Ученик Белого Дьявола 1 (СИ) - Голд Джон - Страница 52

Иезекиль подошёл, опустился на колено и принюхался.

— Запах тот же, что и прошлый раз, — пробормотал охотник, морщась. — Один человек, мужского пола. Видимо, тот самый Маркус Гринч.

Охотник прошёлся до каморки, где жил парень. В глаза бросилось, что часть вещей поменялась местами. Запах человека оставался свежий и довольно густой.

— Ты пробыл здесь довольно долго, — произнёс Иезекиль тихо, ни к кому не обращаясь. — Что-то искал. Вещи в шкафах не трогал. Кровать тоже. Забрал что-то из стола.

Идя по следу, Иезекиль заглянул в хозблок. Там носком ботинка поддел рассыпанную по полу землю и увидел второй тайник, спрятанный в полу. Пролезшие внутрь тени нашли полость без намёка на оставленную ловушку.

Иезекиль расхохотался.

— Каццо! Вы не хранили в доме ничего ценного⁈ Умно. Ещё и отпрыска об этом предупредили. Он точно знал, где и что искать!

Выйдя на улицу, Иезекиль снова повёл носом и учуял свежий запах выхлопных газов. Перемахнув через забор, охотник заметил на асфальте след протекторов от шин… Причём совсем свежий! Запах резины до сих пор витал в воздухе.

Помогая себе тенями, Иезекиль рванул по следу. Охотник хватался ими за заборы, припаркованные машины, крыши зданий. Пронесясь за полминуты три сотни метров, он буквально вылетел на пустую дорогу. Царила ночь, машины по улицам практически не ездят.

Следы шин здесь обрывались.

— Сбежал, — с досадой произнёс охотник. — Каков ловкач. Нашёл способ отвлечь слугу и сам под шумок залез в свою берлогу.

Поглядывая на ночную дорогу, Иезекиль довольно оскалился. Он выяснил имя цели — Маркус Гринч.

— Я запомнил твой запах, парень.

Теперь Охотник знал, откуда стоит начать поиски. Адвокат упомянул, что отпрыск каццо Рудда какое-то время находился в окружной больнице. Кто знает…

Может, там подскажут, где искать Маркуса Гринча?

…

То же время

207-й полицейский участок

Проснуться на рабочем месте для Декстера Крауча — привычное дело. В этот раз кто-то из коллег заботливо укрыл его пледом и старался не шуметь… Что в гвалте «бычьего загона» можно назвать настоящим подвигом. После признания Твикиса всплыл длинный список нераскрытых дел о пропавших девушках. Работники архива с ног сбились, таская ящики с документами.

Декс проснулся из-за шума. В коридоре орал капитан Тадлер:

— Я не отдам вам это дело! — его напряжённый голос разнёсся по всему этажу. — Этот преступник похитил мою дочь. В лепёшку расшибусь, но найду всех, кто связан с «подземельем Твикиса». Судей, телеведущих, банкиров… Мне плевать, кто они! А вы приходите ко мне и говорите: «Теперь это дело ФБР». Хрен вам, а не дело.

— Сэр, — устало произнесла женщина лет сорока, — я могу подать официальный рапорт о предвзятом отношении к делу. Тогда вас отстранят…

Лоуренс Тадлер зло хохотнул:

— Мэм, я и не веду дело. Им занимаются МОИ детективы. А я капитан этого полицейского участка и хочу хорошо выполнить свою работу. У нас есть показания семей выживших девушек. Плюс предсмертное заявление Твикиса, которое любой суд сочтёт за неопровержимую улику. Есть список ВСЕХ, с кем сотрудничал маньяк. Дело, считай, закрыто. И тут приходите вы, парни, требуя его вам передать.

— Не «парни», — дама поправила жетон ФБР, висящий у неё на поясе. — Дело вашего маньяка вышло на федеральный уровень. Мы его заберём, хотите вы того или нет.

— А я не хочу его вам отдавать, — сказал Лоуренс почти ласково. — И сделаю всё возможное, чтобы именно МОИ детективы докопались до правды. Пишите рапорты сколько угодно. Я посажу за решётку всех ублюдков, с которыми работал Твикис! Если они окажут сопротивление при аресте, буду только рад.

Дамочка из ФБР, виляя пышными бёдрами, ушла ни с чем. Капитан Тадлер поправил пиджак и с выражением победителя, написанным на его лице, вошёл в «бычий загон».

— Хорошая работа, — он показал Краучу большой палец. — Как и обещал, с меня должок.

Детективы удивлённо уставились на Тадлера.

— Вы чем-то удивлены, офицеры⁈ — Лоуренс хищно улыбнулся. — Мы за одну ночь взяли маньяка, грязного копа и корейских наёмников. У Твикиса такой послужной список, что его самого ни на одном кладбище не похоронят.

Билл Шарп покосился на Крауча.

— Подозрительно всё вышло. Сразу две девушки в одну ночь заявились и говорят, что им кто-то помог сбежать. А все лавры достаются Краучу.

В первую секунду рука Декстера схватилась за кружку с кофе. В голове аж зазвенело от желания швырнуть её в рожу наглеца. Взяв себя в руки, толстяк скомкал лежавший рядом лист бумаги и кинул в сторону Билла.

— Не тебе, Шарп, ныть о несправедливости, — щека Крауча дёрнулась от негодования. — Занимайся и дальше своими делами об ограблениях. Если что-то серьёзное попадётся… Например, похищение Сары Чой… То так и быть! Разрешаю попросить у Сокола передать мне дело.

Билл с напарником сразу же заткнулись. Все в полицейском участке знали, что капитан Тадлер им подыгрывает. Однако в этот раз дело и впрямь оказалось настолько серьёзным, что лавры за раскрытие «дела года» уйдут Краучу… И только ему! Гада Рона Кандински официально отстранили от расследования.

…

К семи часам вечера Декстер приступил к составлению отчётов для детектив-сержанта. Сначала собрал материалы по подземелью Твикиса. Затем приложил предсмертное заявление маньяка, расшифровку аудио- и видеозаписей с нательных камер офицеров.

Крауч специально загрузил всё в базу участка и архив Департамента полиции Нью-Йорка. Учитывая список всплывших имён подельников, стоит ожидать, что улики могут «потеряться». Одну-две таких пропажи ещё можно списать на случайность, но никак не пять видеозаписей и расшифровок от судебных переводчиков.

Капитан Тадлер прав в одном: дело «о подземелье Твикиса» выйдет слишком громким. Чем больше останется улик, тем выше шанс, что его не заморозят. Официально подтверждено шестьдесят две жертвы. Из них девять проходят по территории 207-го полицейского участка как нераскрытые дела.

Декстер методично делал все необходимые заметки. Затем принялся за точно такое же досье по случаю Сары Чой. Похищение девушки, промышленный шпионаж, сотрудничество с патрульным Вито Сапрено… Больше двадцати страниц рапорта об одном только задержании двух корейских наёмников.

В два часа ночи детектив снова заснул на рабочем месте. Крауч не понимал, что с ним происходит. Сознание раз за разом добиралось до какой-то точки и затем проваливалось в сон.

[Я что-то забыл?] — лёжа в полудрёме на рабочем столе, думал Декстер. — [Работа, дело Твикиса, похищение Сары Чой. Я о чём-то забыл… Поэтому и пишу раз за разом все эти отчёты.]

Бывает так, что человек прячется в работе, избегая проблем на домашнем или личном фронте. В случае Декстера Крауча верен именно такой диагноз.

Этот нюанс понимал «Сокол» Джо Уорч — непосредственный начальник Декса. Понимал Лоуренс Тадлер, прилюдно оказав детективу моральную поддержку. Ворчун Билл Шарп хоть и остёр на язык, но решил не напоминать о Марте Крауч… Точнее, теперь уже просто Марте.

Декстер боялся возвращаться домой. Поэтому и погрузился с головой в бесконечные отчёты.

…

Проснувшись утром одиннадцатого мая, Крауч налил себе кофе и снова взялся за заметки. В случаях Вивиан Тадлер и Сары Чой есть ряд странных совпадений.

КТО-ТО пришёл в логово похитителей и помог обеим девушкам. По отдельности действовали два одиночки. При этом ни одна из девиц не могла их толком описать.

Вивиан называла его «Дьяволом» и утверждала, что он обладал какими-то сверхъестественными силами. Как он выглядел? Как проник в дом? Что именно и как сделал с человеком, следившим за видеокамерами в подземелье? Дочь Тадлера не могла ничего внятно объяснить. Говорила лишь, что почти всё время провела в коридоре, слыша, как Твикиса разделывают на его же дыбе.

В свою очередь, Сара Чой рассказывала, что НЕКТО выключил свет. Затем спустился к ней в подвал и дал телефон, объяснив, куда надо ехать. Девушка не смогла описать ни лица, ни точного возраста, ни уникальных примет. У полиции нет данных для составления фоторобота.