Измена. Малыш от бывшего - Томченко Анна - Страница 10

– Твой Тимоша на дух не переносит Евгения Краснова, а ты с ним чуть ли не в десна долбишься… Лбами сталкиваешь?

Я не успела ответить, потому что к столу приблизился Тимофей. Он о чём-то перебросился парой слов с мужем Ольги и потом присел, бросив на меня гневный взгляд. Но я чувствовала себя настолько отвратно, что проигнорировала его.

– Довольна? – уточнил через пару минут муж, когда гости за нашим столиком погрузились в обсуждение мероприятия.

– А ты? – вопросом на вопрос ответила я, стараясь скрыть панику в голосе. Но ничего не помогало, а только усугубилось, когда вдруг напротив меня занял стул Евгений.

– Я решил провести вечер в вашей компании, – мягко объяснил он, при этом глядя в упор на меня.

Глава 13

– Злата, а чем вы занимаетесь? – после поздравительной речи завёл необременительный разговор Евгений. Я опустила глаза. Хотела промямлить, но потом вспомнила, что это простой разговор, и решилась.

– Я домохозяйка, – призналась и придвинула к себе бокал с водой. Алкоголь я в принципе не пила, поэтому не боялась захмелеть и ляпнуть ненужное. – Но недавно я задумалась о кофейне, надеюсь, супруг не откажет.

При этом я сжала пальцы Тима и бросила короткий взгляд на мужа.

Муж был недоволен.

Это угадывалось по нахмуренным бровям и излишне любезной улыбке, которая словно приросла к губам.

– В любом случае, если возникнут трудности… – Евгений сделал заметную паузу. – Я готов помочь, как раз ищу новые проекты.

Повисла тишина за столиком.

Тим медленно придвинулся к столу и, не отрывая глаз от Евгения, процедил низким хрипловатым голосом:

– Златица мой проект. Самый успешный, как ты понял, – злорадная ухмылка расплылась на лице, сделав милого, доброго Тима похожим на оскаленного волка. Безумно опасного.

Я выдохнула и посмотрела на скатерть. Сосчитала про себя до десяти, чтобы снова взглянуть на мужа, но не успела. Ладонь Тимофея скользнула по моей обнаженной коленке выше и сжала бедро на уровне края подола платья.

Больно.

Ровно настолько, чтобы я поняла, что не стоило залезать в игру, где противники мерились клыками.

У Тима были острее и длиннее.

Я поймала брошенный не меня взгляд супруга, который прошёлся по коже разрядом молнии. Все волоски приподнялись, а внутри свернулась клубком кошка, которая заурчала мелодию моего конца.

Тим меня придушит дома.

Если вообще доедем до дома.

А зале послышались аплодисменты, и я вяло пару раз хлопнула в ладоши.

Евгений делал вид, что не замечает атмосферы, которая была между мной и мужем. Он словно тоже играл и дергал Тима, просто чтобы выбесить и заставить оступиться.

У Тимофея есть одна дурацкая черта: когда он зол, то становится холодным и собранным, и в такие моменты почти никого не жалеет.

Я никогда не получала кнутом злой справедливости, но, видимо, сегодняшний вечер внёс коррективы.

Пальцы мужа все сильнее и грубее сжимали мое колено. Я готова была в истерике соскочить с кресла и швырнуть в Тима салфеткой, но понимала, что такого мне точно не простят.

– Злата, а почему вы раньше не сопровождали мужа? – вновь пристал Евгений. А пальцы Тима вдруг расслабились и нарисовали дорожку невесомых прикосновений уходящую под платье. Я стиснула ноги.

– Сопровождала, – надтреснутым голосом призналась я.

– Да? – так наигранно удивился Евгений, что я заподозрила неладное. – А я вас не видел этим летом в Ялте. Или вот по весне мы были с вашим мужем в Сочи…

Я подняла глаза от стола и посмотрела на мужа, который до сих пор не сменил выражение лица.

Это ведь рабочие поездки были. И не в Сочи весной летал Тим, а в Волгоград. Я точно помню.

Или…

Или это были такие командировки, как последняя.

Слёзы проступили в уголках глаз. Я не хотела плакать, поэтому лишь мило улыбнулась Евгению, собираясь ответить что-то приличное, но Тим перебил:

– Злата не мой секретарь, чтобы следить, куда и когда летаю. И не моя мамочка, чтобы переживать, как я буду в другом городе без неё, – лёгкий укор в голосе и нота серьёзности.

– Мне достаточно того, что она твоя жена, – оскалился Евгений, а я вдруг ощутила себя главным призом на этой ярмарке.

– И мне этого достаточно, – подтвердил Тим, и его ладонь вдруг исчезла с моего бедра. Только для того, чтобы перехватить правую руку и сжать пальцы. – Что она – моя.

Уточнение пришлось к месту, потому что Евгений вдруг потерял интерес к разговору. Тим тоже заметно расслабился. Даже стал лениво потягивать красное вино, хотя всегда придерживался более крепких напитков.

Меня не успокаивало мнимое спокойствие.

В воздухе словно нависла грозовая туча, и я даже на губах ощущала аромат после дождя.

Весь вечер я провела в состоянии, близком к панике, потому что, когда ловила взгляды мужа, под ленивой уверенностью проблёскивала жгучая ярость.

Он был зол. Но умело скрывал.

Через положенные для приличий пару часов Тим мило попрощался с соседями по столику и положил мою ладонь себе на сгиб локтя. Вставая, я успела заметить, как Евгений подмигнул мне, и почему-то от этого прошёлся озноб по спине.

Возле машины меня догнал официант и вручил огромный букет алых роз. Тим готов был испепелить взглядом цветы, а я растерянно смотрела на насыщенные красные бутоны и не знала, что сказать. Муж решил все за меня. Просто сдавил локоть и заставил сесть в машину.

Букет лежал между нами, немым укором мне и очень явным – Тимофею. Мне было бы проще, если бы муж тут же вышвырнул цветы, но он зачем-то принял сам факт их существования.

Он хотел меня наказать. Подчеркнуть, насколько я нелепа в своих попытках вызвать хотя бы намёк на ревность. Но такие, как Тим, не ревнуют. Слишком уверены в себе.

От обиды я стала нервной и дерганой. Я просто не могла объяснить Тимофею, что он не просто человек, разбивший мне сердце. Нет. Он тот, кто собрал несколько лет назад мое хрупкое сердечко, подышал на него, согрел своим теплом, а потом швырнул его о каменную мостовую.

Разбивая не только сердце, но и меня.

Никто не знал, а Тим тем более, что в институте я встречалась с самым милым парнем потока. Веселым, добрым, смелым. Только вот он встречался не только со мной. И тогда мне просто было больно. А сейчас…

Машина остановилась на парковке. Тим вышел и открыл мне дверь. Я замешкалась, пытаясь вытащить букет, но в итоге Тимофей все же вырвал у меня его из рук и швырнул на гладкий бетонный пол. Прошёлся своими дорогими туфлями по алым бутонам, смешивая их с пылью.

Я медленно поплелась следом. Просто оттягивала момент того, как Тим меня уничтожит.

В квартире я ощутила себя запертой в клетке со зверем.

Опасным. Сильным. Зверем.

Тим сбросил пиджак в прихожей, прошёлся в туфлях по залу, отбросил галстук, расстегнул рубашку и со всей силы шваркнул дверью кабинета.

Я осталась в тишине.

Едва шевелящимися пальцами стянула с себя туфли, платье. Пошла в ванну и долго стояла под горячей водой.

Если Тим сейчас не успокоится, я не знаю, что буду делать.

Я намеренно оттягивала момент разговора. Долго вытиралась полотенцем, наносила крем, расчесывала волосы.

Но выйти пришлось.

Тимофей сидел на диване с зажатым в пальцах бокалом с виски.

Я замерла напротив. Переступал смерти на ногу. И рискнула.

– Ну же, где твоя обличающая меня в неверности речь?

Тим резко, одним прыжком, встал с дивана. Бокал полетел на пол, разлетаясь осколками. Тяжёлая ладонь мужа легла мне на шею.

Я сделала последний вдох.

Глава 14

Глаза мужа напротив.

В них плескалась не злость. Нет. Много интереса.

Одно дыхание на двоих.

Мои губы, которые подрагивали.

– Только сделай мне что-нибудь, и завтра весь город узнает о том, что происходит за дверьми дома Одинцовых, – прошипела я под действием страха и злости.