Шаг легиона 2 (СИ) - Метельский Николай Александрович - Страница 43

— Пф-пф-пф-ф-ф… Сама виновата, — ответил я. — С тобой невозможно расслабиться. Ты ж богиня!

— Тоже верно, — поникла она. — Понимаешь теперь, как нам трудно?

— Понимаю, — покивал я сочувственно. — Мне без ведьм тоже будет трудно.

— Ой, да задолбал! — всплеснула она руками, после чего потопала к трону, и перед тем как сесть на него, произнесла: — Талай’Не.

— При чём здесь мёртвый бог? — не понял я.

— Он важен как раз потому, что мёртв, — произнесла Акария, поставив локоть на подлокотник трона. — Ибо теперь он вне системы.

Немного постояв, пытаясь понять без её подсказок, сдался.

— Не понимаю, — произнёс я медленно. — Объясни поподробнее.

— Подробнее будет слишком долго, — улыбнулась она иронично. — Поэтому расскажу коротко.

— Давай сначала попробуем… — начал я, было.

— Нет, — оборвала она меня. — Я сказала — коротко.

— Как скажешь, — нахмурился я.

Если я ничего не пойму, это будет конец наших отношений. Шутку с турниром я ей не прощу.

— Ну тогда слушай внимательно, — расплылась она в улыбке, положив руки на колени. — Помнишь, я говорила тебе, что мы боги, сильно ограничены правилами мира?

— Стоп, — озарило меня. — Талай’Не вне системы? Он может дать ведьмам способность рожать и не сдохнуть при этом? Блин, постой. Но он мёртв. Как?

— Я тебе сейчас скажу не то чтобы секрет, но постарайся не распространяться об этом, — произнесла она и, увидев мой кивок, продолжила. — Дело в том, что убить бога сразу и полностью, могут только смертные. Уж не знаю, с чем это связано, но даже мы сами, не можем убить собрата окончательно. Демоны тоже не могут. Природные явления, вроде тех, что появлялись при вторжении инферно, тоже не способны развоплотить бога. Мы в буквальном смысле бессмертны… Пока не появляются смертные, способные бросить нам вызов.

— Но Талай’Не мёртв, — произнёс я осторожно.

— Его сущности больше нет, — кивнула Акария. — Но вот уничтожена ли она, это вопрос дискуссионный. По факту его сущность развеяна по миру, превратившись в так называемую тень бога. Его как бы нет… но образ, тень, всё ещё с нами. А при наличии последователей, этот образ даже на мир кое-как влиять может. Не осознано, но может. Сейчас «тень» Талай’Не начала слияние с миром, но неожиданно из небытия вернулся один из его верующих, да не абы кто, а целый Святой. Святой паладин! — вздёрнула она палец. — В теории Талай’Не даже вернуться может.

— И сколько времени на это потребуется? — спросил я с любопытством.

Будет, что Срубу рассказать.

— Ну у тебя и вопросы, — покачала головой Акария. — Ты даже не представляешь, сколько там нюансов. Начиная от количества верующих и заканчивая расположением звёзд. Никто тебе не сможет на этот вопрос ответить, — покачала она головой.

— Хорошо, это я понял, — не стал докапываться до её слов. — Так что там с ведьмами? Сомневаюсь, что достаточно просто попросить Сруба, чтобы тот детей им намолил. Или ему лично надо каждую ведьму… — взлетели мои брови.

Рассмеявшись, Акария некоторое время пыталась успокоиться.

— Нет, — подняла она руку, всё ещё посмеиваясь. — Нет. Не обязательно. Ведьмы должны вступить в храм Талай’Не и начать молиться ему. Яростное желание сотен человек, вполне может достучаться до «тени», а дальше сработают… — запнулась она. — Наверное, это можно назвать естественной реакцией организма. Бессознательный рефлекс. Ритуалы, обращённые к миру, примерно по тому же принципу действуют.

— То есть мне надо просто сказать… объявить на весь мир… или сохранить… — бубнил я.

— Объявить можешь и на весь мир, — поняла меня Акария. — Просто уточни, что рядом с единственным Святым мёртвого бога, шансов на рождение ребёнка больше. Просто потому, что его связь с богом наивысшая.

— После чего бедного Сруба похитят те же изурийцы, — вздохнул я. — Или дурбаванцы. Кто посильнее, тот и похитит.

— Тогда договаривайся с каждой ведьмой отдельно, — пожала она плечами. — А когда пойдут первые дети, ведьмы сами прибегут. И вряд ли они будут болтать лишнего, — ухмыльнулась она. — Если не хотят лишиться Святого Талай’Не.

— То есть близость к нему действительно поможет? — уточнил я.

— Абсолютно точно, — подтвердила Акария. — Рядом с ним, молитвы быстрее достигнут… — опять запнулась она. — Впитаются в остатки сущности Талай’Не.

— А когда дети пойдут? — спросил я осторожно.

Самое важное уточнение, если подумать.

— Не могу сказать, — чуть нахмурилась она. — Это тоже очень сложные расчёты. Но тут уже речь не о тысячелетиях, а о годах. Заметь, даже не о десятилетиях. Ну и ведьмы должны понимать, что «тень» бога не осчастливит всех сразу. Не поймёт тень сущности, кто эти «все». То есть каждая из них должна молиться о своём личном счастье и трахаться, надеясь забеременеть. Впрочем, чем больше таких запросов, тем быстрее будет ответ. Так что общее количество ведьм Талай’Не, всё-таки важно.

— Понял, — произнёс я, уже начав думать, как это всё провернуть. — А я могу, если что, прийти за уточнениями?

— Ты можешь просто прийти, — улыбнулась она. — В том числе за уточнениями. А если принесёшь дар в виде вина, то можно и о перепихоне подумать.

— Так, я ж умру, — хмыкнул я.

— Зато как!

— То есть неделя, — не дал я договорить сенешалю.

— Если не случится каких-то форс-мажоров, Ваше Высочество, — ответил молодой, относительно, Юрис.

Переведя взгляд на дворцового завхоза, он же стюард, спросил:

— С твоей стороны предполагаются форс-мажоры?

— С моей стороны всё готово, Ваше Высочество, — ответил Глиций Ван.

— Тогда неделя, — перевёл я взгляд на Юриса. — Эта чёртова коронация слишком долго откладывалась.

— Постараюсь изо всех сил, Ваше Высочество, — чуть поклонился тот.

— Тогда всё, идите, — махнул я рукой, откидываясь на спинку кресла.

— Милорд, — услышал я голос секретаря. — Прошу прощения, что отвлекаю, но у вас через полчаса встреча с гильдией торговцев.

Прикрыв глаза, еле сдержал мат.

— Понял, — произнёс я, приложив руку к панели связи на столешнице. — Кто там сейчас у тебя следующий?

— Глава строительной гильдии, — ответил Вальети.

Посмотрев на дверь, которая только что закрылась за сенешалем и стюардом, поджал губы.

— Какого демона? — спросил я. — Он ведь здесь по поводу ремонта дворца?

— Нет, милорд, — зашуршал бумагами Вальети. — Хм. Уважаемый Тарус прибыл от лица гильдии, чтобы получить разрешение на застройку восточного пригорода.

Да вы издеваетесь.

— То есть министр земельного права вообще не работает? — процедил я.

— Не могу знать, милорд, — ответил Вальети спокойным тоном.

Ему по должности положено оставаться спокойным, даже если я бешусь.

— Гильдия торговцев в зале Высшего совета собирается? — уточнил я.

— Именно там, милорд.

— Хорошо, — попытался я успокоиться. — Отлично. Предупреди его о том, что у него двадцать минут, и запускай.

— Понял, милорд, — ответил секретарь.

— И свяжись с отцом, пусть ждёт меня у кабинета с моим распорядком дня.

— Сделаю, милорд.

— Это какой-то… беспредел, — посмотрел я на Горано. — Такое впечатление, что в Атоле только я работаю.

— Вы преувеличиваете, милорд, — ответил Горано, даже не оторвавшись от очередной книги.

Я уже даже не смотрю, что он там читает. Последние пару недель мне только завидовать остаётся. После турнира у меня каким-то волшебным образом увеличилось количество работы вдвое… По ощущению — вдвое. Времени на свои дела вообще нет. Постоянно занимаюсь ерундой, которую должны решать другие.

— Да я… да ты… Да на, на, на… — переклинило меня.

Хотелось материться, но Горано был рядом, вот мои мысли и зациклились — мат, нельзя, да пошло оно всё, мат, нельзя, да пошло оно всё.

— Милорд? — поднял взгляд Горано.

— Да в жопу эту работу! — нашёл я компромисс. — Я должен будущей войной заниматься, а не вот этим всем! Пополнение Восьмого легиона, новый легион, ведьмы, Исеор, Невий! У меня и без этой рутины дел навалом! Всё, — выдохся я. — Не хочу. Надоело. Я устал.