Свадьба века: Фальшивая жена драконьего генерала (СИ) - Калиновская Ника - Страница 25

Ресторан оказался на удивление тихим — полупустой зал дышал мягкой размеренностью, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь витражные окна, ложились на столы золотыми лоскутками. В воздухе витал аромат свежего хлеба, тушёных овощей и чего-то едва уловимо сладкого, словно карамели, растопленной в сливочном масле.

Аннет оглядывалась по сторонам с тем самым искренним восхищением, которое редко встретишь в столице. Казалось, она видела всё это впервые — ажурные люстры, изящные гобелены на стенах, хрустальные вазы с лилиями на каждом столике. Её глаза сияли, как у ребёнка, попавшего в сказку, и я невольно поймал себя на мысли, что снова увидел её такой живой.

Мы заняли столик у окна. Расторопные официанты, едва склонив головы, приняли заказ и почти сразу исчезли, будто растворившись в воздухе. А спустя несколько минут на столе уже дымились супы, ароматные булочки и подносы с горячими блюдами. Всё было безупречно — как и положено заведению с репутацией.

Мы ели молча. Я изредка бросал на Аннет взгляд, наблюдая, как она осторожно пробует каждое блюдо, будто оценивая не только вкус, но и сам момент. Она явно наслаждалась, и это невольно вызывало улыбку. Девушка то и дело вздыхала с тихим восторгом, то прикрывала глаза, смакуя аромат. Я же почти не притронулся к еде, хотя вовсе не потому, что наелся — скорее не мог отделаться от желания наблюдать за ней.

А когда моя супруга закончила, отложив приборы, и вдруг встретилась со мной взглядом, в её глазах мелькнуло лёгкое смущение, смешанное с радостью.

— Поехали? — спросила она тихо, будто не желая разрушать уют этой минуты.

Я кивнул.

Мы вышли на улицу, где уже начинало пахнуть вечерней прохладой. Карета ждала у входа, и через несколько минут мы тронулись в сторону салона «Лавандовое поле», принадлежавшего леди Милинде — старой знакомой нашей семьи. Дорога заняла недолго: всего пара кварталов, и вот уже показалось нежно-лиловое здание с резными ставнями и вывеской, излучающей мягкое свечение. Снаружи оно выглядело точно так, как и должно было называться — тихое, уютное, и действительно пропитанное запахом лаванды.

Нас встретили с таким радушием, будто мы прибыли не в салон, а на торжественный приём. Леди Милинда — всё та же величественная дама с мягким взглядом и железной хваткой — шагнула навстречу, раскрыв объятия и одарив нас приветственной улыбкой. Её сиреневый наряд, украшенный жемчужинами, сверкал при каждом движении, а в голосе звучала неподдельная теплота:

— Милорд Вилтроу! Какая честь! И, конечно же, очаровательная леди Аннет. Добро пожаловать!

Я едва успел поклониться, как вокруг моей супруги закружились расторопные мастерицы — ловкие и молчаливые, будто крылатые феи. Ткани перелетали из рук в руки, шелестели платья, звенели булавки и стеклянные подвески. Аннет увели почти сразу, оставив меня в обществе хозяйки.

Леди Милинда усадила меня в уютное кресло, подала чашку ароматного чая с лимонной вербеной и, как опытная интриганка, завела разговор — лёгкий и учтивый, но при этом цепкий. Мы говорили о погоде, новых поставщиках тканей, о грядущем празднике в столице, хотя я понимал, что ей куда интереснее разглядеть мои намерения и настроение.

А потом — началось.

Аннет появилась в первом платье — небесно-голубом, с тонкой вышивкой по лифу. Воздушное, изящное… но холодное. Я кивнул, но внутри не дрогнуло. Следующим было платье цвета молодой травы, лёгкое, струящееся, но оно словно теряло её на фоне собственной яркости. Опять кивнул, из вежливости. Потом — жемчужно-серое, строгое и утончённое. Слишком сдержанное. Моя жена выглядела в нём благородно, но как-то отстранённо.

И вот — четвёртое.

Я не успел ничего сказать, потому что слова просто застряли в горле. Аннет вышла из-за ширмы в ярко-красном платье, и весь зал будто вспыхнул вместе с ней. Тонкая ткань обвивала её фигуру, подчеркивая каждое движение. Плечи — обнажённые, нежно сияли в свете ламп, а лёгкий румянец на щеках делал её ещё притягательнее.

Моя спутница выглядела живой, свободной  и чертовски опасной. Не принцессой, не женой чиновника, а женщиной, от которой невозможно отвести взгляд. Я застыл. Даже чай забыл поставить на стол.

— Ну? — спросила она неловко, переминаясь с ноги на ногу, будто не знала, куда деть руки. — Что скажешь?

Я всё ещё не мог вымолвить ни слова, просто смотрел. И, кажется, впервые за долгое время действительно не притворялся.

Признаться честно, это платье понравилось мне больше всех предыдущих. Оно было дерзким, живым, будто само знало себе цену — и выглядело при этом куда откровеннее своих собратьев. Ткань мягко ложилась по фигуре, оставляя плечи открытыми, тонкие ленты огибали талию, а подол лёгкими волнами касался пола. Прекрасно. И… опасно. Для репутации, для здравого смысла, а, пожалуй, и для самообладания Кайла.

Но всё же сомнение грызло изнутри. Подойдёт ли оно для такого мероприятия? Не слишком ли вызывающе? И почему вообще мне так хочется, чтобы именно это платье ему понравилось? Я украдкой глянула на муженька. Он сидел в кресле, откинувшись на спинку, и молчал. Просто смотрел. Слишком внимательно. Слишком долго.

— Ну? — не выдержала, подавая голос чуть дрожащим тоном.

Неужели не то? — успела подумать, когда в воздухе повисло его короткое, сдержанное «кхм».

— Довольно-таки неплохо, — выдал мой благоверный, будто вырвавшись из собственных мыслей.

Это… меня сейчас оценили? Или всё же наряд? Я глупо улыбнулась, но тут же поспешила взять себя в руки. Аня, спокойствие. Всего лишь примерка. Всего лишь совместный поход на мероприятие по необходимости. Ничего более.

Вот только сердце предательски продолжало биться чаще, будто не верило ни единому слову этой внутренней речи. Разозлившись на саму себя, я скрестила руки и, стараясь скрыть вспыхнувший румянец, выдала чуть холоднее, чем следовало:

— Наконец-то, а то я устала от этих примерок.

И чего я веду себя так глупо, словно девчонка, а не взрослая женщина? Вздохнула, отводя взгляд, и поспешила вслед за мастерицами обратно в примерочную. Теперь настала очередь «чудес» — на меня обрушились кисточки, пудры, блестящие флаконы и запах розового масла. Пальцы ловко крутились в моих волосах, заплетая их в сложную прическу, лёгкие пряди оставляли у лица, и всё это происходило с такой уверенностью, будто они знали мой образ лучше меня самой.

А потом... я взглянула в зеркало и замерла. Без преувеличений — я показалась себе по-настоящему красивой и женственной, будто впервые за долгое время увидела в отражении не растерянную пленницу обстоятельств, а ту, кто может выбирать сама.

Стараясь не споткнуться о собственное платье, я вышла в приёмную, где меня уже ожидал мой муж.И... о, Создатель. Кайл стоял у окна, повернувшись вполоборота, в идеально сидящем костюме тёмного графита. Свет ложился на его фигуру так, что даже воздух, казалось, плотнее становился рядом. Рубашка — безупречно белая, ворот слегка расстёгнут, в движениях — ленивое достоинство хищника, который знает себе цену.

Я невольно застыла, не расслышав первых его слов.

— Готова? — повторил он, чуть усмехнувшись, а потом добавил с тем самым раздражающе-уверенным прищуром: — Или ещё полюбуешься мной?

Этот гад!

Девушки вокруг тут же захихикали, прикрываясь ладонями, но смолкли под грозным взглядом леди Милинды. А я шумно выдохнула, стараясь сохранить достоинство, и оставила его колкость без ответа. Хотя, будь у меня под рукой веер — я бы, пожалуй, отвесила чешуйчатому легкий и чисто воспитательный взмах.

Но мы всё же обошлись без выдёргивания чешуек у одного крайне бесящего меня дракона, хотя, признаюсь, руки чесались просто невыносимо. Особенно когда этот самый дракон позволял себе многозначительные ухмылочки и взгляды, от которых хотелось либо провалиться сквозь землю, либо метко запустить в него чем-нибудь тяжёлым.