Олигарх 7 (СИ) - Шерр Михаил - Страница 6

Но лет через десять, когда американцы переварят все территории восточнее Миссисипи, в Вашингтоне и окрестностях хорошо разберутся в чем дело и вот тогда у нас появятся огромная проблема, США как государство, которое вдруг поймет что на пути его фронтира стоит светлейший князь. К тому времени нам надо стать настолько сильными, чтобы можно было не боятся даже открытой войны с США.

Здесь есть один очень тонкий момент. Называется он доллар, который у нас уже является одной из главных валют. Та же торговля с нами для американцев очень выгодное дело, в том же Новом Орлеане если провести голосование, то подавляющее большинство будет за дружбу с нами.

Этот город вообще растет как на дрожжах благодаря соседству с нашим Техасом. Его предприимчивые жители мгновенно оценили перспективы такого соседства и расценили их как джек-пот в квадрате в лотереи. В терминах 21-го века это главный финансовый, торговый и логистический хаб Техаса в США.

Через Новый Орлеан идет большинство наших различных финансовых операций. Именно через него идет почти вся наша торговля со Штатами и большая часть европейской. Большая часть европейских иммигрантов въезжающих к нам, делают это тоже через Новый Орлеан. И не мы, а американцы достаточно быстрыми темпами уже строят две дороги из Нового Орлеан в Техас. Одна из них обычная трактовая, а вторая железная.

Их протяженность почти четыреста километров. Идущее строительство и уже существующее движение власти штата Луизиана охраняют. При том так тщательно, что пока не было ни одной попытки ограбления кого-либо на этой дороге.

В самом Новом Орлеане проживает несколько тысяч русских. Уже есть полностью русские районы, где даже практически не слышна другая речь коме русской. Да и в других районах города наша родная речь звучит очень часто. В деловой части города и в порту везде уже есть люди, которые сразу же или переходят на русский или зовут кого-то, кто может это сделать.

Так что я надеюсь, что со временем финансовая выгода дружбы, а не вражды пересилит и мы будем мирно и выгодно сосуществовать.

Могущество американского доллара в конечном итоге помогло окончательно решить вопрос рабства у колонистами Остина. Они просто согласились на вариант выкупа своих рабов и обещали не завозить новых. После этого отношения с ними стали прекрасными. Американские колонисты всем довольны и горячо поддерживают нас.

Полагаю, что таким же образом решиться и проблема черных рабов среди индейцев.

Закончив все дела «золотые» дела в Гопбице, на Каре и Сретенске, я спешно выехал в Читу. Там меня уже ждут. Десятого февраля должно состоятся окончательное учредительное собрание Забайкальского отдела Байкальского казачьего войска, а затем надо срочно ехать в Иркутск для участия в таком же мероприятии другого отдела.

Два с половиной месяца пролетели как один день. Нерчинск, Нерчинский Завод, Чита, Петровский Завод, Верхнеудинск, Кяхта, Култук, Тункинская долина и её станицы, рудник «Первенец», Иркутск, Черемхово, Бирюсинск (новый город основанный на правом берегу реки в месте переправы через неё), опять Черемхово и Иркутск.

Ни где я не задержался больше чем на два дня, только в Чите провел целых три. Надо было не только окончательно решить все вопросы связанные с казачеством, но и разобраться с планами господина Завалишина по строительству нового города в Забайкалье.

Чита вне всякого сомнения будет центром Забайкалья во всех отношениях и в этом качестве новый город должен предстать как можно быстрее.

Реконструкция, а местами фактически строительство новых участков Главного Сибирского тракта от Бирюсы до Сретенска фактически закончено, в начале мая завершаться последние работы и начнется строительство новой дороги, Верхнеудинск — Петровский Завод — река Хилок — Чита — Ксеньевский рудник. До Читы с её трассой всё понятно, а вот как она пойдет дальше… Тут пока одни вопросы.

Но это строительство не горит и все можно делать неспеша, тщательно всё продумывая.

Новый почтовый тракт почти сказка, быстро, удобно, приятно и безопасно. Если нет проблем со сменными лошадями, то двести-триста верст за сутки легко. Но чтобы абсолютно все передвигались с такими скоростями по нашей дороге для это необходимо огромное количество сменных лошадей на почтовых станциях.

Поэтому обыкновенный человек может рассчитывать на дневной перегон верст пятьдесят — сто. да и то не всегда.

Войсковой круг Забайкальского отдела прошел без сучка и задоринки, сказалась огромная подготовительная работа полковника Осипова.

Всё восточнее окраины Култука теперь Забайкальский отдел Байкальского казачьего войска, разделенного на округа. Вся власть здесь теперь будет принадлежать управлению отдела, во главе которого буду я, как наказной войсковой атаман.

У меня два заместителя: помощник по гражданской части и начальник военного штаба, которым стал полковник Осипов. Чтобы не путать полковников он стал называться просто войсковым атаманам, а полковниками стали командиры полков.

Помощник по гражданской части по гражданской части стал Никита Григорьевич Спиридонов, протеже Василия замечательно справившийся с поручением реформированием в кратчайшие сроки забайкальской каторги.

На время моего отсутствия я могу назначать временного наказного атамана.

Территорию отдела надо будет разделить на восемь округов, которые возглавят окружные управления во главе с атаманами. Срок службы казаков установили в двадцать пять лет, а дальше по желанию.

Компанейские структуры и предприятия как работали так и будут работать.

Как это всё будет функционировать на практике я лично даже не представлял. Вполне возможно что это всё дичайший бред.

Для будущего похода на Амур Владимир Ильич формирует конный полк и два пеших батальона предполагаемого Амурского казачьего войска. Один из батальонов пластунский. Желающих служить пластунами оказалось более чем достаточно и с его формированием не было ни каких проблем.

В Иркутске все было намного проще. Там тамошный отдел казачьего войска всего лишь дополнение к существующему порядку и казачьи округа всего лишь его вкрапления. Кроме двух исключений: Тункинской долины, где полноценная казачья власть и Якутска, где не было ни каких перемен.

Закончив казачьи дела, я как ураган пронесся по Приангарью.

Первое, что я сделал это проинспектировал Черемхово и поехал я туда по железной дороге, эксплуатация которой началась сразу же с первых чисел нового 1836-го года.

Сто двадцать пять километров от Черемхово до моста через Иркут, который совершенно логично стали называть Иркутским, а затем еще десятикилометровая дуга на левом берегу Ангара с выходом на южный склон Кайской горы. Надеюсь, что таким образом мне удастся сохранить уникальные Глазковский некрополь и саму гору.

Неожиданно для себя я нашел в Иркутске человека, после общения с которым решил дать ему денег и людей для начала изучения Глазковского некрополя. Хотя вернее сказать, нашелся он сам.

Еще перед поездкой в Забайкалье Ян представил мне одного из иркутских «чудаков». Именно такой была репутация сорокалетнего Афанасия Александровича Серебрякова, представителя третьего поколения Смбиряковых — богатого и влиятельного сибирского рода.

Больше ста лет назад они появились в здешних краях и немало преуспели. Один из них был в числе создателей Российской Американской компании, заправлял многими делами на Нерченском заводе и был городской головой Иркутска.

Десять лет назад Иркутским городской головой был другой Серебряков.

Но Афанасий Александрович похвастаться богатством или каким-то высоким общественным положением не мог. Его отец в отличии от своих родственников оказался купцом средней рику и только принадлежность к известной фамилии позволяла ему держаться на плаву и передать хоть какое-то дело двум сыновьям.

Семейное дело по взаимному согласию полностью отошло старшему Сергею, а семнадцатилетний Афанасий решил попытаться повторить путь Ломоносова и поехал в Москву.