Переплет розы (ЛП) - Фокс Айви - Страница 29

– Такая упрямая, не так ли? Не волнуйся, Роза. Я знаю много способов искоренить в тебе эту ужасную черту. Просто дай мне время.

– ¡Vete al diablo! - отправляйся в ад, ― думаю я про себя, моя храбрость ограничивается только моими внутренними мыслями.

Он продолжает водить пальцами вверх и вниз по моей щели, пока они полностью не пропитаются моими соками.

Франческо был прав.

Ненависть - отличный афродизиак.

Mierda - дерьмо!

Только когда его руки поднимаются выше и его большой палец находит мой пульсирующий клитор, я начинаю извиваться. Я делаю все возможное, чтобы проглотить стон, застрявший в моем горле, не желая, чтобы Тирнан услышал его. Он и так получает достаточно удовольствия от естественной реакции моего тела на него. Черта с два я дам ему еще больше поводов для злорадства.

– Удовольствие и боль более похожи, чем ты думаешь. Ты никогда не почувствуешь разницы, если не испытаешь ни того, ни другого, ― размышляет он, пока его ловкие пальцы играют с моим чувствительным узлом до такой степени, что я почти задыхаюсь.

ШЛЕП!

– Хм. Я вижу, что ты начинаешь понимать, ― подначивает он с насмешливой интонацией.

Но я уже слишком далеко, чтобы заботиться об этом, поскольку он заменил большой палец на моем клиторе двумя пальцами, двигая ими медленными, обдуманными кругами. Другая его рука разминает мою задницу в тандеме с каждым движением по клитору, гарантируя, что я потеряю рассудок, по одному движению за раз. После этого не нужно многого другого, чтобы мое тело безумно трепетало на нем. Довольный стон, который вырывается у него, одновременно раздражает меня и разжигает огонь. грозящий сжечь меня заживо.

ШЛЕП!

О господи!

Я так близко.

Так чертовски близко.

Все, что потребуется, это еще несколько секунд его умелых пальцев, играющих с моим клитором, или еще один сильный шлепок по моей заднице, чтобы я схватила оргазм, который находится на расстоянии вытянутой руки. Потребность кончить начинает затуманивать мое зрение и заставляет меня активно искать руку Тирнана, чтобы сделать свое худшее дело.

Но как только он чувствует, что мое тело жаждет его прикосновений, он грубо сталкивает меня со своих коленей, заставляя меня упасть на пол на руки и колени, как кошка, которая падает. Проходит минута, прежде чем я оправляюсь от шока, произведенного таким грубым ударом об пол. Однако я не могу сказать то же самое о своем отказном оргазме. На восстановление после него у меня уйдет гораздо больше времени.

– Хм, ― хмыкает он, разглядывая мокрый след на своей коленке. – Ты испортила отличную пару брюк, жена. На следующий раз я заставлю вылизывать их начисто своим языком.

От смущения у меня горят щеки, когда он поднимается с постели и идет к ванной, как будто между нами только что ничего не было.

Я все еще стою на коленях, слушая шум льющейся воды из его душа, когда суровая правда о намерениях Тирнана ударяет меня как пощечина - его обоснование сегодняшнего так называемого наказания, а также я боюсь за наш брак.

Мой муж не желает моего смирения.

Он нуждается в моем унижении.

Глава девять

Колин

– Отвечая на твой вопрос, нет. Я не спал с ней, ― признается Тирнан,устав от постоянных приставаний Шэй с того момента, как мы вошли в дом.

– Ты что, блядь, серьезно? Прошла уже почти неделя?!

– Это ты к чему? ― Тирнан вскинул бровь.

– Я хочу сказать, что ты гребаный убийца, брат. Черт побери! ― Шэй ругается, лезет в куртку, вытаскивает пачку денег и протягивает ее мне.

Я ничего не говорю, засовывая деньги кузена в карман.

– Ставишь на то, что я пересплю с женой во время нашего медового месяца? ― спрашивает Тирнан, его забавная бровь поднимается еще выше на лоб.

– Засуди меня. Я считал, что это верняк, ― обвиняет Шэй, опускаясь на стул напротив стола Тирнана.

– И я уверен, что Колин сказал тебе, что ничего подобного нет. ― Тирнан ухмыляется, его внимание возвращается к экрану компьютера.

– Говорил. Только я ему не поверил. То есть, да ладно. Я бы уделал твою жену в мгновение ока - Эрнандес или нет.

Юмор Тирнана пропадает из-за непристойного замечания его брата как раз в тот момент, когда я бью Шэй по голове. Будет лучше, если я поставлю своего кузена на место, пока его брат не решил это сделать.

– Ублюдок! Что я сделал на этот раз? ― спрашивает Шэй, потирая затылок и одновременно глядя на меня через плечо.

– Дело не в том, что ты сделал, а в том, что ты сказал, ― вмешивается Тирнан от моего имени. – Моя жена не похожа на тех женщин, которых ты берешь в свою постель. Ты не можешь говорить все, что взбредет тебе в голову, когда тебе этого захочется.

– Эй?! Здесь только мы. Никого нет. Я знаю, как вести себя в обществе.

– С каких пор? ― добавляю я с насмешкой.

– Пошел ты, Кол. Я умею себя вести. Я просто решил этого не делать, ― дуется Шэй, скрестив руки на груди в своей истерике.

– Гмф, ― бормочу я, неубежденный.

– Итак, если ты не трахал свою жену двадцать четыре часа в сутки, как нормальный краснокожий мужчина во время медового месяца, то чем именно ты занимался на прошлой неделе?

– А ты как думаешь? Я работал. ― Тирнан указывает на экран своего компьютера, чтобы доказать свою точку зрения.

– Иногда я думаю, не уронил ли Máthair - отец тебя на голову, когда ты был маленьким, ― говорит Шэй и разочарованно качает головой.

– Забавно. Я иногда думаю то же самое о тебе. ― Тирнан ухмыляется.

– Харди хар хар - Фальшивый или саркастический смех. ― Шэй закатывает глаза, получая негромкий смешок от своего старшего брата. – Так где же все-таки твой испанский цветок? Раз уж она не валяется в постели, отсыпаясь после хорошего траха, который ты был слишком большим слабаком, чтобы дать ей, то чем занималась твоя новая жена?

– Почему тебя это волнует? ― равнодушно спрашивает Тирнан, изучая все, что лежит перед ним. – То, что Роза делает или не делает со своим временем, не должно вас волновать.

Я знаю по опыту, что когда мой кузен использует этот свой сухой апатичный тон, он ничего из себя не представляет.

И Шэй тоже.

– Я слышу в твоем тоне нотки оборонительности, dheartháir - брат? ― отвечает Шэй, не скрывая от Тирнана своей дразнящей ухмылки.

Тирнан переводит свой холодный взгляд с ноутбука на брата.

– Я советую тебе обратиться к специалисту, поскольку ты явно что-то слышишь. Если хочешь знать, я оставил Розу в отеле. Это удовлетворяет твое любопытство, dheartháir - брат? ― добавляет он последнее слово насмешливо.

– Почему она все еще в гостинице? Я бы решил, что ты уже перевез ее в свою квартиру в «Авалоне», ― в замешательстве отвечает Шэй.

– Ты оставил ее там, чтобы она собрала вещи или что-то в этом роде? Я не помню, чтобы она взяла с собой кучу вещей, когда мы встречали ее в аэропорту.

– Зачем ей собирать вещи? ― спрашивает Тирнан, заглушая большую часть бреда своего брата.

– Ха, я не знаю, придурок. Может, потому что она знает, что не может оставаться в отеле вечно. В конце концов, прошла уже неделя. Я бы понял, что ты держал ее там, если бы у вас был горячий грязный секс в отеле, но поскольку очевидно, что ты вдруг стал гребаным евнухом, я не вижу смысла держать Розу взаперти в гостиничном номере.

Тирнан даже не вздрагивает от провокации брата. Не то чтобы это был первый раз, когда Тирнан не реагировал на провокации брата.

Шэй - единственный человек на свете, который может так разговаривать с боссом. Если бы кто-то другой осмелился это сделать, Тирнан отрезал бы ему язык еще до того, как он произнес бы хоть слово.

– В отеле «Либерти» есть все удобства, которые нужны такой женщине, как Роза. Ей хорошо именно там, где она находится.