Без любви. Брак по контракту (СИ) - Нил Натали - Страница 2

Сегодня впервые за всю мою короткую жизнь я упала в пропасть полного одиночества…

Наивная дурочка, я ещё надеялась уговорить отца. Но нет. Он уже всё решил.

Мама, будто с ума сошла. Она принялась таскать меня по магазинам и салонам. Подарки, подарки, подарки… примерка свадебных платьев, туфель, кружевного белья... снова подарки. И так по какому-то бесконечному кругу.

- Эниса, выбери платочек! – мама схватила меня за руку. Глаза у неё горят счастьем. Вот радость-то – дочку замуж отдать. Горечь растеклась по языку.

- Зачем? – я подняла на неё глаза и закусила губу.

- Ну как же… - растерялась мама. - Я передам его Тимуру, как знак твоего согласия.

Я безразлично отворачиваюсь от прилавка, на который услужливая продавщица уже выложила лучшие кружевные платочки. Всё пахнет каким-то лицемерием. Моя семья – не религиозные фанатики. Так к чему все эти следования древним традициям?

- Эниса, это твой жених, а не мой! – мама развернула меня за плечи, чуть встряхнула и уже настойчиво повторила. – Выбери платок.

- Этот. – я ткнула пальцем в самый верхний. Какая разница, каким он будет? Для меня все они – траурные.

Как же мне надоели походы по торговым центрам и элитным бутикам. Подарки, подарки, подарки – сёстрам Тимура, свекрови, свёкру, братьям Тимура… Бесконечная череда колец, платков, рубашек, косметики.

Интересно, ведь где-то же есть счастливые невесты? Точно есть. Им, наверное, всё это нравится. Нравится покупать всю эту ерунду, мерять свадебные белоснежные платья… Глянуть бы на них.

- Вот это мне очень нравится. – мама довольно цокнула языком, когда я вышла из примерочной очередного элитного свадебного салона.

А я смотрю в огромное зеркало во всю стену и не узнаю эту хрупкую девушку в саване. Только глаза свои тёмные вижу. Они ещё живые.

- А мне – нет.

Мама раздражённо поджимает губы. Продавщица пытается сгладить мою грубость.

- Давайте посмотрим вот здесь. – она указывает на другую стойку с платьями. - Смотрите, какие красивые, современные платья. И в то же время, скромные.

А мне не хочется скромных. Мне хочется бунта, и я выбираю платье без рукавов, с открытой спиной.

- Эниса! – сзади мама тут же не одобряет мой выбор. Ей так хочется осадить меня.

Я поворачиваюсь к ней и твёрдо смотрю в глаза.

- Мне нравится это. Моя свадьба не в ауле будет, а в современной столице. – и бросаю уже продавщице, растерявшейся от наших споров. – Я хочу померять это.

- Конечно. Проходите, пожалуйста, в примерочную. Сейчас всё принесу.

Я веду руками по шелковистой, струящейся ткани. Это платье – оно моё. На нём нет сверкающих камней, вычурной вышивки и облака кружев. Зато сама ткань очень дорогая и фасон современный. Оно – моё.

- Нет, Эниса! Ты не будешь в этом платье! Оно слишком открытое! – мама негодует. Даже встала с диванчика, готовая содрать с меня ненавистную тряпку.

- Буду или в нём, или голой. – говорю тихо, но твёрдо.

- А давайте мы накидочку подберём и фату длинную, каскадом. – торопливо тараторит продавщица, стараясь предотвратить неминуемый скандал. – Посмотрите, какой у нас шикарный выбор! Такая красивая девочка достойна самого лучшего.

Она ловко выхватывает несколько накидок, пока мама сверлит меня пылающим взглядом тёмных глаз. Но в этот раз я одерживаю небольшую победу.

Примерно через час в машину загрузили то платье, что я хотела, коротенькую накидку и длинную тончайшую фату с нежной вышивкой, украшенной мелкими жемчужинами и сверкающими камешками. Пока едем, мама долго молчит, недовольно сложив руки на груди. В салоне висит какая-то зловещая тишина.

Мне всё равно. Я пялюсь в боковое окно невидящим взглядом. Наконец, мама не выдерживает:

- Прав отец! Мне надо было тебя строже воспитывать. Нет в тебе уважения ни к семье, ни к традициям, ни к народу, частью которого ты являешься.

- Надо было. – безразлично отзываюсь эхом, не поворачивая головы. За бортом проплывают современные здания, залитые светом от иллюминации.

Вот так и моя жизнь проплывёт мимо, только без ярких огней и событий…

Я долго думала, сомневалась, боялась, но всё же решилась. Робко стучу в тяжёлую дверь кабинета отца. Осторожно открываю. Отец вскинул взгляд, отрываясь от каких-то бумаг, поманил рукой.

- Добрый вечер, папа!

Я вошла и смиренно опустила глаза вниз.

- Можно с тобой поговорить?

Отец вздохнул.

- Проходи. Мать сказала, что ты выбрала себе бесстыдное платье. Ты продолжаешь показывать свой дикий нрав? Чего ты добиваешься, дочь?

Он уже не в духе. Это плохо. Я пришла с просьбой, и лучше, чтобы он был в добром настроении.

- Прости, папа. – я осторожно села на самый краешек кресла у стола. – Мама неправа. К платью идёт накидка. Она закрывает руки и спину. Всё в рамках приличий. Тебе не будет стыдно за меня. Обещаю.

- Хорошо, если так. – снова вздохнул отец. - Мне бы очень не хотелось, чтобы моя единственная дочь опозорила меня и дала повод обсуждать мою семью.

Смиренно киваю и перехожу к тому, зачем пришла.

- Папа, можно тебя попросить?

Отец откидывается на высокую спинку старинного, мощного кресла.

- Проси. Ты же за этим пришла?

Я набираю воздуха в грудь и переплетаю пальцы, отчаянно нервничая.

- Можно я подам документы в университет? – и тут же торопливо добавляю, пока отец не перебил меня. – Понимаешь, свадьба только в августе, и если… - имя царапает горло, - Тимур будет не против, я уже опоздаю. Мне бы очень не хотелось потерять год.

Отец молчит, и я поднимаю на него глаза. Он слегка барабанит пальцами по столешнице. Я снова прячу глаза, боясь прогневить главного мужчину семьи, хозяина дома.

- Хорошо. Я поговорю с Тимуром. Если он будет не против, то сделаешь, как считаешь нужным. Я тебе помогу, Эниса. Видишь, как всё просто. Надо уметь уступать, и тебе будут идти навстречу.

Я согласно киваю и поднимаюсь.

- Спасибо, папа.

- Подойди ко мне.

Сейчас я не боюсь отца, но подхожу всё же со склонённой головой. Он тоже поднимается, берёт мою голову в ладони и касается волос губами.

- Посмотри на меня, Эниса.

Поднимаю взгляд и упираюсь в тёмные, как ночь, глаза.

- Я желаю тебе только добра, дочка. И мужа выбирал, чтобы он тебя любил и уважал, чтоб ты ни в чём отказа не знала. Чтоб жила, как принцесса, чего ты и достойна. Не думай, что для меня был важен только бизнес.

Я не в силах выдерживать его взгляд. Снова опускаю глаза и тихо благодарю:

- Спасибо за заботу, папа.

Он отпускает меня, и я бегу в свою спальню. Разговор с отцом забрал слишком много душевных сил. Но зато, быть может, у меня появился шанс учиться.

В голове крутятся вопросы, а душу рвёт возмущение. Почему всё должно зависеть от Тимура? Почему мне следует просить у него разрешения? И тут же заставляю себя успокоиться. Ничего. Я потерплю. Пусть только разрешат мне учиться.

В комнату вошла мама.

- Как ты себя чувствуешь, Эниса?

- Спасибо, нормально. Зачем ты сказала папе, что моё платье развратное? – обида звучит в моём голосе. – Я же купила накидку.

- Ты бы предпочла, чтобы он увидел его на свадьбе? И что тогда бы он сказал? Тебе скандал нужен?

Не понимаю.

- Я же купила накидку! Как ты хотела. В чём проблема, мам?!

Мама вздыхает.

- Накидку… Зачем была бы нужна накидка, если бы ты нормальное платье купила? Сколько было красивых, расшитых кружевом и камнями, но закрытых. Нет, тебе надо было пойти наперекор мне и сделать всё по-своему. Откуда это в тебе? Ты же всегда была послушной и покладистой.

Бесполезный спор. Мама вышла замуж за папу, когда ей было столько же лет, сколько мне сейчас. Отец специально искал старинный, уважаемый род. Он и забрал её в столицу. Но мама так и осталась просто мамой. Она не получила высшего образования, ни дня не работала, полностью посвятив себя мужу и семье. Нет, это не плохо. Это был её выбор, и она была им всегда довольна. Я её очень люблю. Просто себе хочу другой судьбы.