Дед в режиме хранителя. Том 5 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 47

— Зачем ты ввязываешься в эти скандалы и всех провоцируешь? — буркнул он, раздувая крылья носа. — Ты… ты позоришь наш род.

Признаться, заявление внука меня покоробило. Наверное, как-то так и появилось выражение «в край охренел».

— Слава, что ты такое говоришь? — ахнул Павел, едва не запнувшись о красное ковровое покрытие, покрывающее пол вокруг сцены.

— Что думаю, то и говорю. Не хочу, чтобы при упоминании фамилии Зверевых все сразу вспоминали о скандалах, — твёрдо изрёк внук, судорожно поправив галстук.

Тот будто душил его крепкую мускулистую шею со вздувшимися венами.

— А как ты хотел? — криво усмехнулся я, взявшись за дверную ручку. — Войти в золотой список, оставшись безупречно чистым? Так не бывает. И в политике, и в бизнесе, и уж тем более в шоу-бизнесе нельзя остаться святым.

— Так может, не нужно нам всё это? — процедил он, следом за мной выйдя в коридор.

— Да что с тобой? — удивился Павлушка из-за его широкой спины. — Я тебя не узнаю. Зверевы сейчас выше, чем когда-либо, а ты взбеленился из-за какого-то шоу. Какая муха тебя укусила? Немного пиара никому не повредит, даже чёрного. Зато нас везде узнают, улыбаются, появились приглашения на приёмы, балы…

— Ему это не нужно, — спокойно сказал я, двинувшись по безлюдному коридору. — Он напоминает меня в прежние годы. Благо рода меня мало интересовало, я был увлечён только Лабиринтом. Вот и Вячеслав такой. Он месяцами готов находиться на задворках цивилизации, чтобы изучить очередной проход.

Слава ничего не сказал, но я понял, что попал в цель.

Да, бывают и такие люди. Готовые жить в нищете, но с чистой совестью и осознанием, что их не в чем упрекнуть. Святые прямо… И если я не найду подход к Вячеславу, то уже очень скоро наши взаимоотношения станут ещё хуже.

Пока же я предпочёл не устраивать сцен на публике и молча свернул за поворот. И едва не выругался…

Навстречу шёл худощавый брюнет лет сорока, со шрамом на щеке и орлиным носом. Его цепкие карие глаза удивлённо распахнулись, а губы тут же презрительно скривились.

Какого хрена он тут делает? Хотя его же постоянно по телику показывают. Наверное, он снимался в очередном шоу, а в этом особняке их проводят довольно много. Чуть ли не за каждой дверью творят и вытворяют.

— Это же граф Пугачёв! — не сдержал изумлённого выдоха Вячеслав, глядя на аристократа с щенячьим восторгом.

Был бы у него хвост, он бы уже крутил им как пропеллером. Кажется, Пугачёв его кумир. Помнится, Слава восторгался им, когда мы беседовали в бывшем доме Крыловых.

— Господин Зверев, — по-волчьи ухмыльнулся аристократ, постукивая тростью при каждом шаге.

— Он тебя знает, — просипел Слава, глядя на меня в великом изумлении.

У него аж глаза вытаращились, а грудь перестала вздыматься.

Я не ответил внуку, а коротко кивнул дворянину, взяв Вячеслава под локоть.

— Граф Пугачёв, какая неожиданная встреча… и скоротечная. До свидания.

И потащил Вячеслава мимо слегка нахмурившегося Пугачёва. Тот встретился взглядом со Славой, а внук, млять, заулыбался во все тридцать два зуба, но, слава богу, на колени не упал и не стал целовать ноги задумчиво нахмурившемуся графу.

Пугачёв величественной походкой прошёл до поворота, а затем вдруг резко повернулся на каблуках и изобразил медовую улыбку.

— Игнатий Николаевич, что же вы не представили мне ваших юных спутников? Полагаю, это ваши внуки. В их глазах я вижу задор, энергию. Мне нравятся такие дворяне. Позвольте вас, молодые люди, пригласить на мероприятие, которое я завтра организую в Центральной библиотеке. Там будут такие же, как вы, молодые дворяне из числа высшей аристократии. Мы побеседуем, попьём чай, обсудим будущее империи, а затем я готов поговорить с каждым в отдельности и сделать совместное фото. Потом выложу его в своём аккаунте.

— Мы… мы с радостью придём! — выпалил осчастливленный Вячеслав, засияв как хренова лампочка.

— О, правильное решение! Вы явно умны, юноша.

— Вячеслав… Вячеслав Зверев, — протараторил тот, едва не покраснев как барышня.

Тьфу, аж стыдно.

— Брат, мы торопимся, — вклинился Павел, уловив моё настроение.

— Мой секретарь свяжется с вами, — подмигнул Славе граф и с победоносной усмешкой глянул на меня, а затем удалился, постукивая тростью.

— Пугачёв совсем не тот человек, каким ты его себе представляешь, — бросил я Вячеславу. — Он заинтересовался тобой только из-за меня. Граф хочет как-то подгадить мне через тебя.

— Да зачем ему это? Уж прости, дедушка, но кто он, а кто… ты?

— Мы с ним уже успели повздорить, — проговорил я и поведал внукам, как граф пытался прогнуть меня в приёмной императора.

— Вот гад, — процедил Павел, поверивший мне сразу и безоговорочно.

А вот старший внук бросал на меня скептические взгляды.

— Знаешь, дедушка, я уже видел, как ты себя ведёшь на шоу, так что история с Пугачёвым может быть не такой простой, как ты её рисуешь, — мрачно произнёс он, спускаясь по лестнице, где сновали сотрудники.

— В любом случае тебе не стоит ходить на его сборища. Ничем хорошим они не закончатся, — предупредил я его, но сразу же понял, что стучусь в закрытую дверь.

Вячеслав слишком восторженно относился к Пугачёву, чтобы вот так сразу сбросить его с пьедестала. Тем более Слава хоть и выглядел как богатырь, но лет ему было всего ничего. Двадцать три года. В таком возрасте почти каждый считает себя самым умным.

Вот и Вячеслав заявил, упрямо наклонив голову:

— Я сам разберусь, кто таков граф Пугачёв. И умоляю тебя, дедушка, не мешай мне.

Мой опыт подсказывал, что сейчас нет никакого смысла с ним разговаривать. Он воспримет всё в штыки, как в своё время Павел, не пожелавший слушать, что они с Мироновой не пара. Потому я просто промолчал и вышел из особняка.

На улице царила ночь, а дождь так и не закончился. Он барабанил по волнам Фонтанки. В мрачных небесах сверкали молнии и звучали раскаты грома.

Казалось, что бегущие по брусчатке мутные потоки смоют мой «мерседес», припаркованный возле тротуара. Но несмотря на всё это, Екатерина умудрилась уснуть, откинувшись на спинку водительского сиденья. Магия какая-то… А может, её опоили? Отравили?

Мы двинулись к машине, раскрыв зонты.

Вячеслав шёл первым, а мы с Павлом — позади. И я, чувствуя мокрые порывы ветра на своём лице, попросил младшего внука:

— Приглядывай за своим братцем, чтобы Пугачёв не настроил его против нас. Мы уже потеряли Алексея и теперь не может допустить, чтобы Вячеслав пошёл по его стопам. Понял?

— Угу, — печально буркнул тот, взирая на спину брата, постучавшего костяшками пальцев в водительское стекло.

— К Пугачёву пойдёшь вместе с ним. Слушай там всё внимательно и гляди по сторонам. Но ни во что не встревай и постарайся, чтобы Слава не подписался на какой-нибудь государственный переворот, — произнёс я, с облегчением увидев, как Екатерина встрепенулась и повернула ключ зажигания.

Нет, на самом деле я и не думал, что её кто-то убил, однако жизнь как-то зачастила с неприятными сюрпризами. Что же будет завтра, когда я отправлюсь в Ратиборск?

Вернувшись в загородный дом, я сразу же отправился в спальню, не став больше разговаривать с Вячеславом. В этом не было никакого смысла. Нужно подождать. Думаю, когда я вернусь из Ратиборска, тогда и поговорим.

Пока же я принялся собирать вещи: всё невзрачное, но крепкое и удобное. В город отправлюсь под видом обычного простолюдина. Магию показывать нельзя, как и артефакты. А то прибытие незнакомого мага в такую дыру может насторожить демонов.

Сборы я закончил довольно быстро, а потом завалился спать. И никакие раскаты грома не помешали мне уснуть. Причём я ещё испытывал толику тревоги из-за «Вампира». Будет ли мой сон опять навеян им?

К счастью, ничего такого не произошло. Я беспробудно проспал до раннего утра, а затем в одиночестве позавтракал, слыша звуки дрыхнувшего дома. Даже Прасковья ещё спала. Но вот Екатерина уже была на ногах. Она подготовила «мерседес» и отвезла меня в аэропорт, где я предъявил поддельный паспорт, который мне выдали в тайной канцелярии.