Ошейник принца вампиров (ЛП) - Фэйтон Дарси - Страница 34

— Вот так, — пробормотала она, тяжело опираясь на плитку, пока её колени подкашивались. В Натаниэле не было ничего особенного, как и в том, что он заставил её чувствовать. Она и сама могла заставить себя чувствовать хорошо.

Он ей был не нужен.

Тогда почему она фантазировала о Натаниэле, пока доводила себя до оргазма?

Почему именно воспоминание о его снисходительной ухмылке, когда он трахал её пальцами в своём кабинете, стало тем, что перебросило её через край?

Кира провела остаток дня в постели, проклиная Натаниэля и стараясь не жалеть себя. Ей нужно было придумать новый план, но её мысли словно выжгло, и в голове снова и снова звучали его последние слова.

Запомни мой вкус, дорогой питомец.

Это бесило её, но не так сильно, как должно было.

На следующий день Кира собрала в себе смелость пойти на занятия и встретиться лицом к лицу со своими сверстниками, которые всё ещё слишком боялись иметь с ней дело.

В коридорах студенты-оборотни избегали её. Некоторые доходили до того, что прижимались к шкафчикам или юркали в классы, лишь бы убраться подальше.

Будто я вообще хотела с ними разговаривать, подумала она, поднимая голову выше.

Она позволила себе обнадёживающую улыбку, когда заметила знакомую массивную фигуру, смеющуюся со своими друзьями.

— Марк, — поприветствовала она, стараясь выглядеть невозмутимой, когда подошла к нему посреди коридора.

У неё было сильное желание накричать на него после его трусости в спортзале, но она оттолкнула это чувство и заставила себя улыбнуться. Крики ни к чему бы не привели. Всё, что ей было нужно, — чтобы он признал её на глазах у других, показал, что бояться нечего. Возможно, тогда люди перестали бы шарахаться от неё, как от чумы.

— Я рада, что тебя встретила.

— Кира! — сказал Марк, вздрогнув. — Как ты?

— Я в порядке.

— Это хорошо, — сказал Марк, оглядываясь по сторонам, прежде чем взять её за плечо и направить в пустой класс. — Как дела с вампиром?

— Не очень, — сказала она. — Мне нужна твоя помощь. Ты можешь поговорить с ним?

— Поговорить с ним? — повторил Марк, потирая шею и выглядя неловко. — Зачем?

Он что, правда прикидывается тупым?

Она заставила свою вежливую улыбку остаться на месте.

— Чтобы убедить его отказаться от своего идиотского права на меня.

— Ах, Кира… боюсь, это так не работает.

— Но могло бы работать, — настаивала Кира. — Если бы ты бросил ему вызов.

— Вызов? Кира, прости, но это исключено. Я не могу просто так взять и бросить ему вызов ни с того ни с сего, без серьёзной причины.

— Разве я недостаточно серьёзная причина?

Марк поморщился.

— Да, конечно, ты серьёзная причина. Но… как альфа, я не могу быть эгоистом. Я отвечаю за всю стаю, и мне нужно думать о том, что хорошо для всех, а не только для одного человека.

Его слова повисли в воздухе, и тот человек, которым она его себе представляла, начал исчезать.

— Понятно, — пробормотала она.

— Мне жаль. Надеюсь, ты понимаешь.

— Понимаю.

Теперь я понимаю это слишком хорошо.

Марк попятился назад, его друзья уже давно разошлись.

— Боюсь, мне пора бежать. Береги себя, хорошо?

Он поспешно свернул за угол и исчез из виду.

Кира смотрела ему вслед, чувствуя одновременно злость и подавленность.

К её удивлению, Челси осталась.

— Ты в порядке?

— Да, нормально. — Кира раздражённо потянула за верхний край своих красных носков. — Никогда не было лучше.

Челси нахмурилась.

— Натаниэль причинил тебе боль?

Она горько рассмеялась. Причинил ли Натаниэль ей боль? Его вмешательство в её инициацию сделало её жизнь в академии невыносимой, и сердце болело от того, как все её игнорировали. Но в остальном… Она пожала плечами.

— Не особо. Нет.

Челси кивнула, и они ещё несколько мгновений смотрели друг на друга, но сказать было больше нечего.

— Если я могу чем-то помочь… — начала Челси.

— Конечно.

Челси слегка махнула ей рукой и ушла, оставив Киру чувствовать себя более одинокой, чем когда-либо.

В отличие от волков, вампиры почти не обращали на неё внимания, и Кира не была уверена, что хуже: то, как волки из кожи вон лезли, чтобы избегать её, или то, как вампиры равнодушно проходили мимо, уделяя ей так мало внимания, что она с таким же успехом могла быть невидимой.

Она достигла самого дна.

Ещё недавно она была самой востребованной девушкой во всей школе.

Теперь она стала социальным изгоем. Она была отрезана от всего. Чтобы восстановить свою репутацию с нуля, потребуются месяцы, если не годы.

Ей был нужен новый план. Пока она ждала подходящей возможности, она оставалась настороже и высматривала Натаниэля. Отчасти потому, что подготовила для него идеальную комбинацию из «пошёл ты нахуй» и «мудак», чтобы обрушить на него. И отчасти потому, что её внутреннее чутьё подсказывало, что когда его призыв наконец придёт, она сможет использовать это в свою пользу.

Но неделя прошла без происшествий, и его призыв так и не пришёл. Она была уверена, что он вызовет её на выходных, но и они прошли.

Кира становилась всё более раздражённой. Прошла ещё одна учебная неделя, а Натаниэль всё ещё не послал за ней. Она даже ни разу его не видела с тех пор, как произошёл тот инцидент в его кабинете.

Вместо облегчения Кира чувствовала себя потерянной. Проклятые красные носки сделали её чужой, и даже дружбы Сьюзи было недостаточно, чтобы заглушить тот факт, что никто больше в школе даже не улыбался ей. Волки не хотели её, и вампиры тем более. Вежливые приветствия преподавателей не в счёт.

Когда прошла вторая неделя, стало очевидно, что Натаниэль тоже её не хочет. И это больно ранило. Он разрушил её репутацию, а затем оставил её разгребать последствия.

Она ненавидела это признавать, но почти ждала занятия по зельям в надежде увидеть его, однако он так и не появился.

— Натаниэль? Да, он всё ещё здесь. — Виктория пожала плечами, когда Кира набралась смелости спросить её в конце занятия. — Просто шатается, как обычно, в своём унынии. Так мило, что ты о нём беспокоишься.

— Я не беспокоюсь, — быстро сказала она, хотя часть её действительно беспокоилась. Но теперь, когда она знала, что он не болен и не ранен, она, блядь, ненавидела его до кишок за то, что он её игнорирует.

— Такая расточительность, заявить на тебя права, а потом игнорировать, — сочувственно сказала Виктория. — Обычно он гораздо внимательнее к волчицам, на которых заявляет права. Не знаю, почему он так отгородился от тебя.

От этого ей стало в сто раз хуже, пока она смотрела на кашеобразное содержимое своего котла. На мгновение она почувствовала первобытный укол ревности при упоминании других волчиц, но затем вспомнила, что они в итоге оказались мертвы.

Будь осторожна со своими желаниями, Кира.

Тонкие брови Виктории сошлись, когда она заметила разочарование Киры.

— Он, наверное, просто занят.

Занят, блядь, конечно.

Она собралась уйти, но Виктория остановила её.

— Эй, Кира, что ты делаешь завтра вечером?

Кира замялась.

— Завтра вечером?

— Это же пятница! Тебе стоит прийти к нам в общежитие выпить.

Приглашение застало её врасплох. Виктория смотрела на неё с воодушевлением, и, хотя Кира не хотела быть чьим-то объектом жалости, приглашение казалось искренним.

— Да ладно, Кира, только не говори, что у тебя есть другие планы, — подбодрила её Виктория.

— Я… подумаю.

— Отлично! Тогда увидимся. — Виктория подмигнула и ласково сжала её руку. — Проходите дальше! — весело пропела она группе первокурсников-волков, которые всё ещё толпились у класса зельеварения.

Они расступились, когда Виктория прошла мимо, но вскоре снова сбились в кучку в ближайшей нише, переговариваясь вполголоса. Заинтересовавшись, Кира прижалась к стене и осторожно подкралась ближе.