Вспоминайте про дочь Салема - Ольховская Влада - Страница 12

Существо внушало ужас с первого взгляда – тот самый ужас, от которого Доминик был избавлен даже перед Безымянным. Но сейчас не бояться было нельзя, потому что скрывавшийся в доме монстр оказался чуждым самой человеческой сути. Он был не просто чудовищем, на его теле, лишенном шкуры, пульсирующем свежей кровью, извивались в последней агонии человеческие тела, приросшие к нему. Их тоже освежевали, и они стали частью единого бесформенного организма, постоянно меняющегося – и постоянно растущего. Мутные глаза твари не просто отыскали Доминика в хаосе, они смотрели на него с такой ненавистью, что он невольно отступил, даже помня о том, что это всего лишь иллюзия.

– Какого черта… – прошептал он. – Чего ты хочешь от меня?

На этот раз Бо соизволил отреагировать сразу. Он отвел руку в сторону, щелкнул пальцами – и тварь погибла. Это не было исчезновение иллюзии, нет, он сделал смерть существа показательной. Оно выло и извивалось, освобождая водопады крови, закипавшей на поверхности лавы. Оно разваливалось на части, противилось своей неминуемой гибели, но ничего уже не могло изменить. Ну а вместе с ним распадался дом, стремительно обращавшийся изгнившими руинами.

– Ты хочешь, чтобы я его убил?

Кивок. Надо же… Сразу, прямо! Как интересно… Доминик старался понять, почему Бо не может разобраться с этой тварью сам, но вариантов не было. Сил не хватает? Ну, это по умолчанию, а если Андра позволит ему взять больше, должен потянуть! Получается, он не хочет привлекать к этому Андру? Не уверен, что она разрешит убить существо, оно на самом деле положительный персонаж? Доминик снова вспомнил воющую тварь и невольно поморщился. Нет, на добрую зверюшку это не тянуло…

Но дело не только в Бо. Если в обычном московском доме затаилось нечто подобное, разве не должны были этим заинтересоваться? Кто угодно – тот же Московский Ковен, Церковь, государственный департамент отслеживания паранормального… Вариантов много. Крупные монстры обычно не способны полностью скрыть свою энергию, в этом их уязвимость, существо должны были заметить.

Куда ни посмотри, сплошные противоречия. Одно Доминик знал наверняка: просто верить Безымянным нельзя.

– Это или ловушка, или самоубийственно трудное задание, – заметил он. – Но уничтожить ты меня и так можешь, так что сделаю ставку на второе.

Снова кивок. Можно сказать, что Бо сегодня непривычно общителен. Чем бы ни было это существо, оно задело его за живое. Андра как-то упоминала, что для Безымянных гордость чуть ли не важнее всего. Получается, по какой-то причине Бо не может ответить на вызов этого уродца и более чем уязвлен.

– Ты ведь понимаешь, что, даже если я это сделаю, я не буду заниматься таким за «спасибо»? – усмехнулся Доминик. – Хотя бы потому, что ты со своим народцем благодарности не знаешь, любой, кто с вами за «спасибо» работает, – лох, подлежащий съедению. Если я впишусь в это, то с тебя сделка.

Черный силуэт повел рукой в воздухе, явно призывая собеседника продолжить. Доминик пытался вспомнить случай, когда кто-то так серьезно прищемил Бо хвост, и не мог. Может, это все-таки ловушка? А если нет, нет смысла и ввязываться, потому что у клинка ведьмы никогда не хватит сил на то, что не сумел сделать Безымянный…

Однако отказываться Доминик все равно не собирался. Во-первых, половину нынешней ситуации он придумал сам, Бо вообще ничего не сказал. А во-вторых, у него осталось не так уж много причин жить, и сейчас он готовился торговаться за одну из них.

– Я так понимаю, до завершения задания мне нельзя связываться с Андрой и сообщать ей о твоей просьбе?

Кивок. Чего и следовало ожидать.

– Значит, буду справляться один – пока это существо не будет найдено и уничтожено. Это моя часть сделки. Теперь давай о твоей… Честно, я не в настроении подбирать слова и заикаться, скажу как есть: я ее люблю. Ты и так это знаешь, потому и пакостишь. Так вот, если я найду и убью твою каракатицу, ты перестанешь нам мешать. Это не значит, что мы с ней обязательно будем вместе, ты и сам прекрасно видел, что мы способны подгадить себе сами. Но если она захочет… Если мы решим быть вместе, ты просто не будешь больше в это лезть. Это твоя часть сделки. Подходит?

На сей раз Бо с ответом не спешил. Возможно, развлекался, осознавая, насколько мучительно ожидание для собеседника. А может, и правда раздумывал. Ни для кого ведь не секрет, что Андру он ненавидел – давно уже… с самого начала. Просто обычно он не мог ей отомстить, но как только в ее жизни появился Доминик, он нашел способ. Так что сейчас он всерьез размышлял, стоит ли отказываться от любимой игрушки ради победы над тем, до кого ему не дотянуться…

Но гордость все-таки победила, тут Андра была права. Бо, еще секунду назад бесконечно далекий, вдруг оказался прямо перед Домиником. Тьма от этого все равно никуда не исчезла, фигура не стала более четкой, она по-прежнему оставалась провалом в пространстве. Но Доминик и не ожидал, что перед ним вдруг окажется милый паренек с ямочками на щеках.

Куда большее значение имело то, что Безымянный кивнул и протянул ему руку, которую Доминик тут же с готовностью пожал. Сделка была заключена.

Доминик не заблуждался насчет собственного будущего, он прекрасно понимал: тот, кто привлек личное внимание Бо, по определению не может быть слабым. И вероятность погибнуть на этом задании куда выше, чем победить. Однако в награду ему предложили то единственное, что он считал невозможным – и чего хотел по-настоящему уже давно.

А если так, что значит на фоне этого такая мелочь, как поставленная на кон жизнь?

То, что в русском лесу завелся понтианак, шокировало Андру куда меньше, чем священника. Да, собственно, вообще не шокировало. Мир меняется – и нечисть меняется вместе с ним, так было всегда. Те же понтианаки – не самое редкое существо, а еще у них есть несколько подвидов. По состоянию жертвы невозможно определить, какой именно подвид обосновался здесь, но это выяснится в процессе охоты. Тогда же можно будет предположить, как это зверье сюда попало.

Обычно Андра не опускалась до таких слабых соперников – если двигаться в таком направлении, скоро придется зарабатывать на жизнь мухобойкой! Но тут случай особый: ее попросили устроить показательное выступление. Другой работы все равно не было, она давно не охотилась, потому и согласилась. К тому же одолжение начальству, которое не так сложно сделать, – ресурс хороший, пригодиться может в любой момент.

Бо, как и следовало ожидать, был недоволен, однако до протеста не дошло. Все-таки понтианак – не совсем мелочь, люди на охоту за таким высылают команду из пяти воинов, не меньше, и, если очень хочется кого-нибудь убить, он сойдет.

С момента согласия Андра воспринимала происходящее как спектакль. То, что она сохраняла минимальную вежливость в присутствии священника и даже обращалась к окружающим на «вы», было частью роли, которую она для себя выбрала. Долго она бы такое не выдержала, так ведь долго и не надо. Понтианак мог таиться лишь до тех пор, пока не охотился, изучал новую территорию. Теперь же он пролил первую кровь, и ему явно мало… ему всегда будет мало.

Андра могла бы завершить все сама, без священника, однако решила все-таки захватить его с собой. Он пригодится, если местные начнут путаться под ногами. Да и в целом, он какой-то слишком нежный даже для простого Видящего, немного боевого опыта ему не повредит.

Сначала она подумывала использовать его как наживку, но быстро отказалась от этой идеи. Бо не любит священников, может и не спасти вовремя. Да и понтианак способна почувствовать исходящую от Ивана энергию Безымянного, если она шарахнется сейчас, придется провести в провинции еще одну ночь, а Андра не любила затянувшиеся показательные выступления.

Поэтому они со священником прогуливались по тому самому лесу, где произошло первое убийство. Энергия Бо пока уходила на то, чтобы скрыть их, он затаился, знал, что добыча вылезет сама.

– Я почитал про этого понтианака, – признал Иван. – Это что-то вроде призрака, я правильно понял?