Без любви. Брак по контракту (СИ) - Нил Натали - Страница 22

- Дальше, Эниса. – требует Камал. А на нём одни боксеры остались. Я нервно выдыхаю. – Брось, детка. Нечего стесняться. Давай.

И я послушно тяну их вниз, стараясь не смотреть на член, торчащий колом. Камал усмехается. Он тянет меня в постель.

- Возьми его в руку. – шепчет в ухо, но я мнусь. И тогда Камал сам берёт мою руку и толкается в неё горячим, упругим членом. – Обещаю, ты будешь сама просить меня, Эниса. Я разбужу тебя, девочка моя.

Он впивается в мои губы поцелуем и за секунду оказывается сверху. На руках поднимается надо мной, любуясь.

- Какая же ты у меня красивая. – и толкается в меня. – Я научу тебя любить, Эниса.

И я закрываю глаза. Научи меня…

Эниса

Камал окутал меня своим вниманием и заботой и, кажется, я влюбилась в собственного мужа. Это приятно – видеть, как твой мужчина смотрит на тебя с желанием и, смею надеяться, с обожанием. Его тёмные глаза, оказывается, могут смотреть так пронзительно и с таким желанием!

Мы только вернулись из отпуска. Камал, как и обещал, увёз меня на целую неделю на Мальдивы.

Мы были в очень уединённом месте. Только мы и океан. Наверное, это было самое лучшее время в моей жизни. Не помню, когда я столько улыбалась. Можно сказать, что сейчас я счастлива.

Но отпуск закончился, и мы снова дома. Накрываю Камалу завтрак и снова улыбаюсь.

- Доброе утро! – он обнял меня сзади, коснулся губами кожи за ухом.

Мария не выходит из кухни, когда Камал и я завтракаем. Поэтому я не боюсь, что она увидит наши нежности.

- Доброе. Садись, пожалуйста. Всё готово. – по привычке опускаю глаза, но перед тем, как сесть, Камал поднимает мой подбородок и целует в губы. Он пахнет мятной свежестью и своей фирменной туалетной водой, аромат которой хочется вдыхать и вдыхать.

Матвей везёт нас к университету. Перед тем, как выйти из машины, Камал говорит мне:

- Сегодня буду поздно. Не жди меня. Ложись.

- Хорошего дня. – улыбаюсь ему и бегу в корпус.

******

На большой перемене девчонки требуют от меня фотографий. С удовольствием показываю, стараясь выбирать те, где нет Камала.

- Ой, да видели мы уже твоего мужа-красавчика! – возмущается Аня. - Показывай все.

- Красота какая… - закатывает глаза Инга. – Мечта всей жизни. Хоть разок бы посмотреть. Повезло тебе, Эниса.

Да, наверное, повезло. Но об этом я точно ни с кем говорить не буду. Это счастье только моё, и его надо беречь. Незачем попусту болтать.

После пар забежала на кафедру к преподавателю. У меня была консультация по курсовой работе. И бегом на стоянку. Матвей точно уже ждёт.

Пустым коридором я почти дошла до двери из корпуса, как вдруг меня кто-то сильно дёрнул за руку, заставляя развернуться. Милана.

- Ты чего? Что-то случилось?

Она наступает на меня. Лицо исказила лютая ненависть.

- Думаешь, Камал любит тебя? – бросает мне в лицо. - Знаешь, что он мне говорит после улётного секса? Что каждый раз, когда трахает тебя, думает, как тебя его брат трахал. Поняла? - и добавляет, презрительно хмыкнув. – Жёнушка.

О чём она, вообще, говорит? Пока стою в ступоре, Милана обходит меня, специально сильно задев плечом, и исчезает за высокими дверями корпуса. Я не хочу думать о том, что она сказала. Но смыл жалящих слов медленно, но уверенно доходит до моего сознания.

Тру дрожащими пальцами лоб. Папик… Значит, мой Камал, мой муж – и есть её папик?!

С громким щелчком всё становится на свои места – и то, как она его по имени назвала, и как руку на его предплечье положила в кофейне, и то, почему Матвей меня на другой машине из универа забирал. Любовница… Значит, это к ней он уехал в нашу первую брачную ночь… и потом…

Сумка с ноутом сползла с плеча и грохнулась об пол. В ней без остановки трезвонит телефон. А вокруг меня мир, словно замер и потерял краски. У меня нет сил стоять, ноги подгибаются. Упираюсь рукой в стену и обхватываю себя за живот. Тошнит и в глазах всё кружится.

- Эниса, что с вами? – знакомый голос прорывается сквозь вату в голове.

Матвей заглядывает в лицо. Не дождался меня и пошёл на поиски. Он протягивает ко мне руки, но в последний момент останавливается, не трогает меня.

- Вам плохо? Что?! Где болит? – на лице его растерянность и тревога.

- Да, голова закружилась. – выдавливаю из себя чуть слышно.

Кусаю губы, пытаясь остановить истерику, а в висках стучит – всё это время у мужа была любовница. Он никогда не отказывался от неё. Даже когда понял, что я чистая.

- Сейчас я Камалу Саидовичу позвоню. – достаёт Матвей телефон.

- Нет! Пожалуйста, не надо. Я до машины дойду. Мне уже лучше. Не надо звонить.

Матвей окидывает меня внимательным взглядом и неуверенно кивает. Поднимает сумку с пола.

В машине сажусь на заднее сидение и прикрываю глаза. Как же мне это принять и перенести? Как?! Дорога домой проходит в каком-то вязком тумане. Даже дышать трудно. Будто на грудь бетонную плиту положили.

Вообще плохо помню, как в комнату поднялась, как ко мне заглянула Мария, что-то говорила, трогала лицо, гладила волосы.

А потом чужие люди что-то меня спрашивали, что-то делали, кололи уколы. А всё, чего хочется мне – чтоб меня не трогали, чтоб просто умереть…

Эниса

Я проснулась в незнакомом месте. Всё, как в тумане. Осторожно сажусь на белоснежной постели. Рядом в кресле спит мама.

Совершенно точно - я в больнице. Тру основаниями ладоней виски.

Мама открывает глаза.

- Эниса, доченька! Как же ты нас напугала.

- Что со мной было? – спрашиваю вяло и почти без интереса. Какая разница, что со мной было?

- Криз гипертонический у тебя был. Как только умудрилась-то? Ты ж такая молоденькая ещё. Какие кризы? От чего?

Мама садится рядом на постель и гладит мои волосы.

- Что случилось, Эниса? Ты всех перепугала. Камал всё бросил, с работы примчался.

Горькая улыбка трогает мои губы. С работы он примчался.

- У него есть любовница, мама… - срывается с моих губ тихо. С кем же мне ещё поделиться таким позором?

Мама на секунду замирает. Ощущаю, как между нами вырастает стена. Мама щурит глаза, губы сжимает в одну полоску.

- Зачем порочишь своего мужа, Эниса? Как смеешь?

- Я не порочу, мама. Всё так и есть… - сжимаю пальцы в кулаки.

- А я тебе говорила, чтоб рожала! – мама опускает голос до злого шёпота. – Да и, значит, ты Камалу неинтересна. Сделай так, чтоб он её забыл. Стань для него всем, будь поласковее, поприветливее. Любой мужчина ласку любит, а ты как замороженная! Конечно, на Камала девки засматриваются. А что ты делаешь, чтобы он из дома уходить не хотел? – шипит мама, а я отказываюсь понимать. – Вот родит эта тварь ему и что ты делать будешь?

Нет, я знала, что, чтобы Камал ни сделал, он будет оправдан. Но в чём меня сейчас пытается обвинить мама?

- Да мы даже учимся вместе! Ты только представь, как мне в университет возвращаться? – всхлипываю, и из глаз вытекают слезинки.

- Вот и не нужна тебе эта учёба. Одни беды от неё. Ну, всё, что ты плачешь? Родишь, потом доучишься, раз тебе так надо. Будто тебе работать кто-то разрешит.

Я уже снова реву.

- Прошу, прощения, а что происходит? – в палату вошла миловидная женщина в медицинском костюме. – Эниса, как вы себя чувствуете? Что случилось?

Я не в силах с нею разговаривать, но врач моментально правильно оценила ситуацию.

- Будьте добры, оставьте нас одних. – она твёрдо выставила маму из палаты и, подставив стул, села передо мной.

- Эниса, я не буду спрашивать, что случилось. Это не моё дело. Но вам нельзя волноваться. Мы купировали вам гипертонический криз. Вы знаете, что это такое?

Качаю головой, и она доходчиво объясняет. И ещё объясняет, чем может закончиться такой приступ.

- А теперь, давайте отставим всё, что бы ни произошло, в сторону. В данном моменте есть только вы и состояние вашего здоровья. Сейчас вы просто не будете думать о том, что случилось. Не на ровном же месте у вас так давление подскочило, что даже сердце не справилось? Была стрессовая ситуация. Да?