Корсаков (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 20

Он поджал губы, явно не слишком-то довольный моими словами. Есть, есть у Андрея Васильевича некая романтическая черта. Ему хотелось проявить себя, покрыть славой и совершить подвиг. Родись он в эпоху романтизма, обязательно бродил бы по дорогам в поисках других таких же восторженных юнцов, чтобы скрестить с ними копья и выяснить, чья дама сердца самая красивая.

— Подъехал кортеж главы рода, — доложили от бронированных створок. — Открываем дверь.

Плита поднялась, позволяя увидеть, что происходит на улице. Первое же, что бросилось в глаза — вместе с автомобилями Смирновых прибыло и несколько машин жандармерии. А значит, так просто нас не отпустят, и сейчас последует допрос.

И верно, стоило только главе рода Смирновых войти в кафе, как вслед за ними протиснулся уже знакомый мне старший жандармский офицер. При этом Родионов вид имел такой, будто заведение на самом деле принадлежит ему, а все остальные здесь — лишь случайно забредшие не туда бездомные.

— Иван Владимирович, — кивнул он мне и быстрым взглядом оценил лежащие на полу окровавленные тряпки. — У меня приказ государыни, доставить вас в Кремль немедленно. Ваш охранник может следовать за нами.

— В таком виде? — откинувшись на спинку дивана, я провёл рукой по своему голому торсу, торчащему из-под слишком большого для меня пиджака.

— Этот вопрос решится по щелчку пальцев, — заверил меня Родионов и тут же обвёл взглядом остальных присутствующих. — Кроме Ивана Владимировича и его человека, никто не покидает помещения. Сейчас мои коллеги проведут положенные по закону процедуры.

— Мне нужно дождаться главу рода Корсаковых, — абсолютно не горя желанием куда-то подрываться в таком виде, сообщил я.

Положение обязывает. Я должен всегда выглядеть превосходно, точно так же, как проявлять вежливость к окружающим и защищать слабых. И как бы мне ни хотелось натянуть майку и треники да расхаживать в сланцах, надетых поверх носков, я не могу себе этого позволить.

— Я сейчас наберу Анастасию Александровну и всё ей объясню, — кивнул Платон Демьянович.

Вытащив телефон, он принялся набирать номер. В это время в кафе уже стало тесновато от хлынувшего внутрь народа. Бойцы Смирновых, глава рода, тихонько переговаривающийся в сторонке с охраной Андрея. Сам мой бывший одноклассник оказался усажен в дальний уголок и сейчас слушал одного из многочисленных братьев отца. Кто там был конкретно, с моего места было не видно, но род Смирновых огромный, там под сотню человек в нём.

— Анастасия Александровна, вас беспокоит старший жандармский офицер Родионов Платон Демьянович. Да, я уже здесь, можете не переживать, жандармерия обязательно докопается до сути случившегося. Да, я понимаю ваше негодование.

Я переглянулся с Олегом. Мой охранник улыбался, слушая диалог Родионова с матушкой — он стоял ближе. Мне оставалось только дождаться, когда всё закончится так или иначе.

— Вы уже здесь? — уточнил Платон Демьянович. — Хорошо, мы ждём вас.

Положив трубку, старший офицер повернулся ко мне и развёл руками.

— Как видите, Иван Владимирович, всё обернулось наилучшим образом.

Не вашими стараниями, подумал я, но вслух, естественно, говорить ничего не стал. Если Смирнов прав, в скором времени Российскую империю, как и весь мир, ждёт такая дикая встряска, что все безопасники на свете начнут сходить с ума.

Потому что нейросети откроют не только множество возможностей для людей, но и создадут миллионы проблем. Программа, которая способна написать любой взломщик, чтобы преступники выуживали данные из государственных серверов. Организация террористических ячеек — что угодно может придумать нейросеть, если подойти к ней правильно.

Дядя Андрея Васильевича, служащий в «Роспрограмме», отвечает за сетевую безопасность. Но ни он, ни кто-либо ещё не остановит прогресс. Потому как если не Шепелевы, так кто-то другой обязательно выпустит свой проект на волю. Джинн выпущен из бутылки, и его не удержать.

И это мы ещё не говорим о том, какую власть получит компания, которая выпустит нейросети на рынок. Безграничный доступ к чувствительной информации, как это было в моём прошлом мире — это угроза планетарного масштаба. Ведь машину обмануть легче лёгкого, достаточно знать, как она работает, чтобы обойти любые ограничения.

И пока приземлённые люди будут клепать в нейросети смешные картинки про котиков, международные корпорации захватят власть над миром.

— Иван! — матушка ворвалась в кафе, на ходу кивнув главе рода Смирновых.

Тот не посмел приближаться, хотя и сделал осторожное движение навстречу. Но вовремя одумался — остановить мать, которая спешит к попавшему в беду сыну, не под силу даже господу Богу.

— Всё в порядке, — поспешив встать с дивана, сообщил я.

Дав себя ощупать и внимательно осмотреть, я тут же получил новую парадную форму. Родионов отступил в сторону, позволяя нам переговорить, а Олег прикрыл широкой спиной, чтобы я мог без проблем переодеться.

— Мне только что звонила императрица, — шепнула мне Анастасия Александровна. — Она очень встревожена и очень хочет видеть нас всех прямо сейчас. Ты точно в порядке? Куда попала пуля?

Я быстро облачился в новый наряд и, вздохнув, посмотрел в глаза матушки.

— Пуля прошла навылет, поразив лёгкое, — пояснил я. — Ничего, с чем я бы не справился.

Судя по её взгляду, она сомневалась, но собственное сканирование уже провела. И кроме материнского беспокойства, ничего не мешало ей признать, что происшествие осталось позади.

— Хорошо, тогда поехали, — взяв меня за руку, кивнула матушка.

— Погоди, мне есть что сказать главе рода Смирновых.

Вдвоём мы приблизились к ожидающему нас мужчине. Дед Андрея Васильевича был крепким стариком семидесяти лет. Худым, и совсем не похожим на своего внука. Что было совсем неудивительно, всё-таки не сын, а внук.

— Анастасия Александровна, — первым заговорил он. — Примите мои искренние извинения. Никто не ждал, что всё обернётся вот так. Я готов принести извинения в какой вам будет угодно форме. Ваш сын спас жизнь моему внуку дважды, и я не хочу, чтобы о нашей семье у вас сложилось впечатление, как о неблагодарных людях.

Матушка кивнула мне, предлагая говорить.

— В таком случае, Антон Германович, — начал я, — будет лучше, если третьего раза не будет. Первое нападение было массовым, и все решили, что жертвой изначально была Маргарита Ивановна Ростова, так как всё указывало на Шепелевых, которые были на ножах с семьёй нашей одноклассницы. Но сегодня вновь стреляли, и снайпер допустил ошибку — он спутал меня и Андрея Васильевича.

Глава рода Смирновых слабо кивнул — он и сам пришёл к тому же выводу, пока изучал отчёт своих людей. Но я видел в его глазах мелькнувшее удивление. Он не ожидал, что это пойму я. Особенно когда только что пострадал, став случайной жертвой.

— Я не знаю, кто стоит за этим, Антон Германович, но вам следует разобраться со своими врагами, — подвёл итог своей речи я, — прежде чем им, наконец, повезёт, и жизнь Андрея Васильевича оборвётся.

Выдержав короткую паузу, я повернулся к Анастасии Александровне, которая не сводила взгляда с моего собеседника. Однозначно Смирновым действительно придётся серьёзно постараться, чтобы загладить этот инцидент.

— Матушка, идём, нас ждёт её императорское величество.

Едва мы покинули кафе, впереди нас встала машина Родионова. Сам Платон Демьянович прыгнул в салон, и мы, наконец, поехали в Кремль.

Начало, по крайней мере, довольно интригующее. Даже интересно, чем в итоге кончится большой приём.

Разговор.

— Ублюдок выжил, — прикрывая рот чашкой с кофе, сообщил мужчина.

— Опять⁈ — искренне удивился его собеседник. — Да как так-то? Что за везение такое божественное?

Хозяин кабинета усмехнулся, прежде чем сделать глоток. Покатав напиток во рту, он проглотил его и отставил чашку на блюдце.

— Пока что подробностей мне не доложили. Исполнитель, как и было оговорено, попытку предпринял. Точно знаю, что был сделан даже не один, а два выстрела. Теперь до следующего месяца наш исполнитель заляжет на дно, и искать его бесполезно. Сами понимаете, такие профессионалы на дороге не валяются, он нам и в других делах пригодится. Поэтому я его вообще из этого уравнения вычёркиваю, не тот это актив, который стоит лишний раз светить.