Город бродячих теней - Ермаков Илья Сергеевич - Страница 4

Смахнув пот со лба и поправив мокрые волосы, Котон надел теплые сапоги и накинул сверху тулуп. По какой-то причине он не захотел оставлять свои вещи в комнате. Что-то ему подсказывало взять их с собой.

– Я же сказал, чтобы ты долго не засиживался!

Котон зло распахнул дверь в основную комнату хижины и… разум его провалился в пустоту.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы оценить то, что видели его глаза. А видели они отрубленные ноги, лежащие у камина в луже алой крови. Ноги Рена…

Ни его брата, ни Уолтера в комнате не оказалось.

Под потолком, в самом углу, сидела отвратительная тварь. Она имела тело старика Уолтера: его ноги и голову. Вот только всю голову покрывало бесконечное множество глаз-пустот с белыми зрачками. Туловище же разорвано от яремной вырезки грудины до лобкового симфиза, как у трупа после вскрытия. Наружу вылезали все внутренние органы старика. Вместо рук – пара огромных черных клешней. Правые клешни держали верхнюю часть тела Рена, из которой вниз свисали красные лохмотья. Из спины Уолтера росли серые лохматые паучьи лапы, цеплявшиеся за деревянные доски на потолке. Благодаря этим лапам существо и забралось на потолок. Рот Уолтера оказался полон острых акульих зубов. Он широко раскрывал звериную пасть и кусал лицо Рена, оставляя на трупе кровавые пятна. Вниз до колен свисал длинных темный толстый язык.

Алая кровь стекала по подбородку Уолтера и мощным клешням.

Рен…

– Этого… не может… быть…

Ужасная тварь, в которую превратился хозяин хижины, заметила появление Котона в комнате. Монстр перевел на него свой кровожадный взгляд черных глаз-пустот и холодно прошептал:

– Ты следующий…

По спине Котона пробежала ледяная дрожь. В голову ударил холод.

Взглянув в сторону двери, он увидел, что она закрыта на несколько десятков замков и щеколд. Путь закрыт. Оставался лишь один выход.

Котон рванулся к камину, над огнем которого висел горячий железный чайник.

Чудовище отбросило тело Рена прочь и спрыгнуло с потолка. Паукообразное создание передвигалось на шести лапах, растущих из спины. Ноги оказались ни к чему.

Котон схватил чайник с огня и бросил его прямо в монстра. Удар пришелся по лбу. Уолтер дико взревел от боли и замахал своими скорпионьими клешнями.

– Твой братец оказался сладкой вкусняшкой. Я рассчитываю на продолжение банкета. В молодых юношах так много вкусного мяса. Ты даже не представляешь, как приятно обсасывать ваши гладкие косточки.

Воспользовавшись промедлением чудовища, Котон собрался с духом. Закрыв глаз и прикрыв голову руками, он оторвал ноги от пола и прыгнул в стеклянное окно.

Раздался звон битых стекол.

– Тебе не скрыться от меня! Этот лес принадлежит мне! – взревело жуткое существо.

Котон упал в снег.

Ему удалось покинуть хижину, но на этом его спасение не завершилось. Нужно бежать. Бежать так быстро, как он еще никогда не бегал.

Сбросив с себя тяжелый тулуп, Котон помчался прочь от жуткого домика и от его не менее жуткого хозяина.

Позади послышался хлопок – Уолтер-пауко-скорпион выбил дверь со всеми замками и выбежал на улицу.

– Проклятье! – рявкнул Котон. – Какого черта! Рен…

В глазах застыли слезы.

Котон смахнул их тылом ладони, чтобы они не застилали ему вид на дорогу. Но на деле никакой дороги не было – метель замела все вокруг.

«Только бы выжить», – крутилось у него в голове, – «только бы спастись».

Душа ушла в пятки. Котон практически не соображал, что делает. Он просто бежал.

Он уже ничего не понимал в этой жизни!

Рен…

Его брат мертв.

Его брата съели заживо.

А они всего-то поехали на зимнюю рыбалку…

Котон издал громкий вопль.

Мысли о смети Рена нахлынули на него с новой силой, и он не смог сдержать болезненного стона отчаяния.

– Какая же ты дрянь! Тварь! Сука! За что все это… черт! Черт! Черт!

Он кричал громче и громче, и этот крик придавал ему сил, чтобы продолжать бежать, а монстр… Уолтер, который перестал быть человеком (а может, и не был им никогда), гнался за ним по пятам.

– Тебе не спрятаться! Тебе не убежать от меня! Еще никто не убегал, – злорадно смеялась тварь голосом Уолтера, – и никогда…

А потом Котон вскрикнул снова, но на этот раз от дикой боли, пронзившей его ногу.

Взглянув вниз, он все понял: капкан!

Его правая нога застряла в медвежьем капкане, заметенном снегом.

– Вот сука! Черт! Проклятье…

Котон повалился на землю. Острые зубцы вбивались в кожу – штаны пропитывались густой кровью.

– Срань Господня! Нет! Только не так…

Уолтер довольно улыбался. Омерзительная тварь спешила к своему лакомству.

– Я же говорил… это мой лес, и он полон ловушек для таких недотеп, как ты и твой брат. Рен почти догадался о том, кто я такой. Но промедление стоило ему жизни. Люблю наслаждаться страхом в глазах жертвы прежде, чем разорву ее на куски!

Чудовище приближалось.

Котон понимал весь ужас и безвыходность сложившейся ситуации. Он тщетно пытался освободить ногу из капкана – сил не хватало.

– Черт! Черт! Черт!

Существо почти настигло его.

Бежать уже поздно.

Оставалось только… принять свою участь.

– Ты мой! – мерзкая тварь ликовала.

– Тогда подавись мной и сдохни! – плюнул в него Котон.

Выхода нет.

Это конец.

Уолтер уже настиг его, замахнулся своими клешнями и…

Раздался оглушительный выстрел.

В голове Уолтера появилась зияющая дыра с неровными кровавыми, обожженными и дымящимися краями.

Котон обернулся: в нескольких метрах от него стояла стройная фигура в капюшоне и держала ружье.

– Какого…

Котон снова взглянул на Уолтера – паучьи лапы монстра подкосились, и мертвое существо рухнуло в снег, словно кукла-марионетка с обрезанными нитками.

Мертво…

– Мы успели! – раздался женский голос за спиной.

Котон уже ничего не понимал.

Боль и безумие, творившиеся вокруг, затуманили его разум. Ощутив прилив удушающей слабости, он упал в снег и закрыл глаза, предоставив свою жизнь и ближайшее будущее судьбе.

– Рен, Рен…

Рен открыл багажник машины, достал из ведра со льдом еще живую рыбу и потряс ею перед Котоном.

– Как тебе такая, а?! Смотри, какая славная!

Рен широко открыл рот, показав свои острые акульи зубы, и в одно движение откусил живой рыбине голову.

– Объедение!

Рен стоял и тщательно пережевывал рыбью голову во рту.

– Надо бы чем-то запить, что скажешь?

Тогда Рен обхватил рыбу двумя руками, свернул голову и выдавил густой поток крови из рыбы, заливая алые струи себе в рот. Обезглавленная рыба напоминала флягу, но не с водой.

– Мм… белиссимо! Грация! Хочешь попробовать, братишка?

Рен протянул Котону обкусанную рыбу.

Котон покачал головой в ответ.

– А зря, Котон, а зря! Очень питательно! Это же настоящий деликатес!

Выпив всю кровь из рыбы, Рен принялся выковыривать из нее все внутренности пальцем. Он доставал странные кровавые мясистые ошметки и кости одни за другими и жадно усаживал их на свой язык, а потом глотал.

– Уверен, что хочешь отказаться от такой вкуснятины, Котон?

Котон кивнул и отошел на шаг.

– Рен… ты же…

– Чего такое, Котон? Что не так?

И вдруг Котон увидел, что левая рука Рена превратилась в черную клешню. В спину ударил холод.

– Рен… Рен…

– Да, Котон? Какой-то ты бледный! Что с тобой?

Рен выбросил рыбу через плечо и внимательно посмотрел на брата.

– Давай я тебе помогу?

Рен подошел к Котону ближе и опустился перед ним на колени.

– Что ты делаешь? – испугался Котон, покрывшись потом.

– Нужно унять боль…

– Боль? О чем это ты? Я ничего не…

И в следующее же мгновение Рен вонзил свои акульи зубы прямо в лодыжку правой ноги Котона.

Котон не сдержал душераздирающий вопль боли. На него смотрели красные глаза Рена, а по подбородку брата стекали красные струи. Рен хищно кусал Котона за ногу снова и снова.