Ученик Белого Дьявола 1 (СИ) - Голд Джон - Страница 21

Хозяин столика в углу задумался на секунду.

— … Сначала подождёшь, когда истечёт Контракт. Затем возьмёшь в банке «образовательный кредит». Потратишь шесть лет на профессию, которой не будет существовать в мире к концу обучения. А банк всё равно будет требовать своё с процентами.

Лора задумалась, повернув голову набок. На лице обладательницы восьмидесяти ай-кью отразилась нешуточная мыслительная работа.

— Звучит грустно. Должен же быть выход?

Дьявол усмехнулся, видя, как в чёрном внедорожнике сменился водитель. Вышедшая из машины дамочка стала трясущимися руками вызывать такси.

— Выход есть, Лора, но свою сделку ты уже заключила… Вот тебе ещё предсказание от старушек из табора, — глядя на решалу из банды «Синие Углы», он продолжил. — В этой вашей Европе процент безработицы среди людей с высшим образованием достигает тридцати процентов. Журналисты пишут: «Молодые специалисты не хотят работать». На деле — никто из выпускников вузов не хочет сначала несколько лет пахать бесплатно из-за стажировки.

Лора тряхнула головой. Услышанная мысль оказалась слишком сложной для неё.

— Почему студенты в Европе работают на фирму бесплатно? Могли бы, как я, пойти официантами. Всё лучше, чем жить за счёт папы с мамой.

Хохотнув от такой наивности, Дьявол не ответил. Пусть девушка сама подумает на досуге. Всё сказанное им — правда от начала до конца.

Позже Лора узнает, что в Европе старики держатся за свои рабочие места. У этих замшелых пней, видевших ещё эпоху до интернета, колос-с-сальный опыт за плечами… Который никому не нужен в наступившую эпоху интернета.

Лора — девушка пытливая. Дьявол решил дать ей подсказку через метафору о капитале.

— Лес не растёт, если старые деревья постоянно высасывают из почвы все соки… Иногда нужен пожар, чтобы у молодых саженцев появился шанс занять своё место под солнцем.

Мир сложнее, чем кажется. Белый Дьявол и его коллеги делают так, чтобы пожар не спалил к чертям весь мир.

День 86-й

О том, что наступило утро, подсказали старые механические часы, стоявшие в убежище Минхо и Джуна. Оба как по команде поднялись с пола и стали делать зарядку.

Смущаясь, парень пояснил:

— Это наш ритуал. Мы в подвале с ума сходим оттого, что нельзя наружу выходить.

Пока Джун делал приседания, я как заворожённый смотрел на механический будильник. Сфера Восприятия заглянула внутрь и смогла разглядеть в деталях все шестерёнки, пружины и передаточные валы. Всё чертовски сложно и дико интересно!

[Надо найти себе похожую игрушку. За механизмами, оказывается, интересно наблюдать.]

Минувшей ночью в убежище никто не спал. Джун и Минхо рассказывали, как начался апокалипсис в мире Харан. Для себя я продолжал называть его Ледяным Миром.

[Вряд ли жизнь здесь когда-нибудь вернётся в нормальное русло. Зачем держаться за старое название?]

Со слов Минхо, сначала усилились колебания температуры в рамках одного сезона. Зимой шёл дождь, летом с неба сыпал град. Температура и сила течения Гольфстрим стали снижаться. Для климатологов оба этих параметра критически важны. Они как индикатор мировой погоды в целом.

Понижение температуры воды Гольфстрима всего на один градус стало началом катастрофы. Синоптики успели назвать это «каскадным разрушением климата». Потом всем стало не до умных слов.

Холод сковал судоходство, а вместе с ним и перевозку топлива для электростанций. Ормузский пролив и Панамский канал оказались полностью перекрыты ледниками. В первые месяцы похолодания десятки стран остались без электричества.

Мои примерные подсчёты насчёт дат подтвердились. Температура упала ниже нуля девять месяцев назад и продолжает снижаться. Сейчас заканчивается ноябрь.

Пообщавшись со спасёнными, поймал себя на мысли, что хочу уйти. Джуну и Минхо сложно со мной общаться на английском. К тому же голубки привыкли жить одни и в свою жизнь никого не пустят.

Поднявшись с места, указываю на дверь.

— Мне пора. Хороший гость сам знает, когда ему надо уходить.

Минхо посмотрела на меня, потом на Джуна.

— Мистер Гринч, вы к нам ещё зайдёте?

— Нет. В ближайшие пару недель я соберу вещи и отправлюсь в Нью-Йорк. Мой дом там. Я случайно оказался в Сеуле…

— Где? — хором переспросили голубки.

— Сун… СунгИн? Так, вроде, ваш город называется.

Джун с прищуром глянул на меня.

— СунгУн. Вы зачем-то спрашивали, как называется наша планета. Мистер Гринч, вы что… Из другого мира?

— Ага. Из Нью-Йорка, — улыбаюсь, а в груди всё похолодело. — Всё, я пошёл. Джун, сделай ловушку с жидкостью за дверью. Тот же антифриз можно найти в брошенных машинах. Схему я тебе нарисовал. Если снова кто-то сунется, облейте их. Сделайте холод своим оружием.

Выживание Джуна и Минхо — это вопрос их личной ответственности. После нападения банды Ханки у них появился запас оружия. Мне же надо заняться своими делами.

Надо продержаться ещё пятнадцать дней. Запущенный процесс адаптации тела требует большого количества строительного материала. Проще говоря, мне надо отъедаться.

Из горы трофеев я прихватил метательные ножи и пожарный топор. Им пользовался здоровяк, которому по голове прилетело моей дубиной.

При виде того, как оружие само скользнуло ко мне в руки, у Джуна снова отвисла челюсть. Фокусом с Телекинезом ни он, ни Минхо не владели.

Кое-как навесив на комбинезон трофеи, я снова выбрался на улицу. Сфера Восприятия подсветила, что в радиусе трёхсот метров от меня есть другие люди. Парочка парней сливала горючее из бака грузовика, на котором приехала банда людоедов. Их менее везучие коллеги направились ко мне, держа ножи наготове. Трое, все подростки… Глаза и повадки маленьких волчат.

[Руки у гопников трясутся как-то странно. Точно не от холода и страха.]

Бой ещё не начался, но и уйти мне не дадут. Закон уличных драк гласит: кого больше, тот и прав. Троица стала обходить меня по сторонам, что-то говоря при этом. Слов не слышно.

— Шпана. Я пришёл сюда в поисках ответов или набить вам всем морды, — медленно достаю из кармана последнюю чайную ложку. — Ответов я не слышу, так что вы сами виноваты.

Замахнувшись, швыряю ложку в ногу ближайшего ко мне малолетнего бандита.

Вшух!

Усиление Броска привело к тому, что снаряд пробил бедро насквозь. Раненый, схватившись за ногу, падает на снег. Оставшаяся парочка рванула ко мне с ножами по сугробам.

Наклонившись вперёд, я заскользил поверх снега, постепенно набирая скорость. Цель для атаки выбиралась не случайно. Я пробил себе путь отхода в рядах гопников.

Вшух!

Поднимая в воздух комья снега, проношусь мимо подранка. Оказавшись за углом здания, вытаскиваю из-под снега свою доску. Вчера перед боем с людоедами специально её тут оставил. За счёт гладкой поверхности скорость в режиме Снежного Человека быстро выходит на свой пик.

Малолетние бандиты только вышли из-за поворота, а я, рассекая воздух, уже нёсся в сторону дома.

[Нафиг этих странных «городских»! Одни людей едят, другие — грибы, а третьи с ножами на всех кидаются. Проще охотиться на зверьё, чем пытаться с ним налаживать контакт.]

Проехал мимо здания на сваях и миновал знакомую аптеку. Потом добрался до эстакады, заставленной машинами под снегом. Когда ехал от базы до города, раньше этого места ни людей, ни мутантов не встречал. Надеюсь, в этот раз будет так же.

Помчался в сторону рекламного щита. Он моя следующая метка.

[Не зря я вчера запоминал свой путь из хлебных крошек.]

Пока ехал, почуял, что концентрация энергии в воздухе постепенно повышается.

[Может, в пригороде её больше? Вчера не обратил на это внимания.]

Пока никто не попадался. Ни хищники, ни люди. Кругом снег и следы почти погибшей цивилизации. Краем сознания отметил, что ветер постепенно усиливается. Без своих меток под слоем снега я бы не нашёл путь назад.