просыпались и еще не успели нагреться под солнцем. Я сделала несколько судорожных вдохов. 

Мы с вами не знакомы? — поинтересовался господин (не сомневаюсь, тоже лорд). — Мог ли я видеть вас здесь раньше?

Мое лицо бесцеремонно обхватили пальцами за подбородок. Мужчина повернул его налево, затем направо. Он разглядывал меня так же задумчиво, как если бы крутил в пальцах взятую со стола чашку, гадая из какого она сервиза. 

— Я бы запомнила, — глухо отозвалась я, совершенно не подумав. — Простите, не имею чести…

Виконт счел, что в этот разговор пора вмешаться. Он подошел к нам, сжимая графин за высокое горлышко. Руки вошедшему не подал, но поклонился чрезвычайно учтиво. 

— Добро пожаловать в Эндфилд, дорогой брат. Здесь тебе всегда рады, ты знаешь. Я сам приехал всего час назад. Понимаю, виноват, перебрал… Такие обстоятельства. Моя ненаглядная Аманда готова расторгнуть помолвку. Ей наговорили, что я гуляю, пью и трачу больше, чем мог бы себе позволить. 

— Возмутительно, — отозвался вошедший. — Злые языки готовы трепать имя Броуди бесконечно. Дай только повод. Сколько раз я тебя предупреждал… 

Он махнул слугам, чтобы расходились. Те нехотя стали разбредаться, при этом кланяясь почти до пола. И наконец соизволил убрать левую руку с моего лица.

— Ваше Сиятельство, комната готова. Сейчас прикажу набрать горячую ванну. Счастлив, чрезвычайно рад… — Орландо вырос рядом с нами. 

Дворецкий искренне улыбался родственничку Морлея и в то же время бросал на меня сочувственные взгляды. Похоже, это один из кузенов нашего господина, потому что родных братьев у Броуди не было.

Попробовала сделать шаг в сторону, но поняла, что это невозможно. Ноги приросли к полу… Со мной еще не разобрались и поэтому поставили рядом, как предмет мебели, переключившись на более важное. Такая магия Морлею неподвластна... Значит, этот второй. 

Осторожно потянулась к магическому фону нашего гостя и… чуть не обожглась! Там, за темным пологом, скрывающим излишки энергии, полыхало пламя. Ничего подобного я себе и представить не смогла бы.

Пришлось успокаивать источник собственной магии, который трепыхался, как живой. Нельзя, чтобы меня раскрыли. Искусством прятать его как следует я в совершенстве овладела еще до этой идиотской потери памяти. 

 — Я недоволен тем, что ты распускаешь руки, Мор. Очень недоволен. Ты мог убить ее на глазах у всего дома. Я смягчил падение. Это всего лишь девушка. Что ты творишь? — холодно отрубил брюнет, когда Орландо вышел вслед за остальными.