Симбионт 2 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 54

— Он получит информацию и сам побежит спасать девушек?

— Правильно. Полиция вмешиваться не будет, а где надо — прикроет парня. Пусть он побудет немного героем. А ты войдёшь к нему в доверие, как и хотел, — Шуйский хмыкнул. — Только не переиграй. Я же не зря тебе своих бойцов дал… Тимофей, ты должен привезти Дружинина ко мне хоть живым, хоть мёртвым. Впрочем, даю тебе полную свободу действий. Сам решай по обстановке, как он у меня окажется. И не забывай о награде.

— Я всё сделаю как надо, хозяин, — твёрдо, без малейших сомнений, ответил Басаврюк.

Знакомство с «водным королём»

Тимофей Матвеевич Галкин был наделён такими полномочиями, что не снились даже высокопоставленному чиновнику. Рекомендации канцлера открывали секретарю двери в любой кабинет, и поэтому Басаврюк сумел поговорить даже с градоначальником Бражниковым с позиции человека требующего, а не просящего. Досье, собранное людьми князя Шуйского на безобразия, творимые в Уральске вызвали у Кирилла Владимировича самый настоящий шок. Он, оказывается, не подозревал, что там действует самая настоящая криминальная схема по краже и продаже людей в рабство, не говоря уже о других нарушениях законности. Следовало хорошенько разобраться, кто и зачем даёт липовые отчёты в губернский Департамент полиции.

Басаврюк едва успокоил его и попросил всего лишь подтверждения своих полномочий, хотя у самого было достаточно бумаг с такими печатями и подписями, что у любого ноги задрожали бы от страха.

После визита к Бражникову Галкин наведался к старшему следователю Мирскому, от которого узнал много интересного про Михаила Дружинина, и являвшегося целью. Оказывается, молодой человек не так прост. Жил себе, поживал, наслаждался своим положением мажора, красивые девушки, тачки. Но случилась авария, в которой парень чудом выжил. А потом… понеслось, как телега по ухабам, образно выразился Мирской. Сначала два трупа в «Европе», потом ещё больше — в «Сакмаре-плаза». Уже в Уральске на Дружинина совершено три (!) покушения. И снова невероятная удача. Парень остался жив.

Басаврюк слушал очень внимательно, изредка прикладываясь к чашке с терпким чаем. Картина складывалась весьма и весьма красноречивая. Ни физические данные молодого человека, ни его Дар, ни умение владеть магическими клинками не могли стать причиной столь удивительной живучести. Опять же, авария. Мог ли Александр Егорович скрыть факт гибели сына? Мог. И скрыл. Но заявка на клон Дружинина Михаила Александровича поступила в лабораторию «Спутника» сразу в день аварии. Клон доставили в усадьбу Дружининых. Значит, его использовали для рекуперации парня. Тогда зачем проводили ритуал?

Попрощавшись с господином Мирским, Басаврюк поехал домой, то бишь в особняк графа Татищева, и по пути продолжал ломать голову, протягивая ниточки от одного события к другому. Теперь, после разговора с Оленёвыми секретарь канцлера заподозрил Дружининых в похищении их Слуги — Борислава Оленёва. Вырисовывалась очень интересная картина. Михаил, возможно, погиб в аварии, поэтому срочно понадобился клон. Однако что-то пошло не так. Тогда было решено использовать Борислава в качестве жертвы, чтобы провести ритуал возрождения к жизни. Кровь Оленёва на Алтаре Ока Ра запустила неуправляемый процесс магического воздействия, отчего «спешащая» в тело княжича Григория демоническая сущность изменила траекторию и помчалась в Оренбург. В подвале Дружининых произошло слияние душ — демона и Михаила. Иначе невозможно объяснить невероятную живучесть мальчишки. А если всё же в клон имплантировали боевые кибердеки? Если бы не выявленная чародеями князя Шуйского трассировка пути сущности, Басаврюк без колебаний принял бы версию с имплантами. И дальше мог не заморачиваться, а вернуться в Москву и спокойно заниматься своими прямыми обязанностями. Однако же тварь из бездны умчалась в Оренбург, привлечённая очень сильной кровью или мощным ритуалом. Или тем и другим.

Кстати, надо узнать побольше о родовом чародее Дружининых. Кто такой Марк Ефимович Кузнич? Где сын иудейский получил магическое образование? Откуда у него знания по древним демоническим ритуалам? Кто обучал молодого Кузнича? Мысленно сделав пометку, Басаврюк стал обдумывать дальнейшие шаги. Имея на руках интересную информацию, касающуюся криминальных дел на юго-востоке Российской Империи, землях уральского казачества и прилегающих к ним Казахских Жузов, Галкин уже прикидывал, как он поступит дальше.

Путь его лежал в Уральск.

Высокородный дворянин Ростоцкий Герман Исаевич был весьма удивлён, когда к нему в гости заявился эмиссар самого канцлера Шуйского с тремя накачанными и плечистыми мужчинами, судя по специфическим повадкам — телохранителями. Охрана господина Галкина осталась снаружи, а сам он был любезно приглашён в гостиную хозяином.

— Чем могу быть полезен, Тимофей Матвеевич? — закинув ногу на ногу, Ростоцкий принял наиболее раскованную позу в кресле, но внутренне был напряжен. Всего лишь один вопрос крутился в его голове. Какого дьявола Шуйский заинтересовался его личностью? Слухи о канцлере ходили по Уралу и Сибири не самые добрые, и касались они самого дорогого, что было у дворян: Ока Ра. Якобы Шуйский хочет забрать себе все осколки древнего артефакта, поэтому безжалостно стирает с лица земли те дворянские роды, что посмели отказать ему в «маленькой просьбе». — Сколько не стараюсь, не могу понять, чем так прогневал Его Светлость Александра Александровича. Налоги плачу, благотворительностью занимаюсь, город развиваю…

— Успокойтесь, Герман Исаевич, — без намёка на улыбку ответил Басаврюк. — Я здесь по депутатскому запросу, касающемуся криминальной ситуации в городе. В Москве и Петербурге наслышаны, что в ваших краях происходят очень неприятные вещи. Уральск, Лбищенск, Аксай, Соль-Илецк испытывают негативное влияние бандитских группировок, занятых контрабандой, продвижением азартных игр, распространением наркотиков, похищением людей и ущемлением торгового люда, попросту — вымогательством. Рядом с вами лежат земли Казахских Жузов, через которые проложены тропы, по которым людей увозят в Бухару, Коканд, Хиву, Самарканд, где те растворяются, словно вода в песке. Остатки караванов уходят в Персию, Кашгар. Вы взяли на себя обязательство следить за порядком в Уральске, так как большая часть населения работает на ваших предприятиях, получает жалование, платит налоги. Господин Бражников отзывается о вас в очень положительном аспекте, и я не смею обвинять вас в корысти или неумении наладить отношения с дворянским и мещанским собранием. Работа проводится, и внешне всё пристойно. Вот только похищения молодых девушек участились. Сигналы идут всё более тревожные.

Ростоцкий слушал Басаврюка с каменным лицом и изредка вертел шеей, как будто накрахмаленный воротник рубашки душил его. Претензии Галкина он считал надуманными. Да, Род Ростоцких держит Уральск в крепких руках, и зачастую эти руки — криминальные. Например, тот же Сафар выполняет «грязные» поручения, которые влияют на сговорчивость землевладельцев, чьи участки заинтересовали Германа Исаевича. Ведь «Аквафина» уже давно не просто завод по выпуску минеральной водички, а крупный концерн, включающий в себя агропромышленный комплекс и строительный бизнес. Новые земли застраиваются красивыми домами, радуя взор горожан, прибыль растёт. Разве без криминала можно достичь высот? Увы, по-другому не бывает. А с контрабандистами должна бороться полиция, казаки и егеря-пограничники.

Этого он не сказал Басаврюку, боясь потом нарваться на гнев Шуйского. Это не император, старающийся вникнуть в проблему. Канцлер действует по принципу «лес рубят — щепки летят». С ним очень трудно отстаивать свою точку зрения и искать компромисс.

— Я вас ни в чём не обвиняю, Герман Исаевич, — мягко проговорил Басаврюк. — Не в моей компетенции переваливать проблему с одних плеч на другие. Вы в губернии — уважаемый человек. О вашей семье отзываются благожелательно. Да, критика существует, но, скажем так — мягкая. Больше для терапии, — секретарь улыбнулся и увидел входящую в гостиную очень красивую девушку в платье из голубого атласа. Ткань передавала все изгибы молодого тела и будоражила мужскую мысль. Басаврюк, никогда не имевший семьи, почему-то всегда мечтал, чтобы у него была дочь-красавица, а не оболтус-сын. Но судьба распорядилась таким образом, что Тимофей посвятил свою жизнь служению канцлеру, тихо любуясь расцветающей красотой княжны Натальи Александровны. Эта любовь была возвышенной, спокойной, эстетической. Отцовской.