Замуж по ошибке, или Безлимитные неприятности (СИ) - Михаль Татьяна - Страница 33

— Он ничего себе не сломал? — спросила убитым голосом.

Вот ещё смерти представителя закона не хватало для полного «счастья».

— Жив, цел, но здорово напуган, — произнёс Джон, глядя на меня с укором.

— Она… — указал на меня пристав дрожащим пальцем и всё ещё сидя на руках моего мужа, — хотела меня убить!

— Неправда! — рыкнула я и сложила руки на груди, чтобы не заехать кулаками по противной морде. — Это вы обвиняли меня в жестоком обращении животных и критиковали интерьер моего горячо любимого дяди! Я случайно наступила вам на ногу, это знаете ли, далеко от намерения «убить». А то, что вы как неженка не снесли остроты моего каблука — ваши проблемы. И отпусти его, наконец, Джон! Он не барышня!

Муж тут же опустил возмущённого пристава на диван и кивнул служанке, чтобы та принесла господину лягушке чаю с плюшками.

— Вы действительно обвиняли леди Морган? — вежливо-грозно поинтересовался Джон.

Пристав насупился, оправил свой костюм, который был ему велик и нервно произнёс:

— Я поинтересовался, куда делись животные, указанные в описи, и предположил, что леди могла с ними что-то сделать.

Хорошо, что здесь только один пристав. Объяснить его кончину будет проще, чем, если бы их оказалось двое и больше. Как же я захотела его придушить, отравить, заколоть, сжечь, четвертовать и утопить! Для меня оказалось истинной пыткой сохранять лицо и делать вид, что меня не волнует будущее дома Ловли и предметов быта. Это ужасно, когда по твоему дому ходит противный пристав и описывает всё подряд. Трогает и запрещает даже переставлять, напоминая при каждом случае, что это теперь всё не моё…

— Да будет вам известно, что животные графа Ловли сбежали, — невозмутимо произнёс Джон.

На самом деле они временно живут у мистера Леви.

— Сбежали? — переспросил пристав.

— Когда узнали, что вы придёте, — скривилась я и состроила рожу.

Пристав завершил осмотр дома и описал всё имущество (осталась только очень крупная мебель). Он был крайне недоволен результатом. Не знаю, где он добыл опись всего имущества дома Ловли, но пристав получил огромный облом. И самое главное — на все вопросы, куда делась серебряная посуда, антикварные кубки с самоцветами, картины, портьеры, скульптуры, стулья, кресла, каминный портал и прочее, прочее, прочее, у нас были заготовлены вразумительные ответы. И доказать ничего не могли.

Уходя, гадкий служитель закона наложил магическую печать на все двери —

парадные и с чёрного входа. Мой дом отныне опечатан. Не представляете, как это больно, словно сердце рвётся. И плакать хочется, сил нет сдерживаться.

Джон обнимал меня за плечи, даря поддержку и уверенность. Только благодаря супругу я сумела сдержаться и окончательно не скатиться в истерику. Или не воплотить в реальность навязчивую мысль и убить этого противного служаку. Господи, никогда не думала, что придёт время, и я превращусь в неврастеничку с прекрасным, светлым чувством чёрного юмора.

Когда пристав укатил восвояси, я не смогла взять и просто так покинуть это место. Помню, Джон обещал, что расставание с домом ненадолго и наш план восстановить справедливость обязательно сработает, но всё равно, какой-то червячок сомнения терзал, и чутьё подсказывало, что нужно кое-что сделать.

— Я должна сорвать со стен этот проклятый плющ, — сказала супругу, глядя на растение.

— Он магический, — улыбнулся Джон. — И защищает эти стены.

— Знаешь, а я всё-таки хоть кусок, но оторву! — не сдавалась я. — Вдруг что-то пойдёт не так… Джон, я потом всю жизнь сожалеть буду! Так поможешь или как?

Супруг на мгновение прикрыл глаза, явно сосчитал до десяти и выдохнув, спокойно ответил:

— Хорошо. Я заберусь по водосточной трубе и отрежу самый толстый стебель. Вон тот, что свисает гроздью. Пойдёт на сувенир?

Наклонила голову и кивнула.

— Лучше вообще его весь сорвать, — вздохнула с сожалением, — но понимаю, что без магии не выйдет. Ладно, давай хоть отросток заберу. Поставлю в воду, и пусть пускает корни. Заговоришь плющ, и потом тайно высадим возле домов всех наших врагов.

— Кровожадная Элизабет, — рассмеялся Джон и ловко выхватил длинный, острый нож из сапога. Зажал между зубов и полез по водосточной трубе.

Джон был одет в длинные крепкие сапоги, сильные ноги плотно обтягивали чёрные штаны. Кожаная куртка при каждом движении поскрипывала. Сейчас мой муж походил не на аристократа, а на охотника. Этот образ очень шёл Моргану, придавая ему воинственный вид. Я залюбовалась супругом, его упругими и сильными частями тела и уже позабыла, зачем он полез на стену дома… Вернул в реальность его же голос.

— Элизабет… Твой дядя умнейший человек. Хитрый лис. Жаль, что я не был знаком с ним при жизни.

Нахмурилась, не совсем понимая, зачем Джон именно сейчас восхваляет моего дядю.

— Ну да… Я же говорила, что он был очень эксцентричным человеком… —

пробормотала озадачено, и догадка посетила меня: — Плющ не отрезать, да?

Разочаровано вздохнула и пнула ближайший кустарник.

— Отрезать-отрезать! — с энтузиазмом крикнул Джон. — Но есть ещё кое-что…

Я тут же ушки и навострила.

— Что кое-что?

— Сейчас… Погоди… — отрывисто произнёс супруг.

Мне не видно было, что именно он делает. Но точно сейчас срезает толстые стебли и несколько длинных, толстых ветвей с хрустом, шелестом и скрипом упали на землю.

Мне хотелось поторопить его и рассказать, наконец, что он там увидел, нашёл, но молчала, чтобы Джон не отвлекался, а быстрее сделал дело. А то мало ли, ещё пристав вернётся… Или ещё какой твари понадобится явиться… Воровато огляделась, но к счастью, никого не обнаружила. Тем временем Джон начал сбрасывать на землю камни!

— Эй! Ты зачем крушишь мой дом?! С ума спятил?! — возмутилась от всего сердца.

— Дорогая, помолчи, пожалуйста, — выдал супруг, озадачив меня ещё сильнее.

— Так, я устала ждать. Говори, что там или я сейчас полезу следом!

Хотя броситься под камнепад, что устроил Морган, совсем желания не было. Я стояла, нетерпеливо притоптывала и мысленно костерила Джона, что он так долго возится. Но всё когда-то заканчивается. И вот, супруг, удерживаясь рукой на одном из выступов в стене, спрятал в сапог нож, а потом вынул из образовавшейся ниши шкатулку и зажал её подмышкой. Я даже дышать перестала.

— О, мой бог… — прошептала зачарованно. А потом чуть не сплюнув, выругалась: — Дядя, ну ты и свинья! И как бы я догадалась искать под плющом?!

Джон спрыгнул на землю и, улыбаясь точно солнышко, с шуточным поклоном протянул простую деревянную шкатулку. На крышке была выжжена надпись «Для моей Элизабет». Я прижимала к груди шкатулку, завёрнутую в шарф, и кусала губы. Нестерпимо хотелось открыть заветную коробочку и узнать, что в ней.

Мы с Джоном уезжали из дома Ловли. Поправка — из моего дома. И направлялись в дом миссис Хедсон, который она нам услужливо предоставила. Сама домоправительница поселилась в своей городской квартире.

Хорошо, когда в сложные моменты, слуги оказываются богаче и не испытывают ненависти к аристократам. Миссис Хедсон и мистер Леви никогда не были для меня слугами. Они самые настоящие члены семьи. Они видели всё, знали тайны моего дяди, принимали участие в моём взрослении и очень часто прикрывали перед дядей мои шалости. Я рада, что они есть у меня. А ещё Джайс и Эмилия. И конечно же, Джон.

— Как думаешь, здесь что-то опасное? — спросила супруга, поглаживая заветную шкатулку.

— У меня есть мысль, что граф не просто так скрыл от посторонних глаз шкатулку и её содержимое. Возможно, в ней артефакты, которые ты так упорно искала. Думаю, графу Андону они нужны, ещё и поэтому он вцепился в тебя и твой дом, Элизабет.

— Чтобы тут ни было, семейка Андонов это не получит, — процедила уверенно.

— Само собой, — усмехнулся Джон, — не просто же так я покорял водосточную трубу и резал магически ядовитый плющ.

Я перевела взгляд на руки Моргана и ахнула.