Только для твоих лап (ЛП) - Прайс Элизабет - Страница 12

Каттер столкнулся с экспертом на месте преступления и направился в переполненный номер мотеля. Было неожиданно обнаружить, что Клейтон находился в городе, не говоря уже о том, что он поселился в такой дряни, как мотель «Мишка перевёртыш». Место было известно тем, что номера снимались на час и содержали компании по борьбе с вредителями.

Несколько других экспертов с места преступления перемещались по комнате, и большой, светловолосый, несколько знакомый лев склонился над телом Клейтона. Его волк заскулил, и его живот скрутило при виде его бывшего наставника, который распростёрся на кровати. На его лице отразилось удивление, а тело было изрешечено огнестрельными отверстиями.

Каттер фыркнул, вдыхая знакомый «Олд Спайс», смешанный с сигарами и бурбоном, которые всегда украшали старого орла-перевёртыша. Но это было смешано с кровью и серебром. Кто-то выстрелил в него серебряными пулями, чтобы он умер быстро и болезненно. Перевёртыши были такими же неуязвимыми, как говорят о «Хайлендерах» (прим. пер.: марка внедорожника «Тойота»), но у них была аллергия на серебро, и нападение на них серебряным оружием было верным способом остановить их дыхание.

Каттер замер, и его волк захныкал, когда знакомый запах черники и сливок вторгся в его чувства. «О нет…»

Люси вошла в комнату позади него в сопровождении Директора.

— Ты здесь, — заметил хладнокровный змей-перевёртыш.

Каттер даже не стал саркастически отвечать. Он был слишком расстроен смертью своего друга и слишком заинтересован в том, что тут делает ежиха, чтобы оставаться своим обычным язвительным характером.

Его взгляд встретился с Люси, и она бросила на него сочувственный взгляд, который облегчил острую боль утраты, затаившуюся внутри. Его зверь находился между желанием, чтобы она была здесь для облегчения его страданий, и желанием, чтобы она ушла. Это была потребность, основанная на защите. Каттер не хотел, чтобы она была рядом с этим мёртвым телом. Он не хотел, чтобы она подвергалась злу мира. Он хотел, чтобы милая маленькая ежиха была незапятнанная и невинна по отношению к злобным поступкам других. Было безумием думать, что он может защитить её от всего этого, но, тем не менее, желание сделать это было.

Он наблюдал за Люси, когда она подошла к льву-перевёртышу и передала ему что-то похожее на градусник.

— Держите, доктор, — пробормотала она.

Лев поднял свою светловолосую голову и одарил её быстрой улыбкой.

— Спасибо, Люси.

При этих словах внутри Каттера распространился приступ трепета, и его зверь не был счастливым волчонком. Ему не понравилось, как их произнёс лев-самец. Ему не нравилось, как её имя звучало словно ласка на его языке. Нет, это ему нисколько не понравилось.

— Что случилось? — спросил он Директора, не сводя глаз с врача-льва.

Люси растворилась на фоне, но Каттер болезненно осознавал её присутствие и был более чем готов встать между ней и доктором, если лев сделает шаг к ней. Боже, помоги ему, если он попытался пожать ей руку или что-то в этом роде.

— В него стреляли, — сказал доктор.

— Я вижу! — взревел Каттер, едва сдерживая своё животное.

— Держи себя в руках или выйди наружу, — прошипел Директор.

Лев приподнял бровь, совершенно не обращая внимания на его вспышку.

— Я бы сказал, что он умер около восьми-девяти часов назад, то есть где-то между двумя и тремя часами сегодня утром.

— Хозяйка нашла его около часа назад, — проговорил Диас, входя в номер.

Он кивнул Каттеру, который в ответ выставил подбородок.

— Я только что разговаривал с горничной. Мои агенты разговаривают с другими гостями и ночным портье, но, похоже, никто не слышал ничего необычного. Но для этого места обычным явлением является шумный секс и споры.

Ягуар задумчиво посмотрел на доктора, но ничего не произнёс.

— Я бы не сказала, что выстрелы — обычное дело, — пробормотала Люси, потирая руки вверх и вниз.

Диас повернулся к ней и, к удивлению, немного смягчился.

— Нет, я предполагаю, что использовался глушитель. Но до сих пор никто не слышал громких звуков из этой комнаты.

— Что он здесь делал? — грубо спросил Директор.

— Не знаю, — признался Каттер.

— Ты имеешь в виду, что он с тобой не связывался?

— Нет, я понятия не имел, что он не в Урсе.

Наслаждался пенсионным планом, который включал в себя напиваться каждый день, снимать женщин для развлечения и зацикливаться на его нераскрытых делах.

Директор многозначительно взглянул на Диаса, и тот выглядел немного встревоженным.

Его волк зарычал.

— Что?

— Помимо личных вещей: одежды, бритвы и бутылки бурбона, единственное, что мы нашли в комнате — это записка с твоим домашним адресом и номерами телефонов, — пояснил Диас.

— Возможно, он намеревался связаться с Каттером, — предположила Люси, — но он просто... э-э-э...

Её щеки вспыхнули, а голос затих под холодным взглядом Директора.

Челюсть Каттера дёргалась. Как бы любезно Люси ни пыталась заступиться за него, он не хотел, чтобы она была на линии огня. Даже если это вызвало у него теплый, приятный кайф, от чего ему было не совсем комфортно.

— Может, он собирался позвонить после того, как устроится, — спокойно сказал Каттер.

Директор поджал губы.

— Он пробыл здесь почти неделю.

Ой, нехорошо.

— Что он здесь делал?

Каттер раздражённо вскинул руки.

— Не имею представления. Клянусь, я думал, что он вернулся в Урсу. Не знаю, зачем он сюда приехал.

— Какой бы ни была причина, Диас будет вести расследование его смерти, и я ожидаю твоего сотрудничества.

Его волк зарычал.

— Обычно смертью агентов занимается команда «Альфа».

Директор прищурился.

— Во-первых, он бывший агент. Во-вторых, он был твоим другом, ты не будешь объективным, и, наконец, это моё решение. Я не жду дальнейших споров.

Ноздри Каттера раздулись, когда он быстро вдохнул и выдохнул. Его волк хотел бросить вызов Диасу и доказать, что он лучший мужчина, но он сомневался, что первобытная демонстрация силы действительно повлияет на Директора в этой ситуации. Во всяком случае, это просто подтвердит, что он принял правильное решение.

Инстинктивно Каттер нашёл Люси. Он посмотрел в успокаивающую голубизну её глаз, и его зверь тут же успокоился. Её присутствие всегда так влияло на него. Она умиротворяла и успокаивала его от природы капризную душу. Вот почему он не мог быть рядом с ней. Если он станет слишком спокойным, слишком восхищённым её гипнотическим присутствием, он может в конечном итоге сделать что-то, что он не сможет обратить вспять, например, привяжет её к себе.

— Прекрасно, — сказал Каттер сквозь стиснутые зубы.

— Я думаю, Диас захочет допросить тебя.

Директор посмотрел на ягуара в поисках подтверждения и тот кивнул.

— Хорошо, держите меня в курсе.

Он наклонил голову ко льву-перевёртышу.

— Рад познакомиться, Рик.

Лев легко улыбнулся.

— Взаимно, Джерри.

Его глаза метнулись к Люси, и он подмигнул. Она нежно улыбнулась в ответ.

Директор вылетел из комнаты, и Каттер фыркнул. «Джерри, а?» Он знал не многих подчинённых, которым это сойдёт с рук. Ганнер делал это время от времени, но только тогда, когда был действительно зол. Кем этот проклятый лев себя возомнил, расхаживая здесь, называя Директора по имени и, блять, подмигивая Люси? Каттер догадывался, что они не поладят.

Диас хлопнул его по плечу, но быстро убрал руку, когда Каттер блеснул клыками.

— Хорошо, успокойся. Твой допрос, допустим, в три часа у меня в кабинете?

— Как скажешь, — пробормотал он, несчастно глядя на тело Клейтона.

— Я бы сказал, давай подождём, пока ты не подобреешь, но нам нужно, чтобы дело было раскрыто где-то в этом десятилетии.

Диас усмехнулся своей шутке, но на самом деле побледнел и притих, когда стало ясно, что от Каттера исходит рычание, похожее на грохот моторной лодки.