Жених по обмену 2 (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 5

Тимур чуть наклонился, ловко забрал свой телефон и подмигнул Софии, она в ответ только фыркнула. Вот реально, хотелось вмазать по этой довольной роже. Ну что за глупости он творит⁈ Зачем⁈

— Жаль, что твой брат такой жадный, я принесу тебе ещё, — с какой-то деревянной улыбкой сказал Янквиц, с презрением проводив взглядом Тимура, который вернулся к бильярду и продолжил играть.

София удивилась такой настойчивости, но кивнула. Так что же задумал этот гад? Получается, и правда послал за Ником как-то «амбалов с палками», как предрекала Аля. Кулаки непроизвольно сжимались. Хотелось действовать, но…

Янквиц встал и потянулся к пустому бокалу из-под коктейля, который выпил Тимур, и София перехватила его руку за запястье, крепко сжав. Она заметила, что на дне есть какой-то осадок, как если бы плохо размешали сахар и его часть осталась. Если это так, то этот белобрысый уродец явно хотел уничтожить улики.

— Оставь! — выдавила из себя София, хотя хотелось рычать. — Убираются слуги.

— Мне не трудно, — ухмыльнулся Янквиц насквозь фальшивой улыбочкой и попытался убрать её руку.

— Тимур! — подозвала София брата на помощь и услышала, как за её спиной вскрикнула Лаура.

— Тимур?

— Что-то мне нехорошо… — донеслось до Софии сипение Тимура и мягкий звук падения, словно брат прилег на сукно бильярдного стола.

Лаура заверещала, и отчего-то так знакомо, что София всё же обернулась. Тимур и правда лежал половиной тела на столе. Тут же раздался звон стекла, это Янквиц, пока она отвлеклась, разбил тот коктейльный бокал. София отпустила его, оттолкнув, и побежала к брату.

— Чего орёшь? На помощь зови! — рявкнула она на верещащую Лауру.

Впрочем, к ним уже прибежал официант, который показывал дорогу сюда.

— Вызовите скорую и полицию! — распорядилась София. — Моего брата отравили!

— Отравили⁈ — переспросила Лаура, сразу сбавив сирену.

— Мне совсем плохо… — Тимур явно пытался встать, но не мог. — Словно силу отключили… Поток… не могу… встать…

— Скорую! Полицию! Живо! — напомнила замершему официанту София, и тот кивнул и убежал.

Правда, прибежали другие сотрудники «Пушкина». Засуетились. Тимура переложили на диван. Позвали маму и отца. В суматохе София выпустила из виду Янквица, и тот куда-то исчез.

— Мама, это сделал младший Янквиц, — быстро стала объяснять София маме, когда та её спросила, что случилось. — Понимаешь, я узнала, что он у нас к девочкам из нашей группы поддержки пристаёт. И даже изнасиловал кого-то, но денег заплатил, чтоб не жаловались и не болтали. Меня предупредили, чтоб я в его присутствии ничего не пила, что может и гадость какую-то подсунуть. Что он всем в гимназии рассказывал, как наши семьи объединяться, и он меня обязательно… изнасилует тоже. И тут мы только от вас ушли, он мне коктейль принёс и чуть ли не заставлял выпить. Я отказалась. А Тимур… Он взял и выпил то, что Янквиц мне принёс, представляешь? А через пару минут Тимуру стало плохо. Это мне предназначалось.

— О Господи! — воскликнула мама, прикрыв рот. — Ты уверена?

— Янквиц специально тот бокал разбил, когда Тимур упал. Я хотела ему помешать, но брат важней… Надо вызвать полицию…

— Никакой полиции, — вклинился отец. — Мы сами разберёмся.

— Папа, да как ты не понимаешь! Этот козёл нанял громил, чтобы убить Ника! — яростно закричала София. — Он запугал половину моей группы поддержки! Он чуть не убил твоего драгоценного Тимура, а ему всё это сойдёт с рук?

— Значит, моего внука хотят убить, а ты, Артур, уже и пальцем не пошевелишь, чтобы наказать виновных? — в ставшей совсем тесной бильярдную вошла Изольда Маркова и обвела всех тяжёлым взглядом. — Похоже, тебе весьма выгодно сделать дочь вдовой, чтобы вновь продолжить её под кого-нибудь выгодного, верно?

Софию даже перетряхнуло от этого точного слова «подложить». А ведь верно… Глаза защипало, но она втянула в себя воздух, Масакадовы не плачут… А она не хотела быть никакой Масакадовой, она хотела взять фамилию Ника, чтобы не иметь ничего общего со своим отцом, который так поступает с ней и её любимым человеком!

— Расскажи, что случилось, девочка моя, — Маркова одной своей аурой силы и власти оттеснила родителей, и София, еле сдерживая слёзы, начала рассказывать. И про те предупреждения Али, и про страхи своей группы поддержки, и про слухи, гуляющие по гимназии, и про тот выпитый и разбитый бокал с коктейлем. И про исчезнувшего младшего Янквица.

Очнулась она, укутанная запахом дорогих духов и чужой силы, в крепких объятиях.

— Всё будет хорошо, девочка моя… Ты…

Маркова хотела ещё что-то сказать, но у нее завибрировал телефон.

— Сергей?.. А это ты… В порядке. Её брата увезли в больницу… Да, рядом… Это Никита, — Маркова протянула телефон и шмыгнув носом София приложила трубку к уху.

— Прости, малышка, — затараторил Ник. — Тут такое завертелось. Нужно было срочно решать. Мы точно прижмём этого гада. Ты как? Напугалась? С Тимуром что? Я ж его предупредил. Прости, я телефон посеял у бабули в офисе, к зарядке привязал и забыл. Надо твой номер наизусть выучить, я выучу обязательно, а у нас с твоим братом номера похожи, только последние цифры в другую сторону: у него три, четыре, пять, а у меня пять, четыре, три. Его я запомнил. Подумал, что он точно где-то рядом с тобой и приглядит. Я уже мчусь к тебе. Меня Серёга везёт на всех парусах. Только из отдела отпустили…

София только угукала в паузы и успокаивалась. С Ником всё хорошо, и… Она покосилась на маму, которая что-то выговаривала мрачному отцу, на старшего Янквица, который кому-то звонил, на Маркову, которая подняла один из осколков под столиком и что-то там нюхала, и почему-то поверила, что всё образуется. Ник пообещал, что приедет где-то через полчаса-двадцать минут, и отключился.

А потом всё-таки приехала полиция. Но их сначала попытались выпроводить.

Старший Янквиц возмущался и грозил адвокатами, но резко сдулся, когда увидел удостоверение у строгой женщины лет сорока. Да и когда она сняла верхнюю одежду, у неё оказался красивый темно-синий китель с золотыми позументами и погонами с полосочками и звёздами. Такие София никогда у обычной полиции не видела, да и не разбиралась в званиях, но женщина громко представилась.

— Лариса Васильевна Игонина, майор Министерства полиции. Имперский следователь Третьего отдела.

Все зашептались и как-то напряглись. Особенно Янквиц и её отец, который что-то напряжённо обдумывал. Даже София слышала про Третий отдел: они расследовали дела, связанные с магами и аристократами. В смысле, бывшими аристократами, которые чаще всего были магами.

Их всех выпроводили из бильярдной, и туда вошли какие-то специалисты в форме.

Следователь о чём-то поговорила с отцом, и они вместе подошли к Софии.

— Госпожа Масакадова, у нас будет обычная беседа, без протокола. Ваш отец поприсутствует. Отойдем в соседний зал.

— Расскажешь то, что говорила нам, — буркнул отец.

— Хорошо, — кивнула София.

Опрос продлился больше часа, и следователю оказались интересны даже сплетни в гимназии. Она расспросила про препарат, которым пытался её напоить Вольфганг Янквиц. Что София про него знает, от кого слышала. Почему была уверена, что это тот самый препарат. Почему её брат выпил тот коктейль. Как быстро ему стало плохо. Почему она пыталась помешать Янквицу убрать бокал. И сотни других вопросов.

— А что такого в этом препарате? — сама задала вопрос София. — Что это вообще такое?

— Лариса Васильевна, — подскочил к ним какой-то лаборант в белом халате, точней белом костюме из синтетической ткани. — Состав полностью совпадает. Это тот же препарат!

— Боюсь, что на вашем брате использовали новый препарат, который завезли в Российскую империю, мне жаль, но примерно полгода-год у него будут нарушены потоки. Да и в дальнейшем он вряд ли сможет активно использовать силу. Мы назвали его «убийцей магов».

— Убийца магов? — ошарашенно прошептала София, она вспомнила лицо Тимура, который считал, что «спасал её». Почему он просто не опрокинул этот чёртов бокал? Зачем?.. И почему она теперь чувствует себя страшно виноватой?..