Переплет розы (ЛП) - Фокс Айви - Страница 18

К сожалению, не многие мужчины были достаточно смелы, чтобы поцеловать принцессу картеля, уже обещанную боссу ирландской мафии. Я могу по пальцам одной руки сосчитать, сколько раз я кого-то целовала. Уверена, что мой муж не испытал того же недуга.

Муж.

Это слово тяжело ложится на язык.

Больше похоже на тюремщика.

Заключенного в тюрьму жизни, далекой от реальности, которую я пережила.

Мой новый дом является холодным и серым по сравнению с теплом, которое давала Мексика. Здесь даже воздух кажется другим. Арктический. Как и человек, который вывел меня из церкви, я полагаю.

Лимузин, в котором я приехала, ждет у обочины, и Тирнан, как джентльмен, каким он не является, не делает никакого движения, чтобы открыть мне дверь, а ждет, пока шофер сделает это за него. Мои щеки пылают от негодования, поскольку наша свадебная вечеринка стала свидетелем этого тонкого оскорбления, что вызвало легкие смешки в мой адрес.

– Gracias - спасибо, ― благодарю я водителя, продолжая широко улыбаться, пока он усаживает и помогает мне сесть на заднее сиденье.

Как только я забираюсь внутрь, моя улыбка исчезает. Я поворачиваю голову к окну, не желая видеть лица наших гостей, а тем более мужчины, за которого я только что вышла замуж. Дверь машины захлопывается через несколько секунд, в результате чего нависшее присутствие Тирнана съедает кислород в тесном помещении. Я придвигаюсь ближе к окну, когда он слегка стучит по перегородке, давая понять водителю, что пора ехать на прием.

Я считаю удары своего сердца, желая, чтобы оно замедлилось и подавило неожиданно вспыхнувшее раздражение. По сравнению с моими братьями, я никогда не отличалась вспыльчивым характером. С рациональной точки зрения, я даже не должна злиться на Тирнана за незначительное оскорбление. Возможно, истинная причина моего раздражения в том, что за те несколько минут, что я его знаю, он сумел пробудить во мне незнакомые чувства, которые мне не слишком приятны.

Обиду.

Гнев.

Любопытство.

И, осмелюсь сказать... даже вожделение.

Когда машина стартует, я отбрасываю все эти идиотские мысли и продолжаю смотреть на проплывающие мимо холодные здания на тротуаре. Серые. Безжизненные.

Безвкусные. Мое нутро сжимается, желая увидеть хоть немного тепла в проплывающей мимо архитектуре.

– Это знак, ― шепчет мое подсознание, и, к моему огорчению, я соглашаюсь.

Этот город не предложит мне ничего, за исключением холодного ветра и унылых, пустынных дней.

Может ли цветок расцвести в таких ужасных условиях?

Разве я смогу подарить этому человеку наследника, если он даже не открыл мне обыкновенную дверь машины через несколько секунд после того, как я пообещала слушаться, любить и почитать его?

Я отгоняю эту мысль.

Несмотря на удивительное сходство, Тирнан не является правителем подземного мира. Во всяком случае, не его мифическая версия. Он не Аид - даже если у меня и есть общие черты с участью Персефоны.

Он мужчина.

Созданный из плоти и костей.

С земными желаниями и базовыми побуждениями.

Я теперь его. Он может делать со мной все, что пожелает. Он возьмет меня, вольно или невольно.

Интересно, а женщина может забеременеть в брачную ночь? Достаточно ли одного раза, чтобы закрепить наш союз? Или мне все же понадобится провести медовый месяц на спине, пока он будет изливать в меня свое семя?

Как долго длится медовый месяц?

Неделю?

Может быть, две?

Конечно, не больше.

В голове все еще идут подсчеты, как вдруг я чувствую, что платье слегка задралось. Мой взгляд падает на пальцы Тирнана, которые сейчас теребят небольшой участок моей струящейся юбки.

– Ты была в белом.

Это не вопрос. Скорее, обвинение.

Я киваю, мое горло внезапно пересохло, чтобы произнести хоть слово.

– Я не ожидал белого, ― произносит он под дых.

Я озадаченно морщу лоб.

– Большинство невест не надевают белое в день свадьбы? ― спрашиваю я после долгой, невыносимой паузы.

– Большинство невест - да. А ведь ты не большинство невест, не так ли, Роза?

Жар заливает мои щеки при звуке моего имени, звучащего из его уст. Мое имя на его языке звучит неприличным для моих ушей. Даже пошлость и сальность.

– Мне жаль разочаровывать тебя. Я не смогла найти кроваво-красное платье, которое подошло бы для этого случая, ― отвечаю я с придыханием, не желая, чтобы он уловил грязные образы, которые вызывает звук его голоса, произносящего мое имя.

Глава шесть

Глава шесть

– Не можешь ли ты остаться еще ненадолго? ― воскликнула я и тут же внутренне скривилась от паники, прозвучавшей в моем голосе.

И судя по тому, как брови Алехандро моментально сошлись в недовольстве, он тоже это услышал.

– К сожалению, я пробыл здесь дольше, чем следовало. Ты забыла, что у меня своя свадьба, которую я должен посетить, когда вернусь домой, ― объясняет он, заставляя меня вцепиться зубами в нижнюю губу от этого мрачного напоминания.

Где-то там есть еще одна девушка в таком же положении, в каком оказалась я, встревоженная и напуганная тем, что ждет ее в будущем, рядом с мужчиной, который всю ее жизнь считался ее главным врагом. Мой эгоизм в желании, чтобы мой брат остался на все время свадебного торжества, внезапно рассеивается, поскольку я понимаю, что он тоже должен пойти на такую же жертву, как и я, во имя мира.

Однако мне не нужно особо придираться, чтобы осознать, что наши обстоятельства далеко не одинаковы. В действительности в жизни моего брата ничего не изменится, за исключением того, что он теперь будет привязан к совершенно незнакомому человеку. В отличие от меня, Алехандро по-прежнему сможет жить в том же доме, в котором мы выросли. Он сможет наслаждаться обществом Хавьера и Франческо каждый день, если захочет. Он будет ходить по знакомым коридорам нашего дома или бродить по нашему саду, ощущая на своем лице теплое мексиканское солнце.

Он будет проходить по знакомым коридорам в нашем доме или бродить по нашему саду, чувствуя на своем лице теплое мексиканское солнце.

А ночами мой брат может спокойно спать в своей постели, и единственным отличием, если он откроет глаза утром, будет то, что рядом с ним будет лежать враг.

Шесть дочерей печально известных преступных семей, составивших договор, не смогут похвастаться тем же, ведь мы навсегда изменимся. Оторванные от семьи, дома и всего, что когда-либо знали - всех нас отправят жить в города, в которые нас с рождения предупреждали не соваться. Предполагается, что мы должны общаться и доживать свои дни с совершенно незнакомыми людьми, а также согревать постели мужчин, которые когда-то предпочли бы обхватить нас руками за горло и погасить свет в наших глазах.

Даже когда мужчины в нашем мире приносят жертвы в той или иной форме, это никогда не бывает так жестоко и грубо, как то, с чем сталкивается женщина.

– Мне грустно, что не смогу присутствовать при твоей свадьбе, hermano - брат, ― говорю я наконец с нежной улыбкой. – Желаю тебе счастья в этом мире. Кто знает? Может быть, однажды я смогу ее увидеть.

– Это может случиться раньше, чем ты думаешь.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не хочу обнадеживать тебя, но твой муж вчера вечером намекнул мне, что он не прочь посетить Мексику, если тебе захочется повидаться с семьей.

– Правда? ― Мои глаза расширились от удивления, осматривая большой переполненный зал для приемов в поисках человека, о котором идет речь, и не находя его среди многочисленных гостей. – Ты ему веришь? ― с надеждой спрашиваю я.

– Такие люди, как мы, рождаются обманщиками, Роза, но есть вещи, которые мы свято храним. Если мы даем слово, то оно так же обязательно, как обручальное кольцо на твоем пальце, ― ровно говорит он, глядя на мое обручальное кольцо, от взгляда на которое у меня на шее словно затягивается петля.