Злюка в Академии драконов, или Каждой твари по харе! (СИ) - Ерова Мария - Страница 5

Но лучше уж так, чем стать основным блюдом на завтрак чешуястого. Нет уж! Не для того меня, ягодку, мама растила…

«А для чего?» — хихикнул в голове ехидный голос. — «Чтобы в пиццерии пиццу на голову клиентам одевать? Эх, Катька-Катька. Дурной у тебя всё же характер. Была бы чуть сдержаннее, чуть приветливее, и всего этого можно было бы избежать. Останься я в то утро на работе, не искупалась бы в пруду с утками. Не накрыла бы странная амнезия. Не стала бы закуской для дракона».

Но что сделано, то сделано. Ага, помимо прочего, я ещё была неисправимой оптимисткой. Вот жарят мне пятки, а я согреться пытаюсь! Такой уж у меня дурной характер.

Но дракону всё равно не достанусь!

И тут дорогу мне преградил маленький пушистый зайчик. Ну как преградил, выпрыгнул прямо мне под ноги, а я с разбегу и остановиться не успела. Спотыкнулась да полетела кубарем — как оказалось, там косогор был. А потом, как глаза открыла, а мир в них перестал вертеться, забеспокоилась я о зайчике — не зашибла ли?

Но, как оказалось, забоится нужно было о себе.

И дело тут было вовсе не в драконе. Это маленький милый зайчик, последовав за мной до самого места моего падения, вдруг устрашающе разинул свою пасть, продемонстрировав целую челюсть острых, как у акулы, зубов. И, заручившись поддержкой таких же, вовсе не милых, пушистых комков, счёту которым, казалось, и не было, бросился на меня в атаку.

Я чувствовала себя колобком на носу у лисы — от дракона ушла, а от зайчика… Эх! Кажется, быть чьим-то завтраком сегодня — моя судьба…

Но прямо надо мной, удивительным образом меня не задевая, пронесся огневой шквал, распугавший кровожадных пушистиков. Я схватилась за голову, опасаясь не обнаружить на ней волос — удивительно, но даже сейчас моя красота волновала меня больше, чем жизнь.

Зубастые кролики бросились врассыпную, а я, прижавшись к земле, таким образом приготовилась к неизбежному. Я чувствовала взгляд и дыхание на своём затылке догнавшего-таки меня огнедышащего и сомневаться в том, что вот он — конец — уже не собиралась.

Огромная тень накрыла меня с головой, и я предчувствовала, знала, что дракон, в которого обернулся мой новый знакомый, специально играет со мной, забавляясь, как кошка с мышкой. Его дыхание уже касалось моего затылка, секунда — и он схватил меня своими огромными лапами с острыми когтями, но не за горло, а поперёк талии. И в тот же миг оторвал от земли, взмывая вместе со мной в воздух.

Я закричала пуще прежнего: может, чешуястый оглохнет и одумается, отпустив меня восвояси. Вот только он поднялся ещё выше, и я уже жалела о своём желании, вцепившись в его мощные лапы своими руками. Пусть несёт куда хочет, только не бросает с такой высоты!

Но он не бросал и вёл себя достаточно достойно, и мне тоже пришлось замолчать. К этому времени я уже поняла, что сорвала голос, и, если выживу, быть мне в ближайшее время охрипшей курицей. Лес под нами стремительно удалялся, а впереди виднелся город, ну или что-то вроде него. Скажем так, населённый пункт. Эх, может хоть там отыщется кто-то, способный победить дракона и спасти из его лап прекрасную принцессу?

Только бы из арбалетов не начали палить. А то с моей удачей стрела в пятую точку мне будет обеспечена!

Пребывая в не совсем радостных мыслях, между тем, я даже пыталась любоваться панорамой раскрывшегося подо мной пространства. Здесь явно царило лето — жаркое солнышко начинало палить, свежая зелень так и радовала глаз. Но меня беспокоило другое. Местность я так и не начала узнавать. А это могло значить только одно из двух: или судьба каким-то невероятным образом закинула меня куда-то настолько далеко; или я брежу. И я, признаться, даже не знала, какой тут вариант предпочтительнее.

К концу полёта я даже немного привыкла к обществу огнедышащего, расслабилась и начала получать удовольствие. Но когда это случилось, именно в тот самый миг, мой кожаный летательный аппарат пошёл на посадку. Внутренне, да и внешне тоже, опять пришлось напрячься. Мы стремительно приближались к какому-то высокому, весьма обширному зданию с башнями, на которых в лучах солнца блестели пики. Огромный двор, ограждённый оградой, кишел крошечными фигурками людей. И никто из них не разбегался в страхе, завидев нас, красивых, что метили прямо в толпу.

Зажмурившись перед самой посадкой, я с удовольствием отметила, что она прошла достаточно мягко. Не то чтобы я рассчитывала покатиться кубарем, нет. Но дракон вначале приземлился сам на задние лапы, и только после поставил рядышком меня.

Однако у меня по-прежнему не было повода ему доверять, и я глазами поискала пути и выходы, в которые, в случае чего, я могла быстренько ретироваться. Но парни и девушки — те самые люди, которых я имела возможность наблюдать свысока, ни капли не боялись это огромное чудовище и даже поспешили подойти, чтобы поприветствовать нас, абсолютно не удивляясь облику моего партнёра по полёту. Все они были одеты в одинаковую форму, но тоже непривычную моему глазу — парни в серые брюки и жилетки с каким- то отличительным знаком на белой рубахе, девушки — в того же цвета блузки и клетчатые юбки. И кое-кто даже кутался в мантии — такого в современном мире я ещё не видела. Но самым главным было то, что они все как один разговаривали на знакомом мне языке.

Пока я блуждала в навалившихся на меня странностях, Флинн Туур вновь приобрёл образ обаятельного и привлекательного мужчины, правда, с дурным характером. Вместо того, чтобы здороваться со своими…эээ… студентами, он принялся зыркать на них горящими от злости глазами и задавать один и тот же вопрос таким тоном, что хочешь не хочешь, а придётся отвечать. Даже если откровенно не знаешь ответа на вопрос…

— Кто она? — он небрежно указал на меня кивком головы. — Кто-нибудь из вас знает? С какого факультета? Курс?

Молодые люди и девушки, должно быть, не понаслышке знавшие о горячности своего декана, молча мотали головами и отступали на шаг.

— Так, — продолжил кипятиться он, посматривая на всех так, будто готовил их к изощрённой пытке. — Сейчас же признавайтесь, кто подсунул эту девушку ко мне домой и стёр ей память⁈

Но студенты, которым не повезло оказаться здесь и сейчас, лишь что-то мямлили себе под нос и упорно продолжали молчать. И чтобы спасти этих бедолаг, тут решила действовать я.

— Конечно они меня не знают! — громко, чтобы слышали все, заявила я. — Ведь я никогда не была здесь раньше и уж тем более не училась! Я говорила Вам, но Вы меня не слушали…

Те, навострив уши, начали слушать охотнее. Но ректора Туура это только разозлило.

— Видите⁈ Видите⁈ Эта девушка не в себе! И когда я узнаю, кто это сделал…

— Да сами Вы не в себе… — отмахнулась я, тоже начав злиться. — Говорю же, я не местная. Понятно⁈ А с памятью у меня всё «ок»! Вот так-то! А вот то, что Вы можете превращаться в дракона, так это куда более интересно, чем моё скромное попадание в вашу ванну! Ой…

Кажется, я сболтнула лишнего. И, поняв это, виновато уставилась на ректора, что уже был просто зелёным от злости — ещё чуть-чуть, и клапан сорвет…

Я вжала голову в плечи. Но тут пришло моё спасение…

— Здрасти-мордасти!

Этот возглас отвлёк на себя внимание злого ректора, но я так же с интересом уставилась на того, кому он принадлежал. Это был худощавый паренёк моих лет, с лохматой причёской (если это волеизъявление неведомого парикмахера вообще можно было назвать причёской), в затасканной мантии, покрывающей плечи и круглых очках на курносом носе. Восседал он на парящей в воздухе метле и, держу пари, пять секунд назад его ещё тут не было!

Не дав нам опомниться, он вновь обратился к Флинну.

— Дядюшка! Да что же Вы тут себе позволяете⁈ Притащили очередную девицу, которая, судя по внешнему виду с Вами и ночевала. А теперь других в чём-то смеете обвинять.

Флинн Туур, из багрового сделался фиолетовым и повторил этот финт обратно.