Кромешник. Том 3 (СИ) - Wismurt Dominik - Страница 31

— Да твою же… бабушку Стефу, — выругался себе под нос, — Как так-то? — посмотрел я на довольно лыбящуюся старуху.

Вот ведь призрачная стерва, всё-таки выкрутила всё в свою пользу.

Я, конечно, в любом случае собирался заботится обо всех Навьях, принёсших мне клятву. Мы ответствен за тех, кого приручили, но бабка и тут сумела меня удивить. Придётся держать с ней ухо востро. Вон как всё обыграла: клянётся она, видите ли, явиться по первому зову… Зараза.

Я почувствовал, что клятва начала действовать. Ко мне потянулись полупрозрачные связующие нити ярко синего цвета. Не такие, как в случае с грешниками или тройкой призраков, которую я встретил возле Перловки.

Остальные Навьи, по большому счёту, находились полностью в зависимом положении, не имели своей воли, не могли меня ослушаться и отправиться в «самоволку». С княгиней же, всё обстояло несколько по-другому.

Это было скорее не подчинение, а партнёрство, что определённым образом развязывало руки Голициной.

— Ну что, ты принимаешь клятву?

— А что мне остаётся делать? — проворчал недовольно, понимая, что назад уже не повернуть.

Если откажусь, начавшая формироваться связь исчезнет и новую уже невозможно будет создать.

Соглашусь, заработаю головную боль. Хотя, с моей стороны, кое-какие ограничения тоже можно поставить, поэтому я включил пункт недопустимости убийства.

Пускай княгиня и говорила, что больше не выпивает полностью своих жертв, веры призраку у меня не было. Затем, на всякий случай, добавил пункт о ненападении на меня любимого и подкрепил её же слова о служении, дополнив тем, что Голицина обязана выполнять все мои поручения.

А вот когда заикнулся о том, что Навья всегда должна быть под рукой и в свободное от выполнения заданий время находиться в посохе, мгновенно почувствовал дребезжание связующей нити, которая начала интенсивно багроветь, а затем, натянулась как струна, готовая в любую секунду лопнуть.

Не зря, во главу угла, призрачная княгиня поставила свою свободу. Не будет она сидеть в заточении. Впрочем, я и так это знал, просто должен был убедиться. Пришлось пойти на попятный и отозвать последний пункт клятвы.

— Алексей, ты закончил? — нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу поинтересовался Гранатов.

— Почти? Сейчас проклятие сниму и можно будет возвращаться в город.

Я прекрасно видел незримую привязку духа Натальи Петровны к усадьбе Апраксиных. Проклятие, словно ловчая паучья сеть, опутывало душу княгини, плотно соединяя её с землей, на которой стоял древний особняк.

Эх, придётся попотеть.

Я твёрдым шагом направился в сторону княгини, на руке вспыхнула руна Перуна.

Голицина на мгновение отшатнулась, но затем остановилась, распрямила старческие плечи и смело посмотрела мне в глаза.

Я же опустил ладони на призрачную голову и начал работать.

Едва успевал формировать руны. Они вспыхивали ярким светом, вгрызаясь в проклятие, как гончие псы в свою добычу, и практически тут же тухли. Несмотря на это, дело шло, пусть медленно и со скрипом, но я пробивал бреши в проклятии.

Не знаю, сколько времени прошло. Я ничего не видел и не слышал, сконцентрировавшись на своей цели. Руки дрожали, ноги с трудом стояли на земле, пот заливал глаза, но я не сдавался, освобождая Голицину из невидимого плена.

— Уф-фф, — выдохнул облегчённо, возвращаясь к реальности, — Справился.

До моих ушей тут же долетел раздражённый голос Анатолия.

— Девушка, я же сказал, что вам тут не место.

— Ну уж нет, капитан, вам так просто от меня не избавится. Я не знаю, что вы со мной сделали, но так просто я это не оставлю.

— Я ничего с вами не делал, уважаемая.

— Не врите! Вы заставили меня практически на полчаса забыть о происходящих событиях.

— Я? — вполне натурально удивился Гранатов.

— Вы или ваш друг, — блогерша впилась в меня пронзительным взглядом.

— Не знаю, о чем вы? — вытирая со лба капли пота, проворчал я.

Тирес надула свои силиконовые губы, которые стали ещё больше, а затем, шагнула вперёд, да так и замерла с распахнутыми глазами.

— Что это? — произнесла Алиса, указывая рукой в сторону ритуального круга, в центре которого стоял большой валун, обильно залитый уже подсыхающей кровью.

Блогерша покачнулась, но быстро взяла себя в руки, и тут же достав смартфон, защелкала камерой.

— Ух ты, место преступления! О-оо, из этого получится отличная история.

— Да твою тудыть — растудыть! — выругался Гранатов, — Чуть-чуть не успели. Я ведь уже «уборщиков» вызвал. С минуты на минуту должны прибыть. Эх, надо было не снимать оцепление, а просто увеличить периметр, парни бы и нас не видели и посторонних не пропусти.

— Ну, что сделано — то сделано. Так, девушка, — обратился к блогерше, — покиньте место преступления.

— Ага, сейчас, размечтался.

— Я ведь могу вас привлечь к ответственности, — вставил свои пять копеек Гранатов.

— Попробуйте, тогда я скажу, что вы меня чем-то накачали, например наркотиками, которые временно отбили у меня память.

— Бред, вам никто не поверит.

— Ваши коллеги, может и не поверит, но вот если я выложу подобную информацию в свой блог… — Тирес демонстративно облизнулась, — Думаю, ваше начальство будет «очень счастливо», когда в полицию начнут поступать жалобы от моих подписчиков.

— Вот стерва, — процедил сквозь зубы Анатолий.

— Я всё слышу, — хмыкнула Алиса, довольно потирая руки.

Я же раздумывал, как лучше вывернуться из положения и при этом остаться в плюсе.

— Кромешник, — раздался почти у самого уха голос призрачной княгини, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности, — Если хочешь, я быстро заставлю эту вертихвостку замолчать.

В этом я нисколько не сомневался. Старухе довести девчонку до обморочного состоянии не составит труда. Только вот, куда мы её потом денем?

В парке лежать не оставишь, не по-человечески это, а тащить в главный корпус… увольте. Слишком много вопросов к нам возникнет. Конечно, всё решаемо, но канители не оберёшься.

Да и когда Алиса придёт в себя, сразу смекнёт, что дело нечисто, из вредности напакостит, выставив Гранатова, меня, да и столичную полицию, в неприглядном свете.

А это значит, что нужно действовать по-другому.

— Толя, на минуту, — подозвал я к себе капитана, пока блогерша кружила над импровизированным алтарём.

— Чего-то придумал?

— Нам от неё не отвязаться. Можно, конечно, арестовать, но это не выход.

— Сам знаю. Такие как она без мыла в… короче, ты меня понял. Да и предъявить ей нечего. Эта зараза, даже если подписку о неразглашении даст, не успокоится. Встречал подобных личностей. Уверен, уже через час после ареста окажется на свободе. Наверняка в соответствующих структурах подвязки имеются, иначе не была бы такой борзой.

— Да и хрен с тем, что не успокаивается. Девица ушлая, пусть со слабыми, но способностями. Сделай её внештатником, прикрепи официально к делу. Пускай освещает в интернете ритуальные убийства, но подаёт информацию на наших условиях.

— Не уверен, — задумчиво погладил подбородок Гранатов, — Стоит ли так рисковать?

— А что мы теряем?

— Ничего, но… Ни в прессе, ни на телевидении эти преступления ещё не освещались. Была дана лишь краткая информация: да — убиты, ведётся следствие и всё… без комментариев.

— Рано или поздно журналюги разнюхают что к чему, ещё и напридумывают с три короба. Не проще ли иметь своего корреспондента, то есть, блогера, который начнёт раскрывать эту тему перед обществом? По крайней мере, станет предупреждать своих подписчиц, чтобы были осторожны и не теряли бдительность.

— У нас так-то свои прикормленные журналисты имеются.

— Значит, будет ещё один… одна.

— Может, ты и прав, вот только, как бы всё это боком не вышло.

— В смысле? — не понял я.

— А если отступники посчитают Тирес угрозой и решат устранить?

— Подумаем, как её обезопасить.

— Задал ты задачку, Лёха. Это, вообще-то, не в моей компетенции, принимать такие решения.