На распутье (СИ) - Карпова Надежда - Страница 22

Он сказал правду, расставание с Листой не сильно его расстроило, но разочарование и обида были. И с ними так просто справиться не получалось.

Ничего удивительного, что его взгляды на семью отличались от подавляющего большинства населения Тлаодана. Ведь пример его родителей всю жизнь был перед глазами. Закономерно, что сверстники его не понимали. И нелегко будет отыскать ту, что сможет.

Его отец всегда считал, что в последнее время тлане стали неправильно относиться к семье, слишком… утилитарно. Тлие стали определяющими и заменили собой всё остальное: симпатию, чувства, привязанность. Конечно, тлие гарантировали, что пара будет жить мирно и дружно, но одного понимания и принятия для семьи недостаточно. В этом нет… искры и подлинного тепла.

Когда-то в древние времена, до Прозрения Тлане, ими управляли эмоции: страсть, ненависть, злость, обида, ревность. В ту эпоху тланы были довольно буйной и воинственной цивилизацией и чуть не уничтожили себя. В возвращении к прошлому нет ничего хорошего. Но вместе с отрицательными чувствами стали забываться и положительные. Ведь есть ещё нежность, любовь, привязанность. А их тоже не стало.

Теснар пытался объяснить это другим. Не один год доказывал тлане, что с таким отношением они много потеряли. Но большинство считали: жизнь и так хороша, зачем искать призраки прошлого? Он уже не надеялся найти понимание. Пока не встретил Тейлину — она, единственная, его услышала и разделила его мечты. Тогда они решили: хотя бы в своей жизни попытаться вернуть утраченное. Поэтому не стали заводить больше одного ребёнка, чтобы влияние тлие не перевешивало чувства.

Теснар с Тейлиной преданно любили друг друга. Треон, наблюдая взаимоотношения родителей, видел, насколько их жизнь радостнее и полнее, чем у всех, кого он знал. Он захотел себе того же: искреннего тепла, нежности, любви, а не удобного сосуществования с выгодной кандидаткой. Как выразилась Листа при последнем разговоре. Такое её отношение Треона просто возмутило. Тогда он ясно увидел, что с этой тлани ему не по пути — она его никогда не поймёт.

Это грустно, Листа ему нравилась: красивая и умная. Но лучше сразу пойти разными дорогами, чем всю жизнь мучить друг друга обидами и непониманием. Треон надеялся, что и она со временем это поймёт.

***

После завтрака с отцом Треон снова отправился на прогулку, захватив биосканер. Вчера его заинтересовало одно растение, хотелось изучить подробнее. На Тлаодане преобладают синие, зеленые и фиолетовые цвета, остальная часть спектра — редкость. И такого насыщенного оранжевого цвета на родине не встретишь. Это необычно. Интересно, что вызывает такую окраску. И можно ли образцы привезти домой.

Его завораживало, что на этой планете все окрашено в противоположную часть спектра, отчего этот мир казался негативом его родины. Необычно и странно.

По этой же причине заинтересовала вчерашняя человечка. Кристин, кажется? Розовая кожа, светло-желтая длинная шерсть на голове. Она подходила красками этому миру, и потому тоже интриговала. Такая непосредственная и живая — напомнила ему любознательное дитя. Сколько же ей циклов? Треону казалось: в экспедицию люди не будут брать детей. Если придёт сегодня, можно спросить.

Он добрался до памятного куста и включил биосканер. Рядом паслись несколько устрашающего вида массивных животных в сегментированных панцирях. По отчетам покорителей неба он помнил, что эти — травоядные, а значит не опасны, если не провоцировать. Понаблюдав за направлением движения этих туш, сместился в сторону и увлёкся своими исследованиями, не обращая больше на них внимания.

Неожиданный топот и треск отвлек его. Треон только успел обернуться, как в него врезалась Кристин, загнанно дыша. Инстинктивно он обхватил её руками, затормозив движение. Ощущение нежной кожи, мягкость тела, теплое дыхание в шею рядом с ухом, неуловимый приятный аромат ошеломили его. Слишком много новых впечатлений. Он застыл, не зная, как реагировать. В подобной ситуации оказался впервые.

— Почему мы не убегаем? Они же догонят, — она цеплялась за него, пытаясь отдышаться.

— Кто? — Треон всё ещё пытался справиться со шквалом незнакомых ощущений. А потому соображать получалось с трудом.

— Они, — Кристин чуть отстранилась и оглянулась назад.

Треон проследил её взгляд. Броненосцы перекочевали ближе к исследовательскому комплексу, откуда она и прибежала.

— Зачем? — перевёл взгляд на неё. Глаза цвета ясного неба. И так близко.

— А если нападут?

— Эти? Не вижу причины.

— Но они же… Я чего-то не знаю? — она выпуталась из объятий и немного отступила. Треон нелогично захотел вернуть всё, как было.

— Они травоядные. Не нападут, если не провоцировать, — он сцепил руки за спиной. Во избежание. — Это ведь должно быть и в отчетах человеческих исследователей. Такие животные довольно распространены на этой планете, с ними не могли не столкнуться, пока строили комплекс.

Лицо Кристин приобрело более насыщенный розовый цвет. На щеках и шее ещё темнее. Интересная реакция. Что она означает?

— Вот не везёт. Почему при каждой встрече с тобой я выставляю себя полной дурой? Стыдно-то как, — она закрыла лицо ладонями.

Так выглядит человеческий стыд? Любопытный эффект. Кожа тланов более плотная и толстая, и ей не свойственная смена окраски в любом эмоциональном состоянии. Только с возрастом сгущается пигмент.

Треон почувствовал разгорающийся интерес, эту человечку тоже захотелось изучить. Если она так молода, как кажется, это будет не трудно.

— Почему ты не знаешь ничего о животных этой планеты? Эта информация должна быть у людей, — решил начать с очевидного вопроса.

Кристин опустила ладони и посмотрела на него, взгляд растерянный. Оглянулась на броненосцев, обвела взглядом вокруг, уставилась под ноги и всё-таки сказала:

— Врать не буду. Правда имеет свойство всплывать в самое неподходящее время. Тогда я совсем неприглядно буду выглядеть. Я не состою официально в штате экспедиции. Ни в каком качестве. Отец просто прихватил меня с собой. Я обиделась на него, глупостей натворила. Больших. Он разозлился, и решил, что под его присмотром меня держать надежней. Хотя какой там… Опять зарылся в свою работу и забыл про меня.

— Как можно забыть про своего ребенка? — Треон не поверил ушам. Его покоробила сама мысль об этом.

— У вас разве так не бывает? — Кристин подняла на него взгляд.

— Это немыслимо. Тлие не позволит.

— Что такое тлие?

Такой простой и одновременно сложный вопрос. Как объяснить очевидные вещи существу, не имеющему об этом никакого представления. Непростая задача. Он в задумчивости провёл пальцами по кромке уха и попытался сформулировать основу основ всей жизни тлане:

— Тлие соединяет нас. Родителей и детей, семью, род.

— Что-то вроде бракованных уз?*звяк* — уточнила Кристин.

Треон не понял, о чем она спрашивает, либо человеческий переводчик снова искажает смысл. Как узы могут быть бракованными?

Видимо, она разглядела его замешательство и продолжила пояснять:

— У людей, когда мужчина и женщина решают создать семью, они женятся. Мы говорим: заключают брачные узы. Торжественно обещают при свидетелях: любить и уважать, пока смерть не разлучит, и прочие дополнения к клятве по желанию. Потом обмениваются кольцами, празднуют свадьбу, и новая ячейка общества, в смысле семья, готова.

— Зачем? В чём смысл стольких действий? — Треона всё больше одолевало недоумение: люди такие странные.

— Это традиция, ритуал. Считается: это радостное событие, и его следует праздновать. Вроде как публичное подтверждение перед обществом, что двое людей теперь вместе.

— Всё равно не понимаю. Почему так сложно?

Теперь Кристин с недоумением смотрела на него.

— Это трудней, чем я думала, — тихо вздохнула она и продолжила громче. — Хорошо, я поняла, у вас нет таких традиций и ритуалов. Как же образуются ваши тлие? Что для этого нужно?