Хозяйка дома Бхатия - Масси Суджата - Страница 10

Она поцеловала его еще раз.

Совместное с Колином пребывание в кресле не ограничилось одними поцелуями. Первин не сомневалась: если бы не скрипнула кухонная дверь, они бы оба потеряли голову. То, что мужчина признался тебе в любви, еще не значит, что ты можешь забыться до такой степени.

Первин подскочила и присела на диван, пряча расстегнутую блузку под паллу[25] сари. Колин сокрушенно улыбнулся и заговорил о том, что нужно бы успеть в библиотеку до начала полуденной жары.

– Прекрасная мысль, – откликнулась Первин. – Тогда я пойду. Какой роскошный завтрак. Мне сегодня будет хорошо работаться.

Она быстренько вышла через кухонную дверь, попрощалась с Рамой, который мыл принесенную дыню. Возможно, Рама о чем-то и догадывался; Первин оставалось только уповать на обратное – не хотелось, чтобы он утратил уважение к Колину.

А про нее саму что он подумает? Негоже женщине одной, без сопровождения, приходить в гости к мужчине. Она повела себя крайне неосмотрительно – а все потому, что никак не могла успокоиться после размолвки с Гюльназ. Собственно, вот это действительно серьезная неприятность, об этом и надо думать.

Через десять часов после размолвки Первин написала Гюльназ короткое извинение, запечатала в конверт и отдала посыльному их фирмы Джаянту для доставки. Утром в среду ответа не последовало. Логика подсказывала Первин, что нужно еще раз съездить в лечебницу, вот только воображение рисовало ей, что Гюльназ так и кипит от негодования и готовит для нее еще более язвительные слова.

Первин понимала смехотворность своих колебаний. Если в Оксфорде она пережила безжалостные допросы своих тьюторов, поздно теперь бояться разгневанной невестки.

В результате она, однако, решила воздержаться от визита, потому что сорок дней, которые Гюльназ и Хуши полагалось провести в лечебнице, подходили к концу. Скоро они будут дома для ритуального омовения и торжественной трапезы, на которую приглашены и родители Гюльназ.

Первин помнила и про поручение Гюльназ – отвезти Уме Бхатия второе пожертвование. Первин убила кучу времени на размышления о том, что, если добавить это пожертвование к первому, получится несуразная сумма – 102 рупии. Но Гюльназ так пожелала; если, вернувшись в четверг утром домой, она узнает, что ничего не сделано, это может привести к новой размолвке.

Первин попросила Армана, их безотказного семейного шофера, еще раз доставить ее туда, куда она ездила на благотворительное чаепитие. В Гхаткопар они отправились поутру, до самого беспощадного зноя, и Первин смогла насладиться видами. Вдоль шоссе на Агру тянулись поля и солончаки, встречались небольшие скопления людей: многие что-то готовили у дороги или отдыхали в тени. Земля, как и деревья, была выжжена зноем. Срочно требовался дождь.

Первин сообразила, что многие из скопившихся у дороги ждут подвод, которые развезут их на работу в дома состоятельных местных жителей. Слуги по большей части каждый день ездили на службу и обратно, а билеты на поезд были для них слишком дороги.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.