Последний Паладин. Том 16 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 37

— Красиво стелит этот Рихтер, — ухмыльнулся я.

— Очень, — кивнула Лекса, — в целом это весь расклад. Все новости и события крутятся вокруг этих двух точек интереса. Сместить Совет и заполучить «Миротворец». Более того, я уверена, что, если предложить им отдать Миротворец, они перестанут так давить на Совет и требовать его расформирования.

— Маркус на это не пойдет, — усмехнулся Макс.

— Знаю, поэтому до конца дня я разработаю стратегию, как этого не допустить. Будет непросто, но и в их стратегии есть слабые места, и я смогу на них надавить, — уверенно произнесла Лекса, — если у меня будет немного времени проанализировать и…

— У нас нет времени, — покачал я головой, — просто устрой мне с ним встречу.

— Личную? — нахмурилась Лекса, — Рихтер ни за что не согласится. Особенно после того, что он узнал от Роланда. Он и всю эту шумиху то устроил в том числе для того, чтобы защититься народом как щитом.

— Тогда подай приглашение так, чтобы он не смог отказаться. Я не против свидетелей.

— Открытая встреча со свидетелями и прессой… это может сработать, но ты уверен, Маркус?

— Сомневаешься в моих способностях переговорщика? — поднял я бровь.

— Не то, чтобы сомневаюсь… но… — протянула Лекса.

— Делай.

— Хорошо, — вздохнула она и оперативно сделала пару пометок на планшете, — а что по поводу Совета?

— Да, собери всех сегодня вечером, — ответил я и глянул на Макса, — ты как, свободен сегодня?

— А разве у меня есть вариант отказаться, председатель? — обреченно вздохнул Князь Молнии.

— Ты прав, нету, — улыбнулся я.

И на этом наше маленькое совещание было окончено. Лекса откланялась работать. Диана собрала своих людей и молча ушла. Ольга направилась провожать гостей, Колль с Домом вернулись на свои посты. Внутри остался лишь Макс и, дождавшись пока все выйдут, он подошел ко мне ближе и сказал:

— Мне надо знать, что ты задумал?

— Нет.

— А если я хочу знать? — упрямо сощурился Макс.

— Не переживай, столицу я разрушать не собираюсь, — хлопнул я парня по плечу, — можешь так Князьям и передать. Вы же с Дианой сейчас собрались каждого объехать?

— Да, — не стал скрывать Князь Молнии, — от тебя что-то передать?

— Пусть не делают глупостей.

— Уж кто бы говорил, — нервно усмехнулся Макс, после чего посмотрел на меня пристально несколько секунд, вздохнул, и, добавив «надеюсь ты знаешь, что делаешь», ушел следом за остальными.

И вот я остался внутри холла один и в поместье, наконец, воцарилась тишина. Но насладиться ей и отдохнуть было совершенно некогда.

— Кто б знал, как я обожаю эту вашу дипломатию, — в сердцах вздохнул я, и сверившись с часами, тоже направился к выходу.

В просторной темной комнате с одним зашторенным окном висела звенящая тишина. Весьма необычная ситуация, если учесть, что внутри этой самой комнаты сейчас находились без малого пятьдесят человек.

И это были не обычные люди, а матерые закаленные в боях воины «Миротворца», чье тяжелое дыхание было единственным, что сейчас можно было услышать внутри душной комнаты. Выстроившись ровными рядами, она стояли и молча смотрели на обращенную в их сторону крупную женщину, только что заявившую им о том, что все они остаются здесь, в Форт-Хелле.

Дисциплина и преданность своему лидеру у бойцов были на высочайшем уровне, но каждый из них слышал новости. Каждый слышал, что про их родной дом заявил какой-то смазливый чужак. Каждый здесь был готов лично вырвать ему кадык из лживого рта, но никто из них не заслуживал этого больше, чем Марта, а потому ее бездействие вызывало, как минимум, недоумение.

Особенно на фоне того, что еще десять минут назад она подняла на ноги всех людей и обещалась лично отправиться в столицу и отрубить башку этого Рихтера, чтобы украсить ей стену «Миротворца».

А теперь Марта заявила, что остается. Заявила, что все они остаются, и продолжают заниматься тем, ради чего прибыли в Форт-Хелл. Обживать свежеотстроенную базу и готовиться к вылазке за стену.

Спускать на тормозах подобные оскорбления было совсем не в духе их лидера. Да и менять свои решения тоже. Но открыто спорить и возражать никто из присутствующих все равно не посмел.

Приказ есть приказ. Да и Глен, что стоял по правую руку от Марты, тоже молчал, чем выражал свою поддержку решению лидера.

— В таком случае, если вопросов нет, — после короткой паузы, вновь заговорила Марта властным голосом, — возвращайтесь к работе.

— Есть! — хором отозвались бойцы, и без лишних вопросов начали покидать комнату командира.

И только когда дверь захлопнулась с той стороны, Глен тяжело выдохнул и повернул голову на Марту. К этому моменту женщина опустилась за свой рабочий стол, единственный предмет мебели в ее новеньком кабинете.

Размер комнаты позволял разместить тут хоть королевские покои, но Марта наотрез отказалась и перепрофилировала комнату под переговорную, оставив лишь самое необходимое. Стол и доску, на которой сейчас был размечен план работы над проектом «Теневой коридор».

— Зря ты не сказала им правду, — покачал головой Глен.

— Я разве где-то солгала? — удивленно перевела взгляд на своего красноглазого командира боевого крыла Марта.

— Нет, но и всей правды ты не сказала, — заметил Глен, — если не хочешь идти сама, то отправь меня. Я лично накажу ублюдка и заставлю взять его слова обратно.

— Нельзя, — покачала головой Марта.

— Но почему⁈ — нахмурился красноглазый, нервно сжав кулаки.

— Я дала слово Маркусу.

— Тц, — недовольно скривился Глен.

— Нравится тебе или нет, «Миротворец» теперь часть Клана Теней, а он наш Паладин. И дал слово нас защищать.

— И ты ему веришь?

— Верю, — уверенно заявила Марта.

— А почему тогда недовольно хмуришься? — хмыкнул Глен, — не потому ли, что тебе тоже все это не нравится?

— Не нравится, — с тяжелым вздохом подтвердила Марта, — но не потому, что я не доверяю Маркусу, или думаю, что он не справится. А потому, что не люблю, когда кто-то другой решает мои проблемы, — поиграла желваками женщина, и опережая уже набравшего воздуха для язвительного ответа подчиненного, добавила, — и еще больше не люблю, когда мне создают новые.

— Ладно, я понял, — с короткой паузой обреченно выдохнул Глен, после чего перевел взгляд на карту боевых действий за стеной, единственное место, где он мог выплеснуть накопившуюся внутри ярость, — если Маркус хочет теневой коридор, будет ему теневой коридор, — кровожадно облизнувшись, произнес красноглазый командир, — но пусть потом не жалуется, если идти по нему придется по колено в крови.

И с нескрываемым желанием убивать направился к выходу.

Я сидел в пустой комнате с белым столом и, потягивая чаек, смотрел телевизор, где крутили репортаж об очередном подвиге бравого Инквизитора, который в одиночку накрыл подпольный цех по производству оружия и сделал улицы столицы безопаснее.

Смотреть за этим представлением было особенно забавно, зная, что точка, которую он якобы «накрыл», уже две недели как была заброшена, поскольку раньше принадлежала людям Беса, пока те не покинули столицу. А прямо сейчас те самые люди, использовали произведенное там оружие на передовой против тварей.

Но история красивая, да. И таких красивых историй повсюду крутилось полно.

Куда не переключи, наткнешься на подвиг служителей Дворца или разоблачение очередного коррумпированного аристократа.

И вот этот вот фарс в нынешнее время называют войной. Информационной, но все же войной. Вступать в нее я особым желанием не горел, но Рихтер не оставил мне выбора. Как он не оставил выбора грузному широкоплечему мужчине с тройным шрамом на лице, который сейчас вошел в комнату и, бросив брезгливый взгляд на телевизор, выключил его и сел напротив меня.

— Чайку? — любезно предложил я, приподняв чайник.

— Да, спасибо, — устало буркнул Горемыка, принимая горячий напиток и сделав полный смертельной усталости выдох.