Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ) - Вайс Адриана - Страница 47

Время растягивается, как патока.

Я в ужасе падаю спиной вперед, видя лишь клочок серого неба и разъяренное, удаляющееся лицо Валериуса, который что-то кричит из окна кареты.

Я не слышу его слов. Я слышу только грохот под собой и чудовищный скрип тяжелого колеса, которое неотвратимо приближается.

«Вот и все, — мелькает в голове. — Как глупо… Разыграть собственную смерть, сбежать из-под носа могущественного дракона, заслужить признание другого и… умереть под колесами…»

Я зажмуриваюсь, ожидая сокрушающего удара, неминуемой боли…

Но вместо этого в следующую секунду меня что-то с силой бьет в бок.

Жестко. Больно.

Что-то сильное и теплое обвивается вокруг моей талии, выдергивая меня из-под самых колес.

Я не успеваю даже осознать, что произошло, как мы вместе — я и мой спаситель — катимся кубарем по булыжникам, сдирая кожу на ладонях и локтях.

Грохот кареты Валериуса удаляется, оставляя после себя лишь облако пыли.

Я лежу на чем-то твердом и одновременно мягком, пытаясь отдышаться.

Сердце колотится где-то в горле, все тело гудит от ушибов.

Я слышу над ухом знакомый, чуть насмешливый голос, прерываемый тяжелым дыханием:

— Надеюсь, это не слишком мягкое приземление не помешает тебе продолжать мое лечение?

Я открываю глаза и понимаю, что лежу прямо на Дамиане, который все еще крепко держит меня за талию, прижимая к себе.

Я на нем.

Он подо мной.

Я мгновенно вспыхиваю, чувствуя под собой его твердое, мускулистое тело, и спешно пытаюсь скатиться с него.

— Спасибо, — бормочу я, краснея еще гуще. — Спасибо… Пока я нахожусь в сознании, ничего помешает мне исполнять мой врачебный долг.

Я кое-как поднимаюсь на дрожащие ноги.

— Спасибо, капитан, — повторяю я, протягивая ему руку, чтобы помочь встать. — Вы… вы очень вовремя. Если бы не вы… — мне даже сложно продолжать, — Как вы здесь оказались?

— Я искал тебя, — говорит он, принимая мою руку. — Утром мне принесли донесение, которым я хотел с тобой поделиться. Но, если честно, сейчас меня больше интересует, что, демоны побери, здесь устроил этот щенок Валериус?

Я открываю рот, чтобы ответить, но не успеваю. В тот момент, когда я помогаю Дамиану подняться, он вдруг глухо стонет, и его лицо искажается от боли.

Он хватается за ногу — ту самую, больную, — и оседает на брусчатку.

— Дамиан! — в ужасе вскрикиваю я. — Что такое?

Он не отвечает, только стискивает зубы, его лоб покрывается испариной.

Я в панике опускаюсь рядом с ним.

Его нога. Боже, похоже что он дал на нее слишком сильную нагрузку. Мне даже страшно представить какую скорость должен был развить Дамиан, чтобы догнать эту карету и перехватить меня в падении.

Я отбрасываю в сторону все мысли и моментально становлюсь врачом.

Мои пальцы тут же ощупывают его ногу. Кожа, которая и до этого была прохладной, сейчас просто ледяная. Она бледнеет у меня на глазах, приобретая мертвенный, мраморный оттенок.

Я лихорадочно ищу пульс у него на стопе.

Нет.

Под коленом?

Тоже нет.

Господи…

— Тромбоз, — выдыхаю я, и мой собственный голос звучит для меня чужим. — Острый тромбоз.

Я с отчаянием понимаю, что ситуация только что из плохой превратилась в катастрофическую.

Сгусток крови, появившийся из-за чрезмерной нагрузки, полностью перекрыл ему и без того суженную артерию.

Паника, которую я только что испытала, возвращается с новой, утроенной силой.

Это уже не шутки.

Все мои отвары и процедуры теперь — как мертвому припарка.

Речь больше не идет о том, сможет ли он бегать. Речь идет о том, потеряет ли он ногу в ближайшие несколько часов или нет.

«Гангрена, — стучит в висках. — Если не восстановить кровоток, начнется некроз тканей. А это чревато самым страшным… ампутацией».

Я в дикой панике. Что делать?!

В моем мире я бы крикнула: «Срочно! Тромбэктомию! Готовьте операционную! Гепарин!» И уже везла бы его на каталке по коридору, но здесь…

Здесь сама операция по шунтированию была под вопросом, а уж экстренное удаление тромба.

А единственный человек, дракон, который мог бы помочь с таким отчаянным диагнозом, куда-то исчез.

«Ронан, — мысленно кричу я, — ну куда тебя унесло?! И почему именно сейчас?!»

— Капитан, — я стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, — нам нужно срочно вернуться в лечебницу. Срочно. Вы можете встать? Обопритесь на меня.

Я помогаю ему подняться.

Это мучительно трудно. Дамиан — сильный, тяжелый мужчина, а я, хоть и выносливая, но все же женщина.

К тому же, пока Валериус тащил меня в карету, мы успели отъехать на приличное расстояние от заднего двора.

Мы идем, и это больше похоже на пытку.

Я — его костыль, его единственная опора. Я почти тащу его на себе, закинув его руку себе на плечо. Каждый его шаг отдается стоном, который он отчаянно пытается сдержать.

Мои собственные ссадины горят огнем, сердце колотится от страха и напряжения. «Только бы успеть, — стучит в висках. — Только бы успеть…»

Я лихорадочно соображаю, что делать.

Нужна операция. Немедленно — речь максимум о четырех-пяти часах, не больше. Но разрешат ли мне ее провести? Дадут ли мне инструменты? Я же не могу просто так вломиться в операционную…

Когда мы наконец добираемся до заднего двора, шпиона уже и след простыл. Но, слава богам, дверь, через которую меня вытащили, приоткрыта. И из нее, опасливо озираясь, высовывается голова Эйнара.

— Эйнар! — кричу я, и в моем голосе звучит такое облегчение, что он, кажется, сам пугается. — Сюда! Помоги!

Он видит Дамиана, видит, в каком он состоянии, и тут же бросается к нам.

— Господин капитан! Что случилось?

— Тромбоз, — коротко бросаю я. — Нужно срочно в лечебницу.

Эйнар подхватывает Дамиана с другой стороны, и мы втроем медленно затаскиваем его нутрь.

— Прости меня, Ольга, — вдруг шепчет Эйнар, и его лицо краснеет от стыда. — Я не смог ничем тебе помочь… А теперь еще и капитан пострадал. И все из-за меня…

— Эйнар, при чем здесь ты? — не понимаю я.

— Капитан зачем-то искал вас, — сбивчиво объясняет он. — Пришел к нам в комнату, а я… я только-только очнулся. Стал стучать в запертую дверь, звать на помощь. Капитан выпустил меня, я сразу же рассказал ему, что Валериус вас похитил. И он… он тут же бросился вам на помощь.

Теперь понятно, как Дамиан оказался у заднего выхода.

Он кинулся мне на помощь. А потом еще и вытащил меня прямо из-под колес… и пострадал сам.

— Если кто здесь и виноват, Эйнар, то только я, — закусываю я губу, еле волоча ноги под тяжестью капитана. — Он спасал меня. Только из-за меня он теперь в таком состоянии.

На меня наваливается груз острой вины и сожаления.

— Перестаньте… оба, — выдыхает Дамиан сквозь стиснутые зубы. Боль, должно быть, адская, но он держится. — Это… было моим собственным решением. И если бы… я знал, что все так будет… все равно бы не изменил его.

От его слов у меня щемит в груди, но времени на сантименты нет. Сейчас я должна сделать все что в моих силах, чтобы спасти его ногу.

— И что теперь? — спрашивает Эйнар, когда мы выходим в главный холл операционного крыла.

— Нужно подготовить операционную и инструменты, — твердо отвечаю я. — Немедленно.

— Я распоряжусь! — кивает Эйнар.

Он отпускает Дамиана, оставляя его на мне, и подбегает к стойке, где дежурят два помощника.

— Готовьте операционную! Быстро! Экстренный случай! Нужны инструменты для сосудистой хирургии!

Но помощники, вместо того чтобы броситься исполнять приказ, смотрят на него с откровенным недоумением. Один из них, постарше, с лицом, как у бульдога, подходит к Эйнару вплотную.

— Ты чего это тут раскомандовался? — грубо бросает он. — Не ты здесь Архилекарь. И даже не его первый ученик.

— Но у него острый тромбоз! — кричит Эйнар. — Вы что, не видите?! Ему нужна срочная помощь!