Новый вызов (СИ) - Баранников Сергей - Страница 19

В какой-то момент подушка Жилина с треском лопнула, заваливая округу перьями.

— Замена оружия! — закричал парень, а бой пришлось приостановить.

В конечном счёте коренастый Пашка всё-таки одолел Артёма, сбив его с бочки.

— В следующий раз возьму реванш, — пропыхтел Мокроусов, переводя дыхание.

Бои подушками оказались непростым занятием для обоих парней, но никто не жаловался. Мы сделали несколько памятных фото, наелись блинов с красной икрой и мёдом, и разбежались по домам. У целителей тоже бывают выходные, и вдвойне приятно, когда удаётся провести их в такой компании.

— Знаешь, такие прогулки мне нравятся, — призналась Лера, когда мы дошли до её подъезда. — Правда, я жутко проголодалась.

— А у меня дома как раз есть тушеное мясо с картошкой и грибами, — многозначительно произнёс я, оглядываясь в сторону своего подъезда.

— Как-нибудь обязательно попробую, — засмущалась девушка, верно истолковав мой намёк. — Спасибо за этот день.

И снова поцелуй в щёку. Мне это безумно нравится, но я начинаю всерьёз волноваться. Хочется большего, но пока наши отношения развиваются неспешно. Может, это я слишком тороплю события?

Попрощавшись с Лерой, занялся приведением своего скромного жилища в надлежащий вид. Если приглашать девушку в гости, то нельзя ударить в грязь лицом. В квартире должно быть не только чисто, но и уютно.

Конечно, я не стал заморачиваться и покупать ароматические свечи. Моя эфирная горелка — незаменимый помощник, и я её не променяю ни на какой комфорт. К тому же, сейчас был период сезонных заболеваний, не хватало ещё для «полного счастья» подхватить какую-нибудь заразу.

На следующий день сразу после обхода на мои плечи свались процедуры в индивидуальных палатах.

— Костя, надежда только на тебя, потому как мы с Ниной Владимировной уходим на операцию, а Паршина останется в отделении и будет присматривать за пациентами.

Радостно, что мне доверяют, но после неприятного опыта с Брюсовым работать в одиночестве с благородными совсем не хотелось.

— Если что-то пойдёт не так, прекращай приём и жди, пока мы не вернёмся после операции, — приказал Николай Юрьевич, верно истолковав мой настрой.

Пока Тарасов готовился к операции, Сарычева передала мне истории болезней, поступившие с приёмного отделения.

— Госпожа Добровольская упала во время конной прогулки и получила повреждения. Нужно провести осмотр и, при необходимости, процедуру, — объяснила мне Сарычева. — Необходимости в операции скорее всего нет, но если понадобится, записывай у дежурной. Как только мы освободимся, сразу возьмём в работу.

Уж лучше бы я на операцию отправился. Было бы куда полезнее, да и меньше мороки. Такое впечатление, что Сарычева специально отправляет меня на осмотр, чтобы не идти туда самой.

— А знаешь, давай первую пациентку мы осмотрим вместе, — неожиданно решила целительница. Не доверяет? Или решила, что моя реакция — это неуверенность в себе? Я-то уверен в своих силах, но боюсь снова закуситься с сильными мира сего.

— Тамара Васильевна Добровольская — одна из самых влиятельных женщин нашего города. Хозяйка ателье и основательница благотворительного фонда, — начала вводить меня в курс дела целительница у входа в палату. — Будь осторожнее. Следи за своими словами, не позволяй поймать себя на слове и не забывай, что в первую очередь ты — целитель.

Зачем тогда тащите, если так переживаете? Возьмите сами и лечите их. Я поборол внезапно нахлынувшее желание отказаться от процедуры, но решил, что раз я целитель, то должен принимать пациентов, пусть даже у них повышенные требования и свои странности.

Добровольская была статной женщиной лет сорока пяти. Её внешний вид сразу выдавал женщину из высшего общества: прямая осанка, задранный вверх подбородок, надменный взгляд, плавные выверенные движения.

— Тамара Васильевна, добрый день! — войдя в палату, Сарычева натянула ослепительную улыбку. — Рассказывайте, что у вас случилось?

— Я сама не знаю как так вышло, — рассеянно развела руками женщина. — Ленточка всегда была спокойной, а тут неожиданно взбрыкнула. Она у меня уже шесть лет, и это первый раз, когда происходит подобное.

— Может, почувствовала запах волка? Сейчас зима, хищники вполне могли перебраться поближе к черте города, — предположил я.

— Вряд ли волки смогут проникнуть на охраняемую территорию, — покачала головой Сарычева. — В стойлах стоят лошади, которые стоят сотни тысяч, а некоторые — миллионы. Никто не будет так рисковать жизнью лошадей, и уже тем более, их хозяев.

— А знаете, вполне может быть, — подхватила Добровольская. — Я ещё заметила как впереди что-то мелькнуло в кустах перед самым падением. Потому и отвлеклась, не успев сгруппироваться. Мне тогда показалось, что это гончая, но откуда ей здесь взяться?

— Костя, давай диагностику, — скомандовала Сарычева, хотя я прекрасно знал, что она уже сделала это парой минут ранее, а сейчас просто проверяет меня.

И всё равно, нужно переступить через свою гордость и стараться изо всех сил, потому как в этом и заключается один из главных принципов обучения.

— Сотрясение мозга, ушиб мягких тканей головы и повреждение левой руки. Видимо, при падении женщина приземлилась на неё.

— Какой характер повреждения? — потребовала более точного диагноза целительница.

— Секунду, — отозвался я. Мне требовалось ещё несколько секунд для того, чтобы поставить точный диагноз. Лучше потратить больше времени, чем допустить ошибку. — Я вижу трещину в лучевой кости. Ничего серьёзного, мы укрепим структуру кости, обезболим и снимем воспаление, чтобы избежать отёчности. Но завтра придётся снова наведаться к целителю, чтобы продлить эффект.

Я не стал говорить, что достаточно посетить целителя в поликлинике. Учитывая статус пациентки, вряд ли она будет ждать приёма у целителя. Скорее, обратится в частный кабинет, или даже клинику. Вообще удивительно, что с такими возможностями женщина не направилась к ним сразу.

— Костя, молодец! Достойный приём, — похвалила меня Сарычева. — Буду понемногу привлекать тебя к работе с такими пациентами. Как раз будешь набираться опыта.

— Нина Владимировна, что вы мне всё время то стариков, то девчонок подсылали, когда у вас вон какой симпатичный мальчишка работает? — оживилась Тамара Васильевна и принялась прихорашиваться.

— Парень ещё только младший целитель, ему нужно много практиковаться, пусть он и талантлив не по годам, — с нажимом произнесла Сарычева, взглядом указывая мне на дверь.

— Костенька, а вы женаты? — продолжала Добровольская свой опрос, лишая меня возможности незаметно ретироваться.

— Нет, но у меня есть девушка. Планируем свадьбу в следующем году.

— Эх, какая жалость! Всех красавчиков разобрали. Жаль, не в том я возрасте, чтобы молодым фору давать. Но вы хороший целитель и очень обходительный молодой человек. Если соберётесь делать предложение своей даме сердца, в моём свадебном салоне я сделаю вам хорошую скидку.

— Благодарю, буду иметь в виду.

Какое там предложение? Мы только начали общаться с Лерой, и о свадьбе даже думать пока рано, но судя по поведению Тамары Васильевны, лучше не искушать судьбу и делать вид, что я уже чуть ли не завтра документы несу на регистрацию брака. Так будет спокойнее и мне, и ей.

Когда мы вышли из палаты, Сарычева пообещала, что завтра Добровольской займётся Николай Юрьевич, а мне «пока рано» работать с такими пациентами. Но к следующему аристократу идти мне пришлось самому, потому как Нину Владимировну ждали в операционной.

Пациентом, расположившимся во второй индивидуальной палате, был молодой человек лет двадцати пяти. Я отметил, что он всего на пару лет старше, а может, и вовсе мой ровесник. Дмитрий Александрович Ляпунов. Да, люди его возраста нечасто становятся пациентами нашего отделения. Даже интересно, что его привело в больницу, ведь у многих аристократов есть свои целители, которые решают большинство проблем со здоровьем.