Душа для возрождения (ЛП) - Рейн Опал - Страница 8

— Ты одна из немногих, кто мастерски владеет кнутом, — констатировала Рен как факт, не оборачиваясь. — Это оружие нелегко освоить.

Взгляд Эмери метнулся к кнуту, аккуратно свернутому на бедре женщины. Он отличался от стандартных кнутов, выдаваемых другим членам гильдии: в его плетение была вплетена единственная синяя нить.

Когда Рен едва заметно склонила голову, чтобы взглянуть на Эмери краем глаза, та напряглась еще сильнее.

— Верно, — ответила она, хотя вопроса ей не задавали.

— Ты присоединишься к отряду Старейшин, которые сейчас готовятся на этаже ниже. Ты выйдешь с ними за ворота.

Ее брови дрогнули, собираясь сойтись на переносице, но ей быстро удалось подавить зарождающееся замешательство. Я не понимаю. Она кивнула, прежде чем отступить назад, чтобы выполнить приказ.

— Стой.

Эмери снова выпрямилась по струнке.

Дерьмо. Рен заметила, как дрогнуло ее лицо, и ее ястребиный взгляд пронзил Эмери насквозь, изучая ее.

Она бесшумно отошла от окна и повернулась к Эмери лицом, и той на мгновение показалось, что она смотрит в зеркало. Они не были связаны кровным родством, что было очевидно: Рен была гораздо бледнее, и у нее не было веснушек. К тому же ее волосы были темно-каштановыми, в отличие от привычного рыжего колтуна Эмери, но во многом другом они были поразительно похожи.

Их голубые глаза были похожи, их пышные фигуры были одинаковы, и даже шрамы на их лицах зеркально отражали друг друга.

Эмери всегда было тяжело смотреть на отпечаток собственной внешности на лице Рен. Ото лба, вниз по правой стороне лица и до самой видимой части шеи у Рен тянулись паутинистые следы ожогового шрама. Шрам Эмери находился слева и был почти идентичным; и у обеих рубцы уходили еще ниже по телу.

Даже единственный след от когтя, рассекавший их нижнюю губу, был одинаковым, только на противоположных сторонах.

Долгое время Эмери гадала, не по этой ли причине Главная Старейшина заинтересовалась ею. Учитывая, что они обе превосходно владели кнутом, были покорны и внешне холодны — хотя со стороны Эмери это было лишь притворством, — казалось, будто Эмери смотрит на старшую версию самой себя.

Чувствовала ли Рен то же самое, только наоборот?

Ходили слухи, что Рен подыскивает себе замену, которая будет обучаться под ее началом до самой ее смерти или ухода с поста. Она была эгоистичной и расчетливой; было бы вполне логично предположить, что Рен захочет заменить себя потенциальной молодой версией.

— Разрешаю говорить, — в ее ледяных голубых глазах блеснул расчетливый огонек.

— Не сочтите за неповиновение, Главная Старейшина, но во время вторжений бойцы с кнутами требуются редко. Лучшее оружие для защиты крепости — это копье, и наше преимущество в большом количестве солдат и наличии стены. Меч нужен для свободы движений на заданиях, а кнуты обычно применяются как последнее средство против Демонов.

— Обычно ты была бы права, — ответила женщина, прежде чем снова отойти к зияющему окну. Дождь начал мягко барабанить по карнизу, но достаточно громко, чтобы звук отдавался эхом. И словно в подтверждение ее следующих слов, вдалеке слабо прогремел звериный рев. — Однако наш враг — не Демон.

Если это не Демон… А поскольку этот звук точно не мог принадлежать какому-нибудь бандиту-человеку, значит…

Ее губы сжались — не от страха, а от осознания.

В серых облаках сверкнула молния.

Сумеречный Странник.

— Битва началась, — лицо Рен посуровело. — Кто-то совершил глупую ошибку, — когда Эмери никак не прокомментировала это, решив не прерывать размышления женщины, Рен в конце концов усмехнулась. — Надеюсь, ты не возражаешь, но я отправила твоего спутника на пушечное мясо.

Язык тела Эмери абсолютно не изменился, и настроение Рен заметно улучшилось.

— Хорошо. Твои привязанности не слишком глубоки.

— Любой ваш приказ идет на благо гильдии. Я никогда бы не поставила под сомнение ваши решения, — ложь легко слетела с губ Эмери.

Брайс много значил для нее, даже если сам того не желая, порой заставлял ее чувствовать себя дешевой дыркой, которую время от времени трахают. Их связывали и другие, куда более приятные воспоминания, и они не раз спасали друг другу жизни. У них были проблемы, но не такие уж серьезные, чтобы по-настоящему ее оттолкнуть… по крайней мере, ей так казалось. Или же она просто питала глупые надежды?

Даже если она не показывала этого внешне, Эмери была исключительно не уверена в себе из-за своей изуродованной внешности. Шрамы на лице и шее были не единственными, что она носила, и многие другие уходили глубоко в душу.

К тому же в ней не хватало важной части. И хотя она пошла на это добровольно, сама сделала этот выбор, где-то на задворках сознания все равно таилась мысль о том, что она неполноценна — а значит, недостойна любви в долгосрочной перспективе.

Брайс был для нее шансом обрести хоть какое-то подобие товарищества на том трудном пути, который она выбрала. Тот факт, что Рен намеренно подвергла его опасности только ради того, чтобы проверить Эмери, оставил неприятный осадок, но у нее не было иного выбора, кроме как смириться с этим.

С бесстрастным выражением лица Эмери ждала, когда ей разрешат уйти, надеясь, что их разговор окончен. Ей многое хотелось сказать, но она не могла и не стала бы этого делать.

— Как поживает твой страх в последнее время?

Рен знала, что Эмери недавно пережила тяжелую травму и сейчас находилась в процессе психологического восстановления.

— Я с ним справляюсь. Как только мои раны зажили, я вспомнила, почему вообще перестала бояться.

Рен кивнула, казалось, удовлетворенная ее ответом.

— Отряд Старейшин, к которому тебя прикрепили, подготовит твой кнут. Будь осторожна под дождем, Эмери. У твари будет преимущество, — затем она кивнула в сторону двери. — Можешь идти…

В тот самый момент, когда она уже готова была с облегчением удалиться, по лестнице загрохотали торопливые шаги. Вошедший не стал дожидаться разрешения войти и, проходя мимо Эмери, задел ее плечом.

— Рен, — он встал в ту же позу, что и Эмери. — Сумеречный Странник начал атаку.

— Что произошло? — спросила она без тени гнева. — Я приказала всем отложить нападение до тех пор, пока не будут готовы наши бойцы с кнутами.

— Один из наших лучников случайно всадил ему стрелу в грудь. Он пришел в ярость и попытался взобраться на стену.

— Идиоты, — процедила она. — Какой это Сумеречный Странник?

— У него есть клюв, это всё, что я знаю.

— Ворон, — она бросила взгляд на Эмери и покачала головой. — Крылатый где-то неподалеку. Они никогда не путешествуют друг без друга. Скорее всего, он прячется в тенях, ожидая возможности прорваться через ворота. Удвойте количество пехотинцев, не пропустите их.

— Понял, Главная Старейшина.

Мужчина удалился.

— Ты, — Эмери думала, что это невозможно, но ее спина выпрямилась еще сильнее. — Передай лидеру своего отряда, что меня больше не волнует, останется ли он в живых. Вам будет трудно сражаться с двумя, но мне нужен один из них. Мне плевать, какой именно, и мне больше нет дела, будет ли он мертв, главное — чтобы один из них был у меня.

— Поняла.

Получив кивок, разрешающий уйти, Эмери наконец-то сбежала.

Оказавшись одна, она прищурилась. Ее губы сжались и искривились от укола беспокойства.

Дерьмо. Сумеречный Странник?

Она вызвалась истреблять Демонов, а не сталкиваться с предвестником смерти.

Глава 4

Веревка? Есть. Кнут? Эмери похлопала по петле для кнута на своем оружейном поясе, чтобы убедиться, что она каким-то образом не расстегнулась. Есть.

Меч? Есть. Ей не нужно было проверять его на ощупь, так как он хлопал ее по бедру.

Четверо Старейшин впереди меня? Есть, есть и еще раз есть.

Быть приписанной к их отряду было странным опытом. Она была здесь единственной в ранге Мастера и чувствовала себя сущим младенцем.